Туман

1 глава
Белый молочный сумрак тяжело окутал дорогу, ведущую к строящимся микрорайонам. Извилистая тропинка петляла между одиноко растущих сосен. «Здесь будет парк… скорей бы, тогда и освещение сделают», - думала Саша, почти бегом возвращаясь домой с работы. Квартиру в новом спальном районе Саша с матерью получили недавно, раньше они жили в центре, в большом старом доме с высокими потолками и лепниной на стенах. Теперь у них была скромная двушка на втором этаже. Год назад мама заболела, нужна была дорогостоящая операция, и они решили сделать обмен. Александре тогда пришлось взять академ. Учебу можно продолжить и после, решила она, главное, что мама поправляется и самое страшное уже позади. «Вот поработаю годик и восстановлюсь в институт, потом еще два года - и я дипломированный психолог. Пойду работать в детский центр. А сейчас надо помочь маме», - шагая по тропке, думала девушка.
За спиной вдруг послышались быстрые шаги: кто-то бежал, тяжело дыша. Сердце у Саши забилось сильнее, руки вспотели. До ближайшего дома было еще метров сто и она прибавила шаг. Топот усилился. Девушка оглянулась - высокий парень крепкого телосложения, одетый в темную куртку, с накинутым на голову капюшоном, быстро приближался к ней. Александра побежала что было сил.
- Постой, крошка, куда же ты так спешишь? Давай я тебе помогу сумку нести, - хватая девушку за локоть и вырывая сумочку, развязно сказал незнакомец.
Саша выхватила сумочку и побежала, громила ринулся за ней. Тропинку почти не было видно в густом тумане, капли воды оседали на ресницах, мешая смотреть под ноги. «Вот сейчас он протянет руку, и …», - от страха сердце девушки почти выскакивало из груди.
- Ну, куда же ты? Чем дальше убежишь, тем мне ближе нести, - кричал парень. Он схватил Сашу за плечи и с силой прижал к себе.
- Пустите меня, пусти! Помогите!
- Давай громче, я люблю, когда девушки шустрые, - смеялся он.
- Помогите, - чуть слышно шептала она.
Слова как будто застревали в горле, изо всех сил Саша пыталась вырваться из лап громилы.
Парень легко отобрал сумку, усмехаясь, сорвал с шеи золотую цепочку, подарок отца.
- Ну что, куколка, сама или мне? - глядя ей в лицо, сквозь зубы цедил он.
Сашку трясло от страха, она не плакала, не кричала, а стояла, окутанная холодным туманом, как тонкая березка на пронизывающем ветру. Ее разум как будто оледенел, она не могла сделать ни единого движения, не могла проронить ни слова. Громила с силой дернул за край плаща, и пуговицы посыпались на влажную землю.
- Оставь девушку в покое, - внезапно раздался твердый мужской голос.
- Кто это там еще квакает? Ну, иди сюда, - закричал хулиган, отпуская Александру.
- Я здесь, - раздался все тот же голос, и сильная оплеуха прилетела парню по голове, чуть не сбив с ног.
- Ты где, выходи! - кричал он во все горло.
- Да здесь я, - шутливо ответил голос, и новый удар свалил громилу с ног.
- Я тебя убью! - вскакивая и размахивая кулаками во все стороны, кричал громила.
- Сумку девушке верни, - и снова удар из тумана.
- Да пожалуйста! Не больно-то и надо было, - швыряя девушке сумку, грубо ответил несостоявшийся грабитель, растворяясь в тумане.
Были слышны только его быстро удаляющиеся тяжелые шаги.
Саша стояла, не шелохнувшись. Туман, громила, голос - все было очень странно. Хулиган ушёл, но девушка не шевелилась, а только держала край воротника и прижимала сумку к груди, боясь сделать хоть шаг.
- Все уже хорошо, не бойтесь, - ласково сказал голос совсем рядом.
- Спасибо, - тихо ответила Саша, глядя по сторонам.
Туман стал еще плотнее, и тропинка совсем пропала из вида, девушка совсем растерялась.
- Пойдемте, я вас провожу. Вам куда? - спросил все тот же мужской голос.
- Мне в новостройки, второй дом по Цветочной улице, - робко ответила она.
- Хорошо.
Саша почувствовала, как прохладная влажная от тумана ладонь взяла ее за руку. Они шли молча, девушка старалась рассмотреть идущего рядом, но сумерки и плотный туман делали фигуру незнакомца почти невидимой. Только темный силуэт в длинном плаще и прохладное прикосновение руки напоминали о том, что Саша идет не одна. Незнакомец молчал, и девушке было неудобно начинать разговор самой. Вдали показались огоньки, это светились окна многоэтажек, туман постепенно становился прозрачней. Саша почувствовала, как прохладная рука выскользнула из ее ладони. Саша оглянулась и увидела, что фигура её таинственного спасителя осталась стоять в тумане. Лица незнакомца не было видно, но Саша чувствовала, что её провожают взглядом.
- Спасибо! - крикнула она и побежала к дому, где ее ждала мама.
Саша быстро заскочила в подъезд и с силой захлопнула за собой дверь. Знакомые ступеньки, и вот она, дверь её квартиры. Саша отдышалась и тихонько, как мышка, вошла, боясь разбудить маму.
- Сашенька, это ты? - раздался такой родной голос с кухни.
- Да, мама, а ты почему не спишь? - надевая тапочки, ответила дочка.
- Иди сюда, я тебе блиночков напекла! Что за еда у вас в больнице - одни каши целый день.
