Мое пребывание в ГСВГ. Глава 7

Гвардейский мотострелковый 244-й полк

От городской электрички мы шли узкими улицами Шлотхайма, разглядывая всё вокруг. Впервые в чужой стране, где все было так ново и интересно. И сами немцы показались мне тогда какими-то не такими, как люди Союза. Чужие были они все какие-то. Это уже сейчас я понимаю, что на самом деле то не люди такими были, а то было мое восприятие тех людей именно такими. Но тогда я именно так воспринял ту новую для себя среду…
Мы вышли из города и пошли вдоль трассы. Почему-то здесь почти не ездили машины. Хотя, нет. Мимо нас пронесся старенький ЗИЛ, с военными номерами…
Шли минут 20, когда увидели высокий бетонным забор. За ним виднелись пятиэтажные здания – это был офицерский городок…
Вот и КПП.
За воротами 244-тый гвардейский мотострелковый полк прикрытия границы. По сравнению с воинской частью в Новомосковске этот гарнизон выглядел просто огромным.
Мы прошли через КПП, где у нас дежурные полюбопытствовали кто откуда родом. Земляков своих никто не встретил…
За старлеем мы проследовали по длинной и широкой аллее к штабу полка.
Пока офицер отправился докладывать командованию о доставленном молодняке, мы принялись разглядывать свою воинскую часть, где нам предстояло отдать два года жизни.
Рядом находился большой бетонный плац, на котором занимались строевой подготовкой военнослужащие. Приглядевшись, мы обнаружили, что у них точно такая же форма, как и у нас, где не было еще ни погонов, ни петлиц. Это были точно такие же призывники из карантина, которые прибыли в часть немного раньше. Их муштровали сержанты, приучая в прелестям армейской жизни…
С обеих сторон плаца были трёхэтажные казармы, смотрящие друг на друга. Слева от плаца находилась солдатская столовая.
А справа возвышался большой солдатский клуб.
Между клубом и казармой стоял памятник танка Т-34.
Гарнизон по штату имел около двух тысяч военнослужащих, включая и командный состав. Кроме мотострелкового полка здесь базировалась и вертолётная эскадрилья. Сразу за одной из казарм и бетонным забором виднелся аэродром и несколько десятков боевых вертолётов.
Офицер, что нас доставил в часть, вышел из подъезда штаба полка и приказал следовать за ним. Обходя плац, мы последовали к левому подъезду казармы, что стояла напротив и за которой виднелся аэродром.
Поднялись на третий этаж. Дневальный, что стоял на тумбочке, отдал честь старшему лейтенанту. А когда увидел очередную партию молодняка, расцвел лучезарной улыбкой, будто именно мы должны были сменить его сейчас в наряде…
Офицер зашёл в каптёрку. Нам же было приказано подождать в коридоре.
К молодняку из кубриков начали выходить солдаты, что находились в казарме, чтобы поглазеть на «духов».
Вдруг раздался дикий крик.
Мы одновременно обернулись в сторону того вопля.
С верхнего яруса ближней койки спрыгнуло что-то похожее на гориллу. Это был не то азик, не то узбек, с такой волосатой грудью, что её вполне можно было принять за грудь животного. Невысокого роста, коренастый, с густыми чёрными бровями, с омерзительно неприятным выражением лица (будь я режиссёром в кино, пригласил бы этого вояку играть Кинг Конга), и со злорадной улыбкой, он растопырил пальцы рук веером и что-то лепетал на своем наречии, обращаясь к землякам. Те также радостно улыбались и отвечали ему на им лишь понятном языке.
- Что, душары, закончилась лафа гражданской жизни! – по-русски выкрикнуло то волосатое тело, - Добро пожаловать в ад!
Мне показалось, будто я попал не в армию, а на какую-то криминальную зону. Именно такой запомнилась мне та первая моя реакция на тот дикий вопль. Нет, я слышал про дедовщину в армии, и даже что-то в мыслях себе рисовал, как это могло выглядеть. Но реальность превзошла все мои ожидания.
Я окинул взглядом присутствующих в казарме. Из человек десяти, что тут находились, только одно славянское лицо - у дневального, что стоял на тумбочке. На фоне остальных он показался мне уже чуть ли не родным. Да и вообще, за минут 15-20, проведённых на территории части, я обнаружил для себя, что в этом мотострелковом полку большинство было не из славян. Это уже позже я увидел, что славяне всё же были в полку. Но они больше служили в спецподразделениях, типа разведроты, роты связи, ремроты, РМО, комендантского взвода, в артдивизионе. А в пехоте доминировали выходцы с Азии. Причём, в некоторых ротах нерусских было чуть ли не в три раза больше...
«Ё-маё! – сам в себе произнёс я, - Вот это я попал, так попал…»