Научи Меня Жить. Часть 2. Meeting

Случайная встреча — самая неслучайная вещь на свете, а люди, что назначают точное время и место свидания — это те самые, которые пишут только на разлинованной бумаге и выдавливают зубную пасту из тюбика, обязательно начиная снизу.

                II               

               
Обидеть может только друг. Обида — это когда тебя насмерть ранит тот, к кому ты успел привязаться.

Мария Семенова.

Я снова просыпаюсь посреди ночи. Дурацкая привычка, образовавшаяся с детства, когда я в надежде увидеть чудесное оживление своих игрушек, вставала и садилась напротив шкафа, смотря на своих «друзей с глазами-пуговицами». Чуда не случалось, в прочем как и всегда.
Я смотрю на часы, которые показывают «03:11». Странно, ведь когда я ложилась уже был час ночи. Время летит очень быстро, особенно во сне.
«Не успей пропустить свои секунды», — говорила мне мама. Она свои пропустила. Она была очень хорошей. Была.
Я пытаюсь отвлечься от грустных воспоминаниях и встряхиваю головой. Каштановые волосы падают на лицо. Я беру в руки телефон и начинаю набирать сообщение Кейт.
Я: «С самым лучшим днём тебя, солнце. Хоть ты та ещё сучка, но несмотря на это я тебя очень люблю.
P.S. Не пропусти свои секунды»
Я не люблю дни рожденья. Никогда не любила. Когда мне было четыре, на мой день рождение умер мой дедушка. Когда мне было пять, я вышвырнула свой праздничный торт в окно. Мама очень грустила, а я улыбалась, смотря на разноцветное пятно на нашем газоне. Свой восьмой день рожденье я отмечала одна. Я задувала свечи на пироге, а папа был с мамой в больнице. Тогда я ещё не знала, что это был мой последний день рожденье проведённый с ней. Она умерла ровно через тринадцать дней после моего «праздника».
    В школу я пришла рано. Бросив сумку на последнюю парту, я уставилась в окно. Вообще я люблю смотреть в окно, особенно, когда нет дождя.
Алан появился после второго урока. Кейт ещё не пришла, хотя должна была. Какой бы прогульщицей она не была, она не могла пропустить свой день рожденье в школе. Есть два дня, когда о тебе говорят что-то хорошее: день рождение и похороны.
Я никогда не понимала, почему люди праздную день рождение: веселятся, пекут торты, но не отмечают похороны. Ведь похороны можно считать за второе рождение. Ты и вправду рождаешься во второй раз. Только по—настоящему. Нет больше никаких житейских проблем. Ты мёртв, и в этом твоя сила и слабость одновременно.
Я встретила подругу в столовой, вокруг неё сгустилась толпа девчонок. Я пыталась пробраться через них. Кейт кивнула пухлой брюнетке с проколотой бровью, чтобы она встала. Я подумала, что это не вежливо с её стороны, но села на освобождённое место. Всё-таки Стефани тут «королева школы», а не я.
— А где же вопли радости и поздравления? — подняла правую бровь Кейт. Она была очень красивая сегодня. В прямом бежевом платье, обтягивающем её фигуру. На её фоне я не выглядела впечатляющей.
Я обняла подругу, перекинувшись через стол.
«Люблю тебя», — снова прошептала я. Слишком много «люблю» за сегодня. Вообще мне не особо нравится это слово. Мне так часто говорила мама. Последнее слово, которое я от неё услышала было «люблю».
— И где мой подарок? — спросила Стефани. Я улыбнулась и сказала, что оставила его на вечер. Кейт сначала нахмурилась, но не смогла долго держать роль «серьёзной леди». Она знало, что ей оно не шло.
Всё остальное время, которое мы провели в столовой мы затратили на прослушивание сплетен, которые рассказывала Сьюзен и Келли.
Сьюзен — так звали ту пухленькую девушку. Она посещала со мной литературу и английский язык. Я почти ничего не знала о ней, за исключением, что она пару дней повстречалась с Аланом, после чего он сказал ей, что они не сошлись характерами. Сью очень долго переживала из-за него, Алу было плевать. Иногда он вёл себя очень эгоистично по отношению к девушкам.
Келли было на год младше нас. Как я поняла, она была очень рада, что тусуется с такими, как «мы с Кейт», а точнее как Кейт. Я не понимала таких учениц, иногда я задумывалась, чтобы случилось, если б мы с Кейт не общались. Возможно, я вела бы себя как Келли, пыталась угодить каждой «королеве», делая всё, что она повелит. Или я бы была изгоем, которого все унижают и избивают. Или одной из подстилок Ала. Не знаю.
Я слышала, что Келли трахалась прямо с двумя парнями из футбольной команды в раздевалке. Хотя, наверное, это всего лишь слухи, которые распустила Сью. Келли очень милая.
Они много говорили о новой девочке, которая пришла на литературу.
Я узнала её сразу. Это была именно та девушку, которую чуть не избили. Если б мы с Аланом не вмешались, это бы произошло. «Она не очень-то дружелюбная», — такой вывод я сделала тогда. Но на уроке она вела себя по другому. Она села на первом ряде, я сидела на втором. Я рассмотрела её повнимательней.
Её волосы были светлыми, но не такими как у Кейт. У Кейт они были как слабые лучи солнца зимой, и сколько бы она их не осветляла, они оставались такими.
У этой девушки они были пепельными, словно первый снег. Они казались очень жёсткими и были стянуты в хвост на макушке. Концы были окрашены в лиловый цвет перьями. У неё было овальное худое и острый подбородок. Бледно-розоватая кожа была вся в бликах, которые появились от солнца. Девушка сидела у самого окна.