Саша присела и, опершись на стол локтями, внимательно посмотрела на мать.
- Ну, как ты у меня?
- Да все хорошо, не переживай. Посидела, полежала, сериалы все свои пересмотрела. А ты как, устала на работе? - положив дочери на тарелку румяных блинчиков, спросила мать.
- Ой, мама, сегодня к нам такого больного привезли! У него черепно-мозговая травма - на пустыре по голове камнем ударили, а ему лет двадцать всего. Девчонки в отделении говорят, что не выживет. Знаешь, мама, он такой красивый! Волосы черные по подушке, ресницы густые, длинные-длинные … Лежит без сознания, весь в трубочках. И, главное, к нему никто не приходил. Про других больных родственники спрашивают, врачей донимают, а этот совсем один, мне его так жалко стало. Я палату убирала, все ему поправила, пеленки поменяла, судно вынесла. Села, смотрю на него, а у него глаза так дергаются - веки закрыты, а глаза бегают.
- Надо за него Богу молиться, может, и выздоровеет, молодой ведь, крепкий. А ты его, доченька, не оставляй, заботься. Он почувствует, что не один и захочет вернуться, - рассуждала женщина.
- Да, мамочка, - почти засыпая после горячего чая и блинов, ответила Саша.
- Иди, ложись уже. Устаешь, солнышко ты мое, - поглаживая дочь по голове, ласково приговаривала мама.
Сашка поплелась в комнату. На ходу стянув кофточку, она улеглась на мягкий, уже застеленный диван и закрыла глаза. В памяти четко вырисовалась картина вечернего происшествия, пустырь, громила, голос. Она пыталась вспомнить того, кто ее спас, но в памяти остался только голос, то строгий, то добрый. «Кто он, этот человек, какой он?» - думала Саша. Она поправила волосы, удобней укладываясь на подушку: «Цепочку жалко, ведь папин подарок», - почти вслух произнесла она.

2 глава
Утром Саша добралась до работы на автобусе, уже привычно приняла смену. Она работала в реанимационном отделении санитаркой. Когда ее мама долго лежала в больнице, Саша почти всегда находилась рядом и ухаживала за ней. Заведующий отделением заметил, как девушка ухаживала за больными в палате, где лежала мама, и предложил ей поработать в отделении. Саша согласилась. С тех пор прошло уже полгода.
В этом отделении не услышишь громких разговоров и не увидишь посетителей с сочными апельсинами, только тихий свист работающих аппаратов искусственного дыхания да мигание лампочек на приборах жизнеобеспечения. Здесь борются за жизнь и больные, и врачи. И всегда один и тот же запах – лекарств и тревоги.
Саша вошла в палату, где по-прежнему лежал без сознания тот самый молодой человек. Она поправила простынь на его кровати, присела на стоящий рядом стул и взяла его за руку. Вошла медсестра, стала готовить шприц.
- Александра, его сейчас на операцию повезут - нейрохирурги приехали. Даст Бог, к вечеру все будет хорошо, - сказала медсестра, делая юноше укол.
- А потом куда?
- Сюда же и привезут, часов через пять. Операция сложная. А ты что так интересуешься? – споро собирая использованные ампулы, спросила медсестра.
- Да так, жалко его очень, молоденький такой, красивый, и совсем один. А как его зовут?
- Как тебя. Помоги мне, перевернуть его надо и обтереть, - снимая с юноши простыню, сказала медсестра.
Саша подскочила и стала помогать, поворачивая юношу на бок.
- Здоровый какой! Оботри ему спину, - скомандовала сестра.
Сашка привычными движениями протерла ватой, смоченной в спиртовом растворе, спину, руки и ноги парня, надела на ноги бахилы. Сестра ушла, оставив девушку в палате одну. Саша снова присела рядом с кроватью, погладила юношу по бледной щеке и ласково, чуть слышно, прошептала:
- Ты не бойся, у нас знаешь, какие врачи! Они мою маму с того света вытащили! И с тобой будет все хорошо. Ты только верь, а я тебе помогу. Вот сейчас глазки протрем, какие у нас реснички густые. Ты не бойся, я буду тебя ждать - это быстро, и больно не будет. Вадим Анатольевич очень хороший врач, точно. А когда тебя привезут, я побуду с тобой рядом, одному ведь больно, страшно, а вместе мы справимся! Ведь двое - это не один, правда, - приговаривала она, протирая больному лицо.
 - Саша, ему пора, - скомандовал вошедший в палату доктор.
 - Я буду тебя ждать, - шепнула девушка вслед увозимому на каталке юноше.
День тянулся как никогда долго, Саша дважды сделала влажную уборку, сменила постели, сбегала в магазин для больной из седьмой палаты, а Александра все не везли. Только к вечеру юношу привезли в реанимационную палату, подключили к аппаратам и поставили капельницу. В палате осталась только дежурная медсестра. Саша тихонько прошмыгнула в палату.
- Как он? - спросила она у сестры.
- Не знаю, тяжелый очень. Кома, - озабоченно ответила та.
- А можно, я тоже с ним посижу?
- Посиди, а я на минутку отлучусь, мне к главной надо, - согласилась медсестра.
Саша села рядом с юношей, поправила на нём простынь и осторожно погладила его по руке.
- Вот видишь, все хорошо, операция прошла успешно. Теперь ты сам старайся, надо собрать все силы и выздоравливать. В жизни столько всего интересного. И болеть нам с тобой некогда, вот швы подживут - и вперед к заветным мечтам. Знаешь, а я мечтаю научиться кататься на роликах, а еще люблю в походы ходить и на гитаре играть, я даже немного песни пишу. Только я этого еще никому не говорила, тебе первому. Вот ты поправишься, я тебе спою, если захочешь. А вообще, у тебя, наверно, девушка есть, и учился ты где-то. Но ты не расстраивайся. Учебу нагонишь! Вот я тоже сейчас в академе - мама болела, пришлось уйти. Но это ничего, главное она сейчас здорова, и ты тоже обязательно выздоровеешь.
- Сашка, ты опять здесь? Рабочий день кончился, иди домой, егоза, - послышался знакомый голос тети Гали, сменщицы Александры.
- Сейчас, тетя Галя. Я пойду, мне нельзя здесь долго оставаться, поспи, а завтра я опять зайду, - чуть дотрагиваясь до руки парня, тихо прошептала Саша.
Девушка торопливо вышла из палаты, быстро переоделась и была уже на автобусной остановке. Стоял ясный теплый вечер, и дорога через пустырь хорошо просматривалась, полная луна ярко освещала извилистую тропинку. Девушка почти бежала, стараясь ни о чем не думать. Вдруг что-то блеснуло у самого ствола березки. Она быстро подошла поближе и на большом гладком валуне разглядела золотую цепочку, чуть поблескивающую в лунном свете. «Моя цепочка. Надо же, никто ее не нашел», - обрадовалась девушка, бережно поднимая пропажу. И ей сразу вспомнился вчерашний герой. «Увидеть бы его хоть разочек, а то даже рассмотреть его как следует, не успела. Он такой смелый и благородный, сейчас таких парней мало. А может он взрослый мужчина, он так лихо с этим детиной расправился! А я его даже поблагодарить толком не смогла», - размышляла Сашка, подходя к подъезду.
Дома ее ждала мама, Саша как всегда в подробностях рассказала ей, как прошел день. Поделилась переживаниями за больного Александра, мама как могла ее успокаивала и убеждала надеяться на лучшее. Ложась спать, Сашка поймала себя на мысли, что она все время думает об Александре: «Как он там один, лежит уже двое суток и никто к нему не приходит… А вдруг у него никого нет, и он один на целом свете? Да еще Юлька, медсестра, такая безалаберная, а вдруг прохладно и он замерзнет, и одеяло ему поправить некому. Завтра спрошу у врача, может быть, ему что-то нужно, может, бульон сварить или еще что?» Ворочаясь с боку на бок, она мысленно разговаривала с ним: «Саша, ты не бойся, я с тобой, все будет хорошо, мы справимся обязательно! Только ты собери все силы, хорошо? Ты же не один, у тебя есть я, по крайне мере сейчас, а потом, когда ты выздоровеешь, как захочешь, можем и не дружить».
Тусклый свет уличного фонаря чуть освещал комнату, Саше совсем не спалось, она встала и подошла к окну. Белая дымка ночного тумана плыла по улице, окутывая темные дома и деревья. Напротив её дома стоял незнакомец в длинном плаще, лица его не было видно, он смотрел прямо на ее окно. Сашка задвинула штору, ей стало немного страшно. Часы пробили двенадцать, сердце часто застучало, щеки покрылись густым румянцем. «Это он, вчерашний спаситель, но откуда он знает, где я живу? Надо выйти на балкон, а то вчера сбежала и сегодня спряталась, стыдно», - натягивая спортивный костюм, думала она.
Тихонько, чтобы не разбудить маму, Саша вышла на балкон. Ночной гость стоял молча, едва различимый силуэт как будто растворялся в тумане.
- Здравствуйте, - громко поздоровалась Саша.
- Доброй ночи, Саша! Если у вас есть время, вы бы не могли спуститься? - позвал незнакомец.
- Сейчас, - ответила девушка, ее душа трепетала от страха, но отказываться было неудобно, и она прошмыгнула во входную дверь, тихо прикрывая ее за собой.
Девушка быстро сбежала по ступенькам, вышла на крыльцо и сделала несколько шагов навстречу. Незнакомец стоял, не двигаясь. Сашка сильно сжала кулаки, стараясь побороть страх, быстро подошла ближе, а незнакомец как будто слился с молочным туманом.
- Привет, - поздоровалась она.
- Доброй ночи, - прозвучал голос совсем рядом.
- Не спится? Мне тоже. Как вы его вчера! Спасибо вам большое, - мешаясь в словах, тараторила девушка.
- Пустяки, Саша! Пойдемте, прогуляемся, - пригласил незнакомец приятным голосом.
- Поздно уже, меня мама потеряет, - попыталась отказаться она.
- А мы недолго, - уговаривал голос.
- Хорошо! А я так и не знаю, как вас зовут. Давайте познакомимся, - чуть осмелела девушка.
- Вас звать Александра, Сашенька я это знаю, а меня… - и голос затих на полуслове.
Саша думала и не могла вспомнить, назвала ли она вчера свое имя? Но теперь это уже не важно, она ждала ответа, голос молчал, будто думал.
- Я не помню, как меня зовут. И где я живу, тоже не помню. Вообще, мне кажется, что я совсем не живу, - как-то загадочно и очень печально ответил голос.
- Как это не живете? Я же вас слышу, вот дайте мне вашу руку, - протягивая незнакомцу ладонь, попросила Саша.
Прохладная рука сжала её ладонь.
- Вот видите! Вам в милицию надо обратиться - так бывает, когда люди память теряют, - объясняла Саша.
- Наверное, - ответил голос протяжно и задумчиво.