У неё были просто непропорциональные глаза. Большие, они как рентген, просвечивают тебя насквозь. Её зрачки были расширены, и я сначала подумала, что она под наркотой.
Помню, как я впервые увидела как люди получают кайф от курения травки. Я не понимала их чувств, а они и не хотели, чтобы я их чувствовала. Кейт предложила мне травку на той вечеринке, она сказала, что это лучше чем секс. Ни то, ни другое я не испытала, поэтому отказалась.
Потом я подумала, что возможно просто её глаза так реагируют на свет. Возможно, так и было.
Я попросила у неё ручку, но получила информацию о ней. Она сказала, что её зовут Эрика Грейс, и она переехала в наш город с тремя братьями и женой одного из них. Она извинилась за вчерашнее и попросила, чтобы я передала извинения тому красавчику, который был со мной, т.е. Алану. Ручку она мне так и не дала.
Келли и Сью сказали, что семья Эрики Грейс переехала из Нью-Йорка. У неё три старших брата (об этом я уже знала), и через 8 месяцев у неё появится племянник. Братья у неё просто красавчики. Сью сказала, что если б она была девственницей, то «отдала бы» её им. По несколько раз. Келли согласилась с ней.
   Мы прогуляли два последних уроков с Кейт, Сью и Келли. Я долго уговаривала их остаться, но Стефани сказала, чтобы я не была занудой, хотя бы на её день рождение. Я пообещала, что только сегодня.
   Мы покупали одежду для сегодняшней вечеринки Кейт. Я перемерила, уже кажется, сотню нарядов, но ничего не нашла. Келли предложила мне чёрное маленькое платье, я посчитала, что оно слишком короткое, но девушки заставили меня его надеть.
   Я думала, что одев это платье, почувствую себя дешёвкой, но нет. Мне действительно понравилось, как я выгляжу.
Келли сказала, что я выгляжу чудесно.
Сью сказала, что все парни на вечеринке будут хотеть меня.
Кейт сказала, что если б она была парнем, она бы изнасиловала меня, и это был лучший комплимент с её стороны.
***
Я пришла домой около шести. Агата встречала меня у дверей, нахмурившись. Она ждала пока я сниму верхнюю одежду, папы дома не было.
— Рейя, мне звонили учителя. Ты пропустила два последних урока, — моя мачеха не умела ругаться. Она никогда не кричала на меня. Я была уверенна, что она немного посмотрит на меня своим «грозным» взглядом и отпустит к Кейт. Мои надежды не оправдались.
— Рей, ты в выпускном классе. Это твой последний год в старшей школе, ты понимаешь это или нет? Ты скатилась по многим предметам, а ещё целый год впереди, — Агата вздохнула. — Ты понимаешь, что, когда ты поступишь в колледж, то никто не будет о тебе заботится, ты будешь сама по себе.
— Я не понимаю, к чему ведёт этот разговор? — спросила я.
— К тому, что ты взрослеешь. Но пока ты живёшь в нашем доме, старайся, пожалуйста, учиться. Хотя бы ради отца.
Я не знаю, что именно меня разозлило. Но скорее всего это местоимение «наш». Агата не могла заменить мне мать, хотя очень старалась. У нас с неё никогда не получиться «мы», всегда лишь будут «я» и «она». У нас с ней никогда не было и не будет этих семейных посиделок, потому что я не могла свыкнуться с мыслью, что я пропущу Агату через сердце, а если я это сделаю, то предам маму.
— Этот дом никогда не станет твоим, — вырывается у меня. Агата быстро реагирует и бьёт меня по руке кухонным полотенцем. Я убегаю в свою комнату и закрываюсь. Начинаю рыдать, громко всхлипывая.
Я не должна предавать маму. Память о ней не должна уйти в забвение. Если папа забыл, то я буду помнить. Я только сейчас понимаю, как папа поступил по отношению к маме. Привёл в дом совершенно чужую женщину, да и к тому же у них родился ребёнок.
                ***
После восьми позвонила Кейт и спросила, где я. Я ответила, что скоро буду выходить. На самом деле, я продолжала думать о том, как папа нашёл замену маме. Я не хотела принимать этого. Почему я не могла додуматься до этого раньше? Потому что, я не осознавала, что Агата — лишь жалкая копия мамы.
    Я надела своё новое платье, которое мы купили в магазине сегодня. На шею повесила массивный кулон на цепочке. Волосы накрутила на концах. Макияжу я не стала уделять слишком много времени, накрасила губы красной матовой помадой.
    Я не успела выйти из дома. Меня поймал папа. Он упёрся об рядом стоящую стену и смотрел как я поправляю волосы.
— Ты должна извиниться, тебе не кажется? — скорее это бы вопрос, а не утверждение. — Агата проплакала весь вечер. Вы же были так дружны, что случилось Рейя, она считает себя виноватой.
— Она виновата, — я хотела сказать папе, что она занимает место рядом с ним, хотя там должна была быть мама. Я хотела промолчать о маме, ведь слова о ней причиняют ему боль, но не удержалась.
— В чём, Рейчел?
— Этот дом… он никогда не будет «наш». Он всегда был только твой и мамин, но несколько лет назад появилась эта чёртова Агата, и ты совсем забыл о ней…
— Помолчи.
— Я не буду молчать, не буду! Она не должна была появиться здесь! Не должна!
— Рейчел! Хватит!
— Я не люблю её. Она никогда не заменит мне маму. Она лишь её жалкое подобие!!!.. — моя щека горит. Отец смотрит то на меня, то на своё руку и начинает просить прощение. Я кричу, что ненавижу их всех и ухожу к себе в комнаты, громко хлопнув дверью.