- Буду звать вас Ёжиком, можно? Вы как ёжик в тумане, всегда появляетесь неожиданно, - засмеялась Саша.
- Хорошо, мне нравится. Ёжик - это здорово, - засмеялся голос.
Девушка шла по тропинке, стараясь разглядеть попутчика, он держал ее за руку и рассуждал о жизни.
- Саша, как это здорово – жить! Правда, один человек живет, как солнышко - открыто, любя всех, а другой - бродит в тумане и не может найти правильный путь. Бывают люди, как звездочки, вспыхнут и погаснут. Вот и сегодня такая ночь – туман, звезд совсем не видно, легко заблудиться. Саша, а ты любишь смотреть на звезды?
- Да, очень, это так красиво, когда небо совсем черное, и тысячи блестящих мерцающих звездочек глядят на тебя с высоты. А я иногда думаю, что смотрят оттуда с других планет на меня такие же люди, как и мы. Живут, любят, умирают, а мы о них ничего не знаем.
- Да, звезды, небо, вселенная - как это фантастически далеко и загадочно! Но ведь и на земле столько интересного, необычного. Вот, например, гончарный круг. Ты когда-нибудь видела, как работает гончар? Его движения мягки и невесомы, а из-под его ладоней выходят удивительной красоты изделия, они теплые и живые. В них вложена частица души гончара, они взяли в себя силу земли, воды и огня, поэтому керамическая посуда самая лучшая для человека, и в плохом доме не живет, бьется, - объяснял Ежик.
- Как ты интересно рассказываешь! Я бы очень хотела посмотреть, как работает гончар, - ответила Саша, медленно шагая рядом.
- Заговорил я тебя, тебе еще выспаться надо, завтра на работу. Пойдем, я тебя провожу, - заторопился вдруг незнакомец.
И вот они уже почти подошли к дому, туман начал понемногу растворяться. Саше было очень интересно слушать своего собеседника, ей было совсем не страшно с ним, его ласковый голос успокаивал, она очень хотела взглянуть ему в глаза, увидеть улыбку, но ей было неловко разглядывать идущего рядом. Она оглянулась, чтобы попрощаться, но незнакомца уже не было рядом, он растворился в тумане, только сумрачный силуэт плыл в ночной дымке, медленно удаляясь.
- Ёжик, пока! - крикнула она в темноту ночи.
- Пока. Я буду тебя ждать, - чуть слышно донеслось из темноты.
Сашка заскочила в подъезд, пробежала по ступенькам - и вот она, родная дверь, она неслышно проскользнула в свою комнату и плюхнулась на диван, натягивая одеяло. «Как здорово, какая ночь! Кто он, этот Ёжик? Такой интересный, загадочный, и совсем не такой, как современные парни», - думала Сашка, засыпая.

3 глава
Утро наступило как всегда неожиданно, с резким звоном будильника. Сашка нежилась в кровати, ей страшно не хотелось вставать.
- Сашенька, тебе на работу пора, что это ты у меня сегодня? - удивленно спросила мать, входя в комнату.
Девушка быстро соскочила с постели, привела себя в порядок, выпила приготовленный мамой чай и побежала на автобус.
На работе всё было как всегда, когда один день похож на другой, - Саша уже привыкла. Привыкла ко всему, кроме смерти. Ночью умер старик, лежавший в одной палате с Александром. Саша сменила белье, протерла пол в палате. Она все всматривалась в лицо парня, пытаясь увидеть какие-то изменения. Вошел врач, проверил показания аппаратов, поговорил с медсестрой. Саша наблюдала это со стороны, а в коридоре она робко тронула доктора за рукав халата.
- Вадим Анатольевич, можно вас спросить? Как Александр со второй койки?
- Состояние стабилизировалось, но он потерял много крови. Доноры нужны, а мы его близких найти не можем, - озабоченно ответил врач.
- А какая у него группа?
- Да вот редкая, кровь-то нашли, но еще бы хоть одного донора, четвертая у него и резус отрицательный.
- У меня же такая! - радостно вскрикнула Саша.
- Не перестаю тебе удивляться! Куда тебе еще кровь сдавать? Тебе о женихах надо думать, а ты из больницы не вылазишь, - пожурил ее доктор.
Сашка на ходу переобула туфли, сбросила халат и побежала в соседнее здание, в пункт переливания крови.
- Я кровь хочу сдать для Александра Скворцова, - запыхавшись, сказала она.
- Девушка, пока посидите, сейчас к вам подойдут, - ответила работающая здесь медсестра.
После небольшого обследования у Саши взяли кровь, и она, довольная собой, отправилась на свое рабочее место. Там ее уже потеряли.
- Сашка, где ты носишься? А почему такая бледная? Ты добегаешься, - отчитывала ее дежурная медсестра.
- А что случилось?
- Мужчина в реанимации в себя пришел, его надо в палату переводить, - ответила сестра.
Александра со всех ног побежала в палату: «Саша пришел в себя, я же говорила, все будет хорошо», - думала она, толкая дверь. На соседней от Александра кровати лежал мужчина после операции на желудке, он уже совсем отошел от наркоза и чувствовал себя неплохо. Девушка подошла, грустно взглянула на больного, тихо поздоровалась.
- Что такая невеселая, сестричка? - пошутил тот, перебираясь на каталку.
- Вам нельзя двигаться, мы сами, - заругала Сашка больного, крикнула дежурную медсестру, и они уложили его на каталку.
Саша перевезла пациента в другое отделение и вернулась в реанимацию. Палата совсем опустела, и только ее подопечный неподвижно лежал на своей кровати.