Телефон гудит, звонит Кейт. Я не могу ответить, я прикрываю рот рукой, чтобы не было слышно этих звуков плача. Папа ломится в дверь, я слышу голос Агаты. Она просит меня простить её за то, что возомнила себя моей матерью. Я не слышу их. Перед моими глазами всплывает улыбка мамы.
                ***
Я проснулась лёжа на полу, подпирая всем телом дверь, так, что её не могли открыть. Беру в руки телефон, много пропущенных звонков от Кейт, ещё больше от Алана. Я выключаю телефон. Я привожу своё лицо в порядок. Запираю дверь на ключ и пододвигаю к ручке стул, чтобы уж наверняка.
Я залезаю на подоконник. Алана нет, так что я могу сломать себе что-нибудь. Сначала я выкидываю из окна туфли, сумку, а затем уже прыгаю сама. Приземлилась я неплохо, лишь чуть-чуть осушила правую ногу. До Кейт я решила дойти пешком
                ***
По дороге к подруге я старалась не плакать, сдерживая себя. Я пыталась успокоится, смотря на небо. Я пыталась вспомнить созвездия, названные тогда Аланом, но в голове всплывает лишь поступок отца. Я не могла поверить, что он меня ударил. Я не сдерживаюсь, начинаю реветь. Кричу во весь голос, что ненавижу всех.
Ненавижу, ненавижу, ненавижу!
Слёзы катятся по моему лицу, волосы прилипают к щекам.
Я просто хочу повернуть время вспять и увидеть знакомые мне глаза, которые смотрели на меня с любовью и заботой, но почему-то рядом с мамиными глазами всплывают глаза Агаты и отца.
Парочка, стоявшая у дерева обернулась в мою сторону. Парень даже перестал засовывать свой язык в рот девушке и обернулся на меня. Я не знаю, что они обо мне подумали, хотя и мне было наплевать.
Телефон снова завибрировал. Звонил Алан. Я долго думала брать или не брать телефон, но всё-таки взяла.
— Ты где, мать твою?! — кричал Мэттьюс в трубку, стараясь перекричать музыку.
— Я… я гуляю, — прошептала я. Я кусала губы, чтобы снова не заплакать.
— Ты идиотка. Где ты? Я за тобой приеду, — сказал Ал. Я слышала, что его кто-то звал, но не могла различить голос.
— Не надо. Я сама, — друг перебил меня.
— Ты думаешь, я сам хочу тащиться за тобой через весь город, м? У меня тут вообще-то отличное времяпровождение. Кейт сказала, что если я не найду тебя, то она оторвёт голову и мне, и тебе, — произнёс совершенно серьёзным тоном Алан. Я взвесила всё и решила, что стоит назвать Алу свой адрес.
    Он приехал через несколько минут после моего звонка. Я села на переднее кресло в машине и положила голову на стекло, попросила друга ничего не спрашивать. Я пожалела об этом, меня раздражала тишина, которая появилась в машине, она давила мне на виски, причиняя головную боль. Я долго смотрела то на сосредоточенное на вождении лицо Ала, то в окно, на мелькающие пейзажи. Комок подступил к горлу снова. Я не знаю из-за чего, но я разрыдалась вновь. Слёзы снова предательски появились на глазах. Я пыталась смахнуть их украдкой, но ничего не вышло. Алан всё же обратил на меня внимание.
— Эй, ты, что плачешь? — он посмотрела на меня и обнял одной рукой. — Рей, ты чего?
Я попыталась улыбнуться, но не смогла. Лишь громко шмыгнула носом. Алан остановился у обочины, я уткнулась в его рубашку.
Она пахла дорогим парфюмом, который сводил меня с ума.
Друг поглаживал меня по голове, пытаясь успокоить, но я лишь продолжала вздрагивать.
— Что случилось?
— Я всё испортила, — я додумалась до этого, как только села в машину Ала. Я вспылила не из-за чего, из-за каких-то слов. Но для меня они не были какими-то.
«Самое сильное слово на свете — слово „Мы“. Оно вдохновляет поддерживает, утишает… Оно учит жить не только для себя… Мы — это лучше, чем Я, чем Ты. Это ощущение, которое даёт нам силы жить верить, мечтать, а самое главное — любить».
Эти слова пыталась втолковать мне мама, но я ловила бабочек. Уже тогда она чувствовала себя плохо, я не замечала этого.
Агата произнесла «наш» не задумываясь, что для меня это слово священно. А я не задумываясь, накричала на человека, который не был жалкой заменой мамы, а был тем, кому я могла довериться, тем, кто воспринимала меня как самостоятельную личность. Я очень сожалела о своём поступке.
   Алан перестал гладить меня по голове, когда я притихла. Я повернула голову к нему, он смотрел мне в глаза. Большим пальцем он вытирал мои слёзы, они остались на рубашке.
   Мои губы накрыли его, когда его пальцы коснулись моей щеки. Я не знаю, как это произошло. Но мой язык всё ещё был в его рте, даже когда я осмыслила, что целуюсь с Аланом. Со своим другом Аланом. Было удивительно, что он не пытался остановить меня. Целовался он безупречно.
  До него у меня было мало «настоящих» поцелуев. Очень мало. Мне казалось, что я ужасно целовала его. Может это и было так.
  Я оторвалась от Алана и заглянула в его глаза. Он смотрел на меня с неким удивлением.
— Спасибо, что помог мне. Ты настоящий друг, — прошептала я. Не знаю, о чём в этот момент думал Ал, но он нахмурился, но затем хмыкнул с какой-то скрытой злобой.