- Ну, как ты тут? Одиноко тебе… Обещай мне, что ты будешь стараться выздороветь. Знаешь, со мной случился странный случай, на меня напал хулиган, но меня спас незнакомый мужчина, а сегодня ночью он приходил ко мне, и мы гуляли. Он такой необычный, я никак не могу его разглядеть. Только слышу его голос и чувствую его руку. Она такая же, как у тебя. Какие у тебя холодные руки, - как будто очнувшись, сказала Саша и начала растирать юноше кисти рук.
Больной лежал неподвижно, и только его глаза под закрытыми веками двигались быстрее. Саша всматривалась в его лицо, стараясь понять, слышит ли он ее, но лицо юноши было спокойным и неподвижным.
- Я знаю, ты меня слышишь. Странно все это, он даже не помнит своего имени. Представляешь, я назвала его Ёжиком, - рассказывала Саша. Вдруг рука юноши дернулась.
- Сестра, сестра! Юлька, ты что, не слышишь? У него рука шевельнулась! - закричала Саша.
- Что ты кричишь? - подошла дежурная сестра, внимательно посмотрела на больного. - Тебе показалось, иди уже домой.
- Сейчас, еще минуточку и пойду.
Сестра вышла, а Саша с больным остались одни. Девушка укутала его теплым одеялом, поправила валик в ногах и присела рядом на стул.
- Саша, я так мечтаю побывать в далеких странах! Я столько о них читала, особенно об Австралии, там столько интересного! И конечно во Франции. Я недавно прочитала стихотворение, послушай, в нем столько чувства! И оно как раз о Париже:
Я назначаю встречу Вам в Париже
Под листопадом сумасшедшим, рыжим
На площади, у Нового Моста,
Где в потемневших арках плещут воды,
Где берега и каменные своды
Целуют Сены влажные уста.
Не опоздайте! – Я прошу Вас очень,
Ведь назначать свиданья, между прочим,
Не позволяет даме этикет.
И мне в подарок (если захотите)
У молодой цветочницы купите
Камелий белых утренний  букет.
Я буду ждать. О, я приду пораньше!
И встану там, где целый день шарманщик
За горсть монет играть толпе готов:
В нестройных звуках – в этих всхлипах пьяных
Витает запах жареных каштанов
И ароматы срезанных цветов.
А Вы найдите, Вы меня найдите…
Я там, где небо  в голубом нефрите
Стекает в город с черепичных крыш.
Меня узнать легко, на самом деле, -
Я та, что ждёт от Вас букет камелий,
А местом встречи выбрала  Париж.
Я Вас дождусь… Я снова Вас увижу:
Жаль, лишь во снах мы видимся в Париже. 

- Правда, здорово? У меня даже дух перехватило, пока я читала эти строчки. Наверно, правду говорят: «Увидеть Париж и умереть». Я понимаю, что это аллегория, но все же… Может, я легкомысленна и многим кажется, что наивна, но как можно этим не восхищаться! В нем столько любви. Я думаю, что жить открыто, любя и впуская в сердце любовь - это так здорово. Любить весь мир с его радостями и печалями, с весной и радугой, с лужами после дождя и опавшими листьями … А занятий сколько в мире интересных! Вот мне рассказывали про гончарный круг, это тоже поэзия, только поэзия ремесла. Ну, мне пора. Бог даст, ты придешь в себя, и все будет хорошо, - рассуждала Саша, внимательно вглядываясь в бледное лицо юноши.
Остановившись у выхода, она еще раз посмотрела на Александра и тихонько прикрыла дверь в палату.

4 глава
Сегодня после работы Сашу ждала школьная подруга, они собирались сходить в кино. Девушка доехала до кинотеатра и села в скверике у фонтана ждать Лизу. Лиза как всегда опаздывала, и Саша смотрела на мелкие брызги, летящие из струй фонтана и образующие нежный прохладный туман, и что-то тихо напевала себе под нос.
- Привет, Саша, - раздался знакомый голос откуда-то из глубины фонтана.
- Привет! Ёжик, это ты? А как ты здесь оказался? - удивленно спросила девушка.
- Увидел тебя, сидишь грустная. Ты ждешь кого-то?
- Да, мы с подругой в кино собрались. А ты присаживайся! Может быть, с нами в кино?
- Спасибо, в следующий раз. Очень бы хотелось, но пока не могу. Ты знаешь, здесь недалеко в художественном салоне проходит выставка современного гончарного искусства, сходите с подругой, тебе понравится. А мне пора, вечером я буду тебя ждать у подъезда, придешь?
- Не знаю, наверное, приду, - вглядываясь в пустоту, ответила Саша.
«Я уже с ума схожу, мне голоса мерещатся. Но не могла же я его выдумать. Голос слышу, руку его чувствую, сумасшествие какое-то», - думала Саша, поглядывая на часы. Лиза опаздывала, сеанс уже начался.
Саша услышала быстрый цокот каблучков - по дорожке бежала девушка, спотыкаясь и ругаясь на бегу.
- Сашка, прости, автобуса долго не было! Что сидишь, побежали, - скомандовала Лиза.
- Лиза, ты на часы посмотри, я и билеты не брала, тебя ждала, - ответила Саша.
- Ну вот, - запыхавшись, уселась рядом Лиза, - что теперь делать будем?
- Давай пойдем на выставку, здесь недалеко в художественном салоне выставка интересная.
- Ну, пойдем, что делать-то, - поправляя кофточку, согласилась подруга.
Девушки встали и медленно пошли к салону, беседуя между собой, Лиза рассказывала последние новости. «Выставка современного гончарного искусства. Авторы: И.Гусаров, М.Носов, А.Скворцов», - прочитала Саша афишу у входной двери салона. Девушки вошли внутрь. Люди прогуливались по просторным светлым залам, рассматривая экспонаты, небольшая группа стояла в дальнем углу.
- Проходите, сегодня у нас мастер-класс, работают Игорь Гусаров и Михаил Носов. Вот Саши, что-то нет … Проходите, девушки, - приветливо пригласила подруг работник салона.
Саша с Лизой подошли к стоявшим в конце зала людям. Два молодых человека умело работали за гончарным кругом. На глазах зрителей из простого куска глины под руками гончаров рождался кувшин причудливой формы, а вот уже глина превращается в простую деревенскую крынку под воду или молоко. Саша как завороженная смотрела на работу гончаров, и ей очень хотелось самой испытать эти удивительные ощущения.
Вот мастера стали приглашать всех желающих попробовать. Саша вызвалась первая, ей надели фартук и усадили за гончарный круг, молодой человек дал ей кусок влажной и уже размятой глины. Саша смочила руки в стоящем здесь же ведре с водой, парень обхватил ее руки своими, и круг завертелся. Саша почувствовала мягкость и эластичность материала. Упругий, теплый, но в то же время какой-то особенный, не похожий ни на что другое материал чуть напугал девушку, как будто что-то живое было в ее ладонях. Оно просилось меняться, окутывало кисти рук, ласкало их своей теплотой и шелковистой текстурой.
- Не бойтесь, это глина просит частичку вашей души, - сказал гончар. - Постарайтесь полюбить ее, отдайте ей часть себя. Вспомните себя маленькую, как вы лепили куличики, вспомните свое ощущение счастья и покоя рядом с любимыми.
- Я поняла, - и Саша вспомнила маму, молодую и счастливую в объятьях смеющегося отца. Себя, когда она, вся в песке, выбиралась из намокшей от дождя песочницы. Александра бережно водила руками по крутящейся на гончарном круге глине. Она выводила край, потом опускала руки почти на самое дно, руки Игоря ненавязчиво помогали ей, и Саша как будто растворилась в своем занятии. Ее душа была спокойна и свободна, в эту минуту она любила себя, любила мир, в котором живет, и этот живой кусок глины, превращающийся в ее руках в маленькую крынку. Ее движения были мягкими и спокойными, как музыка, руки танцевали вальс с грамотным партнером, он ловко вел партнершу, вовремя подсказывая ей направление. И вот на вращающемся круге стояла маленькая красноватая крыночка, совсем сырая - оживший кусок глины, а оживила ее Саша. Сама вдохнула в нее частичку своей души, своих воспоминаний. Ей очень захотелось забрать ее домой. Игорь ловко, одним движением, срезал проволокой готовое изделие.
- Какая Вы молодец, с первого раза у вас получилась такая аккуратная работа. Вы хотите забрать ее? - спросил гончар.
- Конечно, - восхищенно ответила Саша, вытирая о фартук руки.
- Тогда Вам придется прийти через несколько дней. Сначала изделие должно высохнуть, а потом мы поставим его в печь - глина должна почувствовать жар пламени, тогда она оставит в себе и частичку Вас, - приветливо объяснял Игорь.
Саша с Лизой пошли по залу, внимательно разглядывая работы: высокие кувшины необычной формы, изящные вазы с изогнутыми ручками и простые крынки, расписанные растительными орнаментами. А особенно Саше понравились причудливого вида животные: олень с витыми рогами, птицы счастья и длинноногий аист, закинувший голову назад. Внизу каждой работы стояло имя мастера, Саша внимательно прочла фамилию - Скворцов. «У нашего пациента тоже фамилия Скворцов», - подумала она, но ее мысли перебила подошедшая женщина-экскурсовод.
- Как вам, девушки, понравилась выставка? А это сделал Саша Скворцов, замечательный автор, большой талант. Ему всего двадцать два, а его работы уже купил Парижский национальный музей, - объясняла женщина.
- Здорово, - ответила Лиза.
 Саша стояла рядом и любовалась необычной статуэткой. «Туман», - прочитала она название. В небольшом бесформенном куске глины был виден чуть заметный мужской силуэт. Саша сжалась, внимательно вглядываясь в образ, изображенный на изделии, и страх холодной волной накатил на нее.
- Лиза, пойдем, - схватила она подругу за рукав, в ее голосе был ужас и какой-то необъяснимый трепет.
- Сашка, ты чего? - вырываясь, пыталась возразить Лиза.
- Пойдем! - Саша выскочила из галереи, ее сердце быстро билось, непонятное волнение и беспокойство охватили душу.
- Сашка, ну ты сумасшедшая!
- Пошли скорее, мне домой пора.
Девушки заторопились на автобусную остановку, вскочили на первый проходящий автобус. Саша сидела, молча уставившись в окно.
- Саша, ты сегодня какая-то не такая, что с тобой? - озабоченно спросила Лиза.
- Все нормально, просто устала. Да и поздно уже, домой надо, мама беспокоится, - сдержанно ответила Саша.