— Всегда обращайся.
Всю остальную дорогу мы проехали молча. Большую часть дороги я пялилась в окно, меньшею — приводила в порядок макияж. Алан молчал.
  ***
— Чёрт возьми, Рейчел, где ты пропала? — Кейт накинулась на меня. Она была изрядно подвыпившая. Стефани повисла на мне, на какой-то момент мне показалась, что она уснула. Но она оторвалась от меня.
— Ты представляешь, приехал Эдди. Ты представляешь? — блондинка широко улыбалась, а я подумала, что лучше бы вообще не приходила сюда.
 Эдди было чуть больше двадцати. Он был красавчиком, реально красавчиком. Он жил с семьёй Кейт, пока его мать искала работу. После выпуска Эдвард уехал учиться в какой-то колледж, и больше не появлялся в нашем городе.
  Эдди был лучшим другом Алана, любимым кузеном Кейт и просто красивым парнем, который мне нравился. Алекс по сравнению с ним был просто… не важно.
  Однажды я решила признаться ему в своих чувствах и сделала это, в ответ он лишь посмеялся и сказал, чтобы я шла играть в куклы.
— Но это не главное. Он привёл с собой кучу отличных парней, у большинства из которых отличная задница
— Что ты несёшь? — улыбнулась я лепету пьяной подруги. Кейт расплылась в довольной улыбке.
— Сегодня мой день, Рей. И я буду говорить, что захочу, буду делать, что хочу. А тебе следует расслабиться, — Стефани потащила меня за руку к барной стойке. За ней стоял незнакомый парень, который умело подавал всем коктейли. Кейт крикнула два виски со льдом. Парень улыбнулся.
Напиток обжёг мне горло. Я схватилась за горло и начала кашлять, Кейт дико расхохоталась и попросила повторить. Мы повторяли несколько раз. Я чувствовала, что моё сознание заволакивает странный туман. Голос в моей голове велел мне залезть на барную стойку, но я пока держала оборону.
— Как у тебя с Алексом? — спросила я у Кейт, которая мило беседовала с барменом.
— Шшш, — шикнула она на меня и приложила палец к губам. — Этот красавчик не должен знать ни о каком Алексе. Что у тебя с Аланом?
— В смысле? Мы просто друзья
— Конечно, друзья друзьями, а целоваться-то хочется, — сказала Стефани и загадочно улыбнулась.
— Мы…не. Откуда ты знаешь?
— Я поняла это по твоему озадаченному лицу и потому что Алан вернулся таким печальным
— Это был дружеский поцелуй
— Друзья друг другу языки в рот не засовывают, — снова хмыкнула Кейт. — Ты что серьёзно не замечала, как он к тебе относится. Рей, ты не видишь того, что у тебя перед глазами. Да он не мог развлекаться весь вечер, пока ты наконец не ответила на его звонок. Он бросил тут девку, ради тебя, хотя почти вся мужская половина метила на её сиськи, — после услышанного мне срочно нужно было поговорить с Алом.
  Я пробиралась через толпу очень медленно. Толи это так алкоголь влиял на меня, толи это неизбежный разговор Алана о наших с ним взаимоотношениях. Я вспомнила о девушке, про которую он мне рассказывал. Неужели это была я? Нет, этого не может быть. Мы друзья. Просто друзья.
  Я нашла его в окружении Эдди и тех парней, которых он привёл. Они разговаривали о какой-то тачке, которая была набита наркотой. Меня этот разговор не заинтересовал.
— Твоя подружка? — первым меня заметил парень со светлыми волосами длиной почти до плеч. Он курил, пепел падал прямо на ковёр, если б миссис Стефани увидела это, у неё случился бы сердечный приступ. На его лице была лёгкая щетина, что придавала ему возраст. Он сильно был похож на Курта Кобейна — основателя группы «Nirvana», от которой я сходила с ума. Кейт не сильно разделяла мои предпочтения. Его голос был похож на голос знаменитого исполнителя. Наверное, этот парень отлично поёт.
Алан взглянул на меня и тут же отвернулся. Он что-то проговорил двойнику Курта Кобейна, от чего его челюсти Меттьюса напряглись.
— Может хватит рассматривать меня? — в голосе светловолосого парня появились нотки раздражения, но его голос смягчился. — Я, конечно, знаю, что я красавчик, но не надо пялится на меня в открытую. Мы можем зайти в помещение по закры…
— Джеймс! Не смущай девочку, — я только что заметила среди присутствующих хрупкую девушку. Она была ненамного старше меня. Её кожа, волосы не имели никакого цвета, мне, казалось, они светятся в темноте. Её фигура была очень острой. Острые плечи, которые сильно выделялись, ключицы, покрытые пигментными пятнами. Огромные глаза. Вот что сразу привлекало внимание к этой девушке — большие, серые с чёрным ободком. В низ хотелось смотреть вечно, возможно, именно из-за этого она не смотрела никому в глаза.
— Ты всё-таки ревнуешь меня, да? — Джеймс повернулся к блондинке, которая уже осматривала меня.
— Ты бываешь жутко навязчив, — проговорила девушка, так и не смотря парню в глаза.
— А ты бываешь жуткой стервой, — отчеканил парень, цокнув языком. Что-то между ними происходило, что-то очень безумное. Это можно было понять сразу после одного мимолётного взгляда на них, этого было достаточно.
Я не знаю, что такое любовь. Никогда её не испытывала, но почему-то я чувствовала её между этой парой. Очень мощную и одновременно незаметную, она была как нитка, которую было легко порвать.
— Алан, мы можем поговорить, — я кивнула в сторону. Блондин, нехотя встал с кресла и подошёл ко мне. Я отошла в сторону, подальше от тех ребят, и упёрлась в стену.