Девушки доехали до нужной остановки, Лизе нужно было делать пересадку, а Саша пошла через пустырь домой. Она посмотрела по сторонам, тропинка была пуста. Девушка прибавила шаг, почти бежала, ей было страшно, перед глазами стояла фигурка «Туман». «Это же Ёжик, он знает про выставку, почему же он не пошел со мной? Туман, глина - мистика какая-то, так не бывает. Я его слышу, чувствую, но не вижу. Как эта статуэтка, ее видно, можно потрогать, но понять, кто там изображен, невозможно. Как он мне сказал: человек бродит в тумане и не может найти выход… С Ёжиком что-то не так, ему трудно, он ищет выход, но какой? Почему он прячет лицо, зачем он приходит ко мне?» - думала Саша, шагая через пустырь.
- А ты почувствуй душу, улови биение сердца, ведь лицо – только маска. Помнишь сказку «Красавица и чудовище»? Иногда внешность обманывает человека, за красивым лицом прячется чудовище, а за уродцем - огромное любящее сердце. Бывает, человека любят за смазливое личико, забывая о его душе, считают его красивой куклой и не воспринимают всерьез. Внешность - это только костюм, который может порваться, испортиться, состариться, а душа и любовь человека будут с ним всегда, ведь любовь не уходит, если она была, она остается в душе навсегда, у нее не бывает срока давности, - услышала Саша рядом с собой знакомый голос.
- Ёжик? - удивилась она. - Ты знаешь, я начинаю тебя бояться, ты всегда появляешься так неожиданно.
- Отчего же? Я обещал, что буду тебя ждать, уже поздно и совсем темно, а ты идешь одна. Вот и твой подъезд, - спокойно ответил незнакомец.
- До свидания, - тихо попрощалась Саша.
Ей было жутко от происходящего с ней, она не могла найти этому объяснение, и от этого становилось еще страшней.
Сердце хотело выпрыгнуть, душа была в смятении, она быстро поднялась по ступенькам. Мама уже спала, Саша вошла в свою комнату, быстро разделась и нырнула под одеяло. «Он был там. Кто он, какой он? Главное душа… Как все сложно! Он такой умный, добрый и ласковый, и в то же время такой строгий. Столько знает - философ и романтик, но я его никак не могу разглядеть. Может, он страшный урод без носа и с косыми глазами? А там, в больнице Саша такой красивый, какие у него глаза, ресницы, он похож на сказочного принца, и наверно у него много поклонниц. Но он молчит, он очень болен, может быть, даже не выживет», - думала Саша, проваливаясь в тяжелый сон.

5 глава
Следующие два дня прошли как в тумане. Происшествия последних дней не выходили у Саши из головы. Она вновь и вновь прокручивала в памяти последние события: встречи с таинственным незнакомцем под покровом темноты, молодой парень в больничной палате, мастер-класс на выставке керамики, таинственный экспонат. Все это будоражило ее воображение, мешало сосредоточиться. Между тем полная картинка происходящего так и не складывалась у нее в голове. Саша будто на автомате выполняла свою обычную работу в больнице. Состояние загадочного пациента оставалось стабильным, но улучшения не наблюдалось. Девушке было страшно оставаться один на один с тяжелобольным, она старалась не заходить без надобности в палату Александра, но между тем, словно какая-то неведомая сила притягивала и влекла ее именно туда. Вечерами, возвращаясь домой, девушка чуть ли не бегом бежала через пустырь, боясь услышать тихий голос Ёжика, ощутить прикосновение его прохладной руки. Однако перед сном не находила себе места и, погасив свет в комнате, долго стояла у окна, вглядываясь в ночную мглу и надвигающийся с пустыря туман, стараясь разглядеть в нем знакомый силуэт.
На третий день вечером, возвращаясь со смены домой и проходя через пустырь, она почувствовала на себе чей-то взгляд. Обернувшись, она увидела в тумане смутные очертания фигуры, и знакомый голос позвал ее.
- Здравствуй, Саша! Почему ты избегаешь меня? - в голосе Ёжика чувствовалась грусть.
- Я не избегаю, - девушка напряглась, руки ее затряслись, да и вся она трепетала, как осиновый лист на ветру. – Просто я не могу понять, кто ты? Откуда ты? Зачем ты приходишь ко мне? Я вообще уже ничего не понимаю, мне кажется, что я схожу с ума! Сейчас я вижу, слышу тебя, могу взять тебя за руку, но когда прихожу домой, меня начинают одолевать сомнения, в своем ли я уме. Может, это бред? Существуешь ли ты на самом деле? – голос Саши почти перешел на крик.
- Я существую. Я действительно существую. Верь своему сердцу, оно никогда не обманет. Возьми вот это, – и он протянул ей глиняную крынку, ту самую, которую Саша слепила своими руками на мастер-классе несколько дней назад.
Саша опасливо взяла ее из рук Ёжика. Осторожно, чуть дыша, поднесла ее к глазам, ощупывая шероховатую поверхность обожженной глины. Первым ее желанием было бросить крынку, разбить ее об землю, но Ёжик удержал ее.
- Не делай этого. Сила земли, огня и твоего сердца способны сотворить чудо. И… верь мне. Я очень прошу тебя, верь. Сейчас я не могу тебе всего объяснить. Мне пора. До свиданья, Саша, - с последними словами силуэт стал отдаляться.
- Ёжик! – закричала Саша. – Не уходи! – слезы были готовы брызнуть из ее глаз. Она хотела броситься за ним в туман, но ее ноги будто приросли к земле.
- Я вернусь. Обязательно вернусь. Только другим, - и смутная фигура полностью растворилась во тьме.
Саша еще несколько минут постояла в темноте, потом повернулась и пошла домой.
Утром яркое солнышко ласкало Сашкины щеки сквозь прозрачные занавески. Звонок ненавистного будильника заставил открыть глаза, она соскочила с дивана, на кухне уже хлопотала мама. Девушка быстро приняла душ и вышла на кухню, горячие пирожки лежали на тарелочке, ароматный кофе дымился в чашке.