— Ты что-то хотела? — блондин устало облокотился об соседнюю стену.
— Я узнала от Кейт… Это всё… Это правда, что ты ко мне чувствуешь? — я не могла подобрать нужные слова, в конце концов просто спросила напрямую.
— Нет, — отчеканил Алан. — Я ничего к тебе не чувствую. Я даже не испытываю к тебе никакой симпатии. Между нами обычная дружба, которая может быть между парнями и девушками, которые не испытывают никаких чувств друг другу. И если в тебе вспыхнули какие-то чувства ко мне, то, прости, ты определённо не в моём вкусе. Я даже не знаю людей, которые могли бы сказать мне нравится Рейчел Адамс, потому что никому не понравится вечно ноющая, неуверенная в себе девчонка, которая до сих пор оплакивает мамочку, которая умерла много лет назад и пора бы уже смириться…, но она всё продолжает. Не останавливаясь. Кому понравится девчонка со спутанными каштановыми волосами и синяками под глазами? В том-то и дело, Рейчел, никому. Я похлопаю по плечу чувака, который решится сделать тебе предложение, и не удивлюсь, если он сбежит в ближайшем времени, услышав твоё нытьё… — Алан не успевает договорить. Я бью его по щеке, от чего место удара становится розовым. Я пытаюсь не плакать, но у меня этого не получается. Я отталкиваю Алана, который что-то говорит мне и убегаю прочь отсюда. Подальше от всех их. От этих людей. Я не думала, что Алан действительно так ко мне относится.
Алан. Мой лучший друг — Алан. Алан, который играл со мной в прятки, Алан, который успокаивал меня, когда мне было плохо, Алан, который забирал всю вину на себя, Алан…
Я врубаюсь в кого-то и падаю на пол. Чувствую, как топ платья начинает промокать. Поднимаю глаза, вижу перед собой высокого красивого парня с маленьким шрамом над бровью. В руках он держит стеклянную бутылку пива, которое, видимо, и разлил на меня.
— Это платье мокрым на тебе смотрится лучше, — нагло выпаливает парень, рассматривая меня. Он подаёт мне руку. Я беру её. Одно движение — и этот человек уже прижимает меня к себе.
— Что ты творишь, чёрт возьми? — я ударяю парня кулачком по груди. Он отпускает меня.
— Разве ты не хочешь меня? — он снова нагло на меня пялится. Я одёргиваю юбку на платье, которая немного задралась.
— Да пошёл ты, — шепчу я. Тут у меня созревает идея, ка «наказать» парня.
«Сделай это», — шепчут мне голоса в моей голове.
Я выдёргиваю бутылку из рук парня и выливаю содержимое на него. Прохожу мимо с невозмутимым видом.
— Да ты горячая штучка, — говорит он. Кажется, встреча с эти придурком помогла мне. Я почувствовала, что слёзы больше не подступают к глазам. Но слова Алана всё ещё оставались осадком на моей душе. Неужели он правда обо мне так думает? Было обидно, очень обидно.
Я иду по обочине дороги с бутылкой пива в руках. Я делаю глоток, ещё один, пока не опустошаю всю бутылку.
Вижу маленькие огоньки, приближающиеся ко мне. Они так близко.
Я понимаю, что это не огоньки, когда передо мной резко затормаживает автомобиль. Ещё чуть-чуть и я бы оказалась на этом капоте.
Из машины выходит кто-то и начинает ссыпать меня ругательствами. Я понимаю, что это кто-то тот парень, с которым я недавно столкнулась.
— Ты меня преследуешь, да? Ты какой-нибудь маньяк-убийца, или насильник. Давай же убей меня и выкини моё тело в лесу. В заложники не бери, я ничего не стою, — от моих фраз парень начинает смеяться. Я замечаю, что что-то в его лице изменилось с момента нашей последней встречи.
— Я сказала что-то смешное? — я чувствую в своём голосе нотки раздражения. Парень что-то говорит, но всё из сказанного ним мне непонятно, «какой-то Джонатан опять обидел красотку», что за Джонатан? какая красотка?
Я не заметила, как алкоголь влияет на мой организм. Минуты назад я плакала и истерила, а сейчас у меня подкосились ноги, и я жутко захотела спать. Я не помню, что случилось дальше. Я не слышала ни голоса, который в сотый раз спрашивал:«Всё ли со мной в порядке?». Я ни чувствовала холодных пальцев, которые щупают пульс на моей шее. Я не слышала его облегчённый вздох. Я не чувствовала ни рук, которые осторожно клали меня на заднее сиденье машины. Я не чувствовала ничего, кроме темноты, которая поглощала меня и ужасного стыда. Я представила, о чём бы подумала мама, если б узнала, что ею пьяную дочурку подбирает на трассе какой-то придурок с бутылкой пива. Очень симпатичный придурок.


                III


Мы выбираем не случайно друг друга... Мы встречаем только тех, кто уже существует в нашем подсознании.
Зигмунд Фрейд

Голова ужасно раскалывается. Я жмурюсь от света, который бьёт по глазам, но всё-таки открываю их. Передо мной странная незнакомая мне комната. Может я уснула в одной из гостевых у Кейт, хотя я не помню ни одной так обставленной комнаты в доме Стефани. Комната была небольшая, но кровать на которой лежала я была огромной с мелкими подушками разбросанными по ней. Окно было прямо напротив кровати, и я не понимала, как хозяин комнаты мог спасть здесь. Рядом с кроватью стояло большое зеркало, и я решила осмотреть себя. Я встала на холодный паркет и подошла к зеркалу. Волосы были растрёпанны, глаза с покрасневшими белками, тушь и подводка размазались — я была похожа на панду. На маленькую панду с огромными кругами под глазами. Только сейчас я заметила, что на мне чья-та белая рубашка.
Я действительно ничего не помнила со вчерашнего дня. Не помнила, как здесь оказалась. Совсем ничего. В голосе лишь звучал голос Алана: «…никому не понравится вечно ноющая, неуверенная в себе девчонка…». Похоже с нашей дружбой всё покончено. Возможно, я и прощу Алана, потому что он мой единственный лучший друг. Я определённо прощу Алана, даже если он не захочет этого. Но его слова навсегда останутся в моём сердце, и я никогда больше не буду верить его фразам. Никогда.
Дверь в комнату отворяется и в помещение входит парень. В голове вспыхивают воспоминания. Да это то парень, который пролил на меня пиво. Вопрос: что я тут делаю вместе с ним? Неужели мы… О боже.
У парня широкие плечи и красивая улыбка. На нём безупречно сидит белая рубашка и синие джинсы. Его волосы слегка взъерошены. Если между нами что-то было, то я не буду расстраиваться, что провела ночь с совершенно незнакомым парнем.
— Чёрт возьми, никогда не думал, что кто-то будет так сексуально выглядеть в мужской одежде, — выпаливает парень, от чего мои щёки становятся пунцовыми. В его глазах пляшут весёлые огоньки.
— Как я тут оказалась? — единственное, что смогла спросить я.
Парень пожимает плечами:
— Ты бросилась на капот моей машины. Мне ничего не оставалась делать, как отвезти тебя домой. Но ты, конечно, свой адрес не назвала. А я вспомнил, что у меня есть одна лишняя кровать.
— Между нами ничего не было? — с облегчением в голосе спросила я.
— Нет, даже бы если мы оба этого захотели. Ты не могла ворочать языком, что говорить об остальном. Но мы можем наверстать упущенное, — улыбнулся парень. Мне показалось, что его улыбка была немного хищной. Я мотнула головой. — Ну и ладно. Ни больно и хотелось.
— Где моя одежда, и как на мне оказалось это? — я потеребила край рубашки.
— Я переодел тебя. Не могла же ты спать в платье, которое всё пропиталось пивом, — от чувства, что кто-то видел её в нижнем белье я снова зарделась. Парень видимо заметил это.
— Да ладно тебе, у тебя вообще очень красивое тело, — приободрил он меня, и я не знала верить этому или нет. Ведь Алан столько лет врал мне, что мы друзья. — Твою одежду постирала моя сестра. Она терпеть не может Budweiser. Такое пьёт только Джон. Она может дать тебе свою одежду, если тебя смущает моя. Но мне кажется, тебе очень идёт. Я позову её, — сказал парень и вышел из комнаты.
Я села на кровать и начала рассматривать потолок. Я никогда не попадала в такие ситуации. Я даже у Алана с ночёвкой не оставалась, что говорить о незнакомом парне, с которым первая встреча у нас не задалась. Хотя сейчас, он казался мне более терпимым по отношению ко мне и что-то не то было с его голосом. Когда я столкнулась с ним впервые, его голос был слегка охрипший, сейчас — нет.
В комнату вошла ещё одна фигура. В руках она держала красный топ и чёрные лосины. Я поняла, что знаю эту девушку. Это была Эрика Грейс.
                ***
— Значит, мой брат сбил тебя на машине, но перед этим облил тебя пивом? — я кивнула, натягивая на левую ногу лосины. — На Джейсона это не похоже. Он не пьёт Budweiser. Если б это был Джонсон, я бы не удивилась… Он ещё тот засранец, — Эрика подняла левую бровь. Я одела красный топ, который не в удачном свете выставлял мою грудь.
— Прости, я не знала, что ты такая плоская, — ухмыльнулась Эрика, от чего я кинула в неё рубашку Джейсона. За проведённое вместе время мы с Эриком как-то породнились. Обычно я не сближаюсь с почти незнакомыми людьми, но ведь обычно я не ночую в у незнакомого парня.
Эрика отправила меня в ванную и сказала, что поищет мне другую одежду. Я сказала, что могу остаться в рубашке Джейса и в леггинсах, которые мне дала девушка.
Я вышла из ванной и столкнулась с Джейсоном. Он уже переоделся в синюю футболку с надписью и чёрные штаны. Мне показалось, но, кажется, когда он заходил ко мне в комнату, точнее в его комнату, у него была другая стрижка.
— Откуда ты тут взялась? — спросил парень, прищурившись.
— Вообще-то ты сам меня сюда привёз
— Я? — тон парня был очень удивлённым. — Нет, после того, как ты вылила на меня полбутылки Budweiser, а остальное забрала. Я тебя больше не видел.
— Ты серьёзно? — я подумала, что парень решил разыграть меня. — А, это ведь шутка. Очень смешно, — притворно хихикнула я.
— Вообще-то нет — очень серьёзно сказал парень.
Тут из-за угла вышла знакомая мне фигура. Я не помню, когда я поняла, что мне следует заткнуться и прекратить свой визг, но помню точно, что один из парней, СОВЕРШЕННО ОДИНАКОВЫХ ПАРНЕЙ, ущипнул меня за руку.
— Она вообще нормальная? — спросил «Джейсон, который был в футболке» у другого Джейсона. — Вот сейчас разбудит Джеймса, сама будет готовить ему еду и бегать в магазин за пивом, — он отвернулся от меня и начал говорить с «Джейсоном в рубашке». — Этот придурок опять вчера поссорился с Кэрол... Идиот, - буркнул парень. Они оба делали вид, будто ничего не происходит. А я всё пыталась понять, почему они одинаковые.