- Мамулечка, ты чудо! - целуя мать в щеку, восторженно сказала дочь, глядя на свежие пирожки.
- Саша, какая красота, где это ты такую вещицу взяла? - рассматривая Сашину крынку, спросила мать.
- Мама, я ее сама сделала, мы на днях с Лизой были на выставке гончарного искусства. Там проводился мастер-класс, я попробовала, и вот что получилось, - ответила Саша, быстро жуя один пирожок за другим.
- Да, хорошая работа, раньше в таких крынках в деревне держали воду или молоко. Считалось, что если у мастера чистая душа, то вода, постоявшая в такой крынке, имеет чудодейственную силу. А еще по одной из версий, волшебный Грааль – это тоже простая глиняная крынка.
- Здорово, мама! Знаешь, глина - это необыкновенный материал, такой теплый, податливый, как живой. Я, наверное, займусь глиной, мне очень понравилось, только надо найти, где этому учат, - ответила дочка, заворачивая пирожки для больных, она всегда приносила что-нибудь вкусненькое для пациентов, которых никто не навещал.
Сашка сложила пироги в сумку, немного подумала и положила маленькую крыночку туда же. Добравшись до работы, она сразу принялась за дело, и сбегать в палату, где лежал Александр, получилось только после обеда. Надо было вымыть окна в операционной, унести белье в прачечную и сделать кучу других дел. Но Саша все время думала о нем: «Как он там один? Процедуры, уколы… Что с ним, пришел ли он в себя?» А еще она вспоминала вчерашний вечер, и несколько других вечеров, когда она встречала таинственного Ёжика, гуляла с ним, разговаривала. «Душа… Как все сложно и запутанно, надо быть просто хорошим человеком, не врать, не обманывать, поступать с людьми, так, как вы бы хотели, чтобы поступали с вами. А душа - это так непросто. Любовь не умирает. А если человек разлюбил, или даже стал ненавидеть, ведь тогда это не любовь. А что тогда настоящая любовь? Вот я живу себе и живу, не любила еще никого, не встречалась ни с кем, даже ни с кем не целовалась. Мне просто некогда, а мне уже двадцать лет, почти старуха. Вот если бы Саша выздоровел и обратил на меня внимание… А Ёжик сильный, смелый, умный, добрый, но он как привидение, я его совсем не видела и так много думаю о нем, почему? Кто из них важней для меня? И смогу ли я полюбить кого-то из них так, как говорит Ёжик?», - рассуждала девушка, вытирая стекла.
Ей очень хотелось увидеть Сашу. Наконец после обеда выдалась свободная минутка, и она поспешила в его палату, тихонько приоткрыла дверь - у кровати больного сидели люди - женщина с мужчиной и молодая девушка. Саша поняла, что это были его родители, а девушка, наверное, его невеста. Мама прижимала Сашину руку к своей груди и что-то ласково ему говорила.
- Вам пора, долго здесь находиться нельзя, - сказал вошедший доктор. - Саша, а вы палату приберите, скоро еще больного после операции привезут.
- Хорошо, - тихо ответила Саша и вошла.
Родные Александра быстро вышли, Сашка подошла к кровати больного, трубки искусственного дыхания были убраны, он дышал сам, лицо его уже не было таким бледным. «Вот и все, я ему теперь не нужна, у него есть родные, любимая девушка, он придет в себя, и совсем не будет знать обо мне. Да и зачем я ему, он такой красивый», - грустно подумала Саша, присев на стул рядом с кроватью юноши. Девушка погладила его по голове и внимательно посмотрела на его еще очень бледное, но такое красивое лицо. Она достала из кармана больничного халата маленькую крынку, набрала в нее воды из графина и поставила рядом с Сашиной кроватью на столик. Быстро вымыла полы, застелила стоящую рядом постель и присела рядом с Сашей. Она намочила кусок марли водой из крынки и стала нежно протирать больному глаза, нос, щеки, плавно водя влажной марлей по его лицу. Смочила потрескавшиеся губы, несколько капелек капнула ему в приоткрытый рот. Ресницы шевельнулись, и Александр открыл глаза.
- А можно еще попить, - тихо спросил он очень знакомым голосом.
Саша вздрогнула и резко отпрянула от кровати, волнение и страх сковали ее. «Саша, Ёжик - что их объединяло? Как это? Неужели это один и тот же человек?» - мысли роем пронеслись в ее голове.
- Ёжик? - удивленно спросила она, с трудом справившись с неожиданно нахлынувшими чувствами.
- Александр, можно просто Ёжик. Я приглашаю тебя в Париж, букетик камелий я подарю тебе непременно, на роликах научимся кататься вместе, и ты мне спеть обещала, - ласково улыбнулся Александр. – А я научу тебя работать с глиной.
Сашка смотрела на него как завороженная, она не могла поверить в случившееся, ее спаситель - смелый, умный философ, и этот больной мальчик, в которого она так нечаянно влюбилась - один человек! Александр взял ее руку и поднес к губам, внимательно глядя ей прямо в глаза.
- Ты согласна? - спросил он очень ласково.
- Да, только ты мне все толком объяснишь про душу, и вообще…
Александр улыбнулся, его щеки вспыхнули румянцем, Саша наклонилась и нежно поцеловала его, сейчас она была самой счастливой на свете.
Ведь произошло чудо, а чудеса совершаем мы сами…


Рецензии