В коридоре появилась Эрика.
- Вы можете не пугать моих знакомых, а? - сказала она, уставившись на брата, т.е. братьев.
Тут до меня доходит. Они близнецы, эти парни близнецы. Как я сразу не догадалась. Я открыто начинаю рассматривать их, искать едва различимые отличия.
Шрам над бровью "Джейсона в футболке", его кривоватая улыбка (левый угол рта парня поднимался чуть выше правого) - всё это отличало братьев между собой. В остальном они были идентичны.
Я никогда раньше не встречала близнецов. Смотря на них, всегда возникало желание подойти и пощупать их, узнать реальны они или нет.
- Я, конечно, понимаю, что моя красота ослепляет, но не настолько. Ненавижу, когда меня рассматривают. Даже такие ослепительные девчонки как ты, - парень подмигивает мне, от чего Эрика и Джейсон начинают смеяться, я недовольно фыркаю.
***
Я узнала, что "Джейсона в футболке" зовут Джонатан, и он на пять минут младше его старшего брата - Джейсона. За наше мимолётное общение я нашла отличия братьев не только во внешности.
Джон был наглее. Именно он облил меня пивом.
Джейсон - спокойный, рассудительный. Он не вёл себя как Джон, но и не был чересчур спокойным.
- И вас часто, ну вот так, путают друг с другом? - спросила я, делая глоток чая.
- Сейчас нет. Но я помню, как это выводило из себя, когда нам было по пятнадцать... - Джейсон о чём-то задумался, а Джонатан видимо решил продолжить фразу друга.
- Бедная Эшли. Как можно было перепутать нас и... - Эрика ткнула Джонатана локтем.
- Ваша первая подружка Рейчел не волнует, - я смутилась и поняла в чём и есть глупость ситуации, которая случилась с парнями.
- Слишком долго, тебе не кажется? - Джейсон задумчиво посмотрел на часы, а затем на Джонатана.
- Я тоже так думаю, почему эта красавица всё ещё в своём сонном царстве?
- У него депрессия, - отчеканила Эрика, видно затея парней ей не нравилась.
- У него похмелье, - ответил Джонатан и встал из-за стола. Джейсон поднялся за ним.
- Он расстался с Кэрол, - проговорила Эрика.
- Мы знаем, - в один голос отозвались близнецы, затем Джон продолжил. - Но уже через несколько часов они будут гулять под ручку и тешиться на твоей кровати
- Фу, Джон, это мерзко, - Джонатан лишь мотнул головой и вышел из комнаты.
- Всё бывает именно так. Так что не волнуйся, Эрика. Джеймсу не помешает холодный душ, - Джейсон подмигнул сестре и вышел из комнаты следом за братом.
Я чувствовала, будто вторгаюсь во что-то личное. Как будто я не должна здесь находиться.
- Что-то ты слишком унылая, может пива? - Эрика уже открывала холодильник, доставая оттуда бутылку. Я отрицательно помахала головой.
- Думаю, мне пора домой, - сказала я и тут же вспомнила, что меня ждёт дома. Отец и Агата не очень-то великодушно меня встретят, а Алану позвонить я не смогу после всего, что он мне вчера наговорил. Остаётся только Кейт, да и то, она вряд ли уже пришла в себя после вчерашнего.
- Как хочешь, - Эрика пожала плечами и поставила бутылки снова в холодильник. Тут мы с ней обернулись на крики. На кухню забежал хохочущий Джейсон. Я отметила, что парень был красив. Тёмные волосы были взъерошены, но не очень сильно. За малое время я заметила привычку близнецов взъерошивать себе волосы. На вид ему было около двадцати двух максимум двадцати пяти. На кухню зашёл Джеймс весь мокрый. Капли стекали по его волосам и груди. Я смутилась, когда увидела, что он был в одних трусах. Но Эрика как будто не заметила этого. Она улыбнулась, смотря на парней, но не более того. Я подумала, что такая ситуация, наверное, случается часто. Мне показалось, что Эрика здесь была за старшую. Она с материнской добротой смотрела на дурачившихся парней, хотя те были старше её. Мне стало интересно, где их родители? Близнецы скорее всего уже не живут с ними, но вот Эрика ещё не была совершеннолетней, поэтому...
- Придурки, - процедил сквозь зубы Джеймс. На его коже появились мурашки, парень стуча зубами ушёл в ванную.
В дверь позвонили. Я подумала, что, возможно, это полиция, и меня уже разыскивают по всему штату, но оказалось, что это всего лишь родственники Грейсов. На кухню зашла невысокая рыжеволосая девушка. В руках она держала бумажные пакеты, которые тут же поставила на стол.
- Дели! - Эрика тут же стиснула девушку в объятьях. - Где Тейт?
- Разговаривает с Харпером, - в этот момент она заметила меня. - Привет, - я махнула головой.
- А это Рейчел. Мы с ней ходим вместе на Историю, кажется, - пролепетала Эрика и подмигнула мне. Я была рада, что она не рассказала новоприбывшей о том, как я здесь оказалась. Я всё больше чувствовала, что должна покинуть эту квартиру. Но что-то держало меня. Что-то в этих ребятах напоминало дом. От них веяло домашним уютом, особенно от рыжеволосой.
- Я Дели, - улыбнулась рыжеволосая. Я не знала, кем она приходится Эрике и всей её семье, но было видно, что Дели очень заботилась о всех них.
- Я, наверное, пойду, - проговорила я и поднялась со своего места. Я попрощалась с девушками, но Эрика бросилась меня провожать. В коридоре я никого не обнаружила, хотя там должны были стоять все парни.
- Наверное, уехали по делам. А нет, Джейс здесь. Могу его попросить он тебя отвезёт домой, - не успела я ответить, как Эрика прокричала Джейсону, что меня надо проводить.
   В машине Джейсон заставил меня пристегнуться, хотя даже папа не контролировал ремни безопасность настолько сильно, как он. Парень пристегнулся сам и вставил ключ зажигания.
- Ну, и где твой дом? - спросил он. Я подумала, хотела ли сейчас ехать домой или нет. Отец сейчас на работе, если он снова не уволился, значит будет момент поговорить с Агатой. Я должна это сделать. Я сказала Джейсону свой адрес, через несколько минут я уже взбегала по порожкам своего дома. Дверь была не заперта, я позвала Агату.
Мачеху я нашла в гостиной. Она прятала своё лицо в ладоши.
- Агата, - я прошептала её имя. - Агата, прости меня, пожалуйста, я... просто глупая. Я.... Чёрт, Агата, ты один из самых важных людей в моей жизни. Прости меня, - мачеха подняла на меня глаза. Они были полны слёз. - Что-то не так? Я не хотела тебя обидеть, Агата
- Твой отец, - всхлипнула она. - В больнице. Я не знаю, что с ним случилось, - я почувствовала, как к горлу подкатывается тяжёлый ком. Если бы я была рядом, я бы могла ему помочь. А я решила сбежать на эту чёртову вечеринку.
Эта безысходность. Я подумала, что она исчезла, но нет. Я чувствовала её, когда умирала мама. Трудно осознавать, что ты ничем не можешь помочь человеку, который в этом нуждается. Тяжело. Очень тяжело. Я пытаюсь сделать глубокий вдох, но не могу. Всё идёт кругом, Агата с заплаканными глазами, ничего не понимающий Ричард и эта комната, которая кажется огромной.
Всё возвращается на свои места через несколько секунд, я подскакиваю с дивана и стремительно выхожу из дома. Мне нужно в больницу, к отцу.
                ***
  Доктора предусмотрительно сказали, что нам надо оплатить лечение папы. Они загнули такую цену, что на глазах Агаты снова выступили слёзы. Я мужественно взяла список лекарств из рук этого работника больницы и старалась выглядеть, как можно спокойней. Но я не могла спокойно смотреть на эту цену.
   Мне нужно уйти из этой больницы, я больше не могу здесь находиться.
   Не знаю, сколько часов я проходила по городу. Я посетила все места, которые мы посещали с папой - парк аттракционов, парк на противоположной стороне города. Небо нахмурилось, и я как можно скорее хотела попасть домой. Я шла по мосту, как увидела девушку, сидящую на перилах. Одно неловкое движение, и она сорвётся вниз. Вокруг неё струились клубы дыма, длинными пальцами она подкурила сигарету и снова затянулась ей. Я никогда не курила. Помню, как Кейт заставляла меня попробовать закурить хоть одну сигарету, но после первой тяжки я решила, что это не моё.
   На секунду мне показалось, что я где-то видела эту девушку. Её светлые волосы, заострённое лицо. Девушка с вечеринки.
- Ты уже несколько минут наблюдаешь за мной, - она начала разговор, а я залилась краской. - Это из-за того, что я курю? - она так и не повернулась ко мне, но я понимала, что эти слова обращены ко мне. На мосту больше никого не было.
- То, что я курю, не делает меня плохим человеком, верно? - она снова затянулась, выпуская серые пары дыма в воздух. Это выглядело очень красиво, на фоне серого неба и голубой воды реки. Я продолжала молчать.
- Ты же была на той вечеринке, да? - наконец, она повернулась ко мне, критично разглядывая своими пронзительными глазами. - Рейчел, так ведь? - она снова отвернулась, обращаясь к небу. Интересно, что она тут делает?
- Откуда ты знаешь? - я пыталась сказать эти слова, как можно более спокойно, но в результате, она стали похожи на слова параноика.
- Я услышала из вашего разговора с тем парнем, - она задумалась. - Кажется, его зовут Алан, - я тут же вспыхнула. Она подслушивала наш разговор. - И, кажется, он обидел тебя
- Я думаю, это слишком личное, чтобы обсуждать это с...
- Едва знакомым человеком. Можешь считать меня незнакомкой, но, возможно, я знаю о тебе больше, чем ты думаешь, Рейчел, - она безмятежно выдохнула из себя дым.
- Ты следила за мной? - кто эта чёртова девушка, может она какая-нибудь сумасшедшая или наркоманка.
- Ты такая предсказуемая, - улыбнулась она. - У тебя всё на лице написано, - я в ту же секунду попыталась сделать "каменное" лицо, но блондинка лишь рассмеялась.
- Не скрывай свои эмоции, это чудесно, - снова улыбнулась она. - Хочешь поговорить? - я никогда бы не выложила все свои чувства первому встречному человеку, но она... эта девушка. Она будто бы заставила меня сделать это. Всё, я рассказала ей всё о себе: о маме, о дожде, об Алане, о Кейт, о папе - всё, казалось, ничто в моей жизни не скрылось от её пронзительных глаз.
- Твои проблемы они заставили меня задуматься, но будь уверенна, ты не единственная кому плохо. Экономика в заднице, школьницы готовы сделать всё за новую побрякушку, наш мир катится к чертям. И похоже, скоро пойдёт дождь, - девушка нахмурилась и взглянула на грозное небо, которое вот-вот уронит свои "слёзы" на землю, а я всё думала, осудила она меня за мои проблемы или глубоко сожалела моим утратам.