Мое пребывание в ГСВГ. Глава 21

О том, как я попал в полковой театр

У нас в полку существовал даже собственный самодеятельный театр. Руководили им два профессиональных актёра, призванных на срочную службу. Один был киевлянином, другой — москвичом. Киевлянина я застал уже перед самым его дембелем, поэтому познакомиться с ним толком не успел. А вот с Сашкой Васиным мы быстро нашли общий язык. Он был моего периода службы, числился в артдивизионе, но практически всё время проводил в клубе.
Основной состав театральной группы составляли жёны офицеров и прапорщиков. Именно они играли большинство ролей в спектаклях. Солдат тоже привлекали, но поначалу их было совсем немного. Позже, уже при Васине, военнослужащих в постановках стало гораздо больше.
В театр я попал совершенно случайно.
Как-то пришёл в клуб на репетицию ансамбля и увидел, что на сцене идёт генеральная репетиция спектакля. В центре зрительного зала за пультом сидел Васька Мальцев и управлял звуком. Я подсел рядом и стал наблюдать за его работой. Периодически ему нужно было вовремя включать фонограммы, под которые актёры произносили свои реплики. Со стороны всё выглядело несложно, и интересно.
На следующий день я снова пришёл в клуб. Репетиции ансамбля не было, зато вечером ожидался спектакль. Честно говоря, мне просто хотелось его посмотреть, поэтому я соврал, что пошёл на репетицию.
Неожиданно Мальцева куда-то срочно вызвали.
— Справишься? — спросил он.
— Попробую.
Так я впервые оказался за режиссёрским пультом. Волновался страшно, но всё прошло без единой накладки. Все фонограммы прозвучали вовремя, спектакль состоялся, а я неожиданно стал для Мальцева человеком, который мог заменить его в случае необходимости.
Именно тогда я познакомился с Сашкой Васиным.
Однажды я зашёл к нему в маленькую режиссёрскую комнату при клубе. Он сидел за столом и мучился над каким-то сценарием.
— Не идёт, — признался он. — Вроде идея есть, а дальше пусто...
Я предложил показать ему свою работу.
Ещё в пехоте, стоя ночью дневальным на тумбочке, меня неожиданно посетило вдохновение. Я начал писать юмористическую сказку в стихах. По духу она чем-то напоминала «Про Федота-стрельца» Леонида Филатова, хотя сюжет был совершенно другим.
Настолько увлёкся, что, когда пришла моя смена, попросил дежурного по роте сержанта оставить меня ещё на два часа.
— Ты серьёзно? — удивился он.
— Надо закончить.
Он только покачал головой и согласился.
В итоге я простоял на тумбочке почти три часа подряд, зато закончил сказку.
Именно её я и дал почитать Васину.
Сашка устроился поудобнее и начал читать.
Чем дальше он продвигался, тем громче смеялся. Дочитав до конца, он ещё некоторое время молча улыбался.
— Слушай... здорово получилось.
Но ставить именно эту сказку он не захотел. Ему самому давно хотелось написать что-нибудь подобное.
Мы сели за стол вдвоём.
И как-то синхпреер нас обоих одновременно посетило вдохновение.
За каких-то два часа мы сочинили совершенно новую сказку для взрослых — тоже в стихах, с юмором, пародиями и множеством смешных диалогов.
Потом Васин поставил её на сцене.
Мне он предложил одну из ролей.
Я согласился.
Почти месяц мы репетировали.
Спектакль удался.
Зал смеялся практически без остановки. После представления многие жёны офицеров говорили, что это была одна из самых удачных постановок полкового театра за всё время его существования..
После этого мы с Васиным окончательно подружились.
Через некоторое время он загорелся новой идеей — поставить «Фигаро». За основу взял готовую инсценировку из какого-то театрального журнала, сократил её, чтобы спектакль не получился слишком длинным, а некоторые сцены немного переработал, добавив отдельные находки из «Труффальдино из Бергамо».
И неожиданно предложил мне главную роль.
— Фигаро будешь играть ты.
Я даже растерялся.
Петь под гитару — пожалуйста.
А вот играть главную роль... Да ещё такую...
Но Васин был непреклонен.
— Получится.
Особенно меня смущало другое. Роль Сюзанны исполняла молодая жена одного из офицеров. Симпатичная женщина. А по сценарию Фигаро должен был обнимать её, объясняться в любви, изображать нежные чувства.
Для меня это оказалось настоящим испытанием.
Все сцены без Сюзанны шли прекрасно.
Но стоило ей выйти на сцену, как я буквально деревенел.
— Да не бойся ты её! — смеялся Васин. — Она тебя не укусит! Обними её!
А я никак не мог себя пересилить.

Ну как я буду хватать за талию чужую жену, да ещё офицера своего гарнизона? Муж потом меня самого прибьёт... Да и вообще, не на таких книжках я воспитывался. Для  меня было внутренним табу даже посмотреть с вожделением на замужнюю женщину...
Мне казалось, что и самой исполнительнице роли было немного неловко. А может это только мне так казалось. Не знаю.
В конце концов сценарий слегка изменили. Самые откровенные моменты убрали, и мне уже не приходилось её обнимать.
Стало значительно легче.
Хотя играть влюблённого мужчину всё равно было непросто.
Наверное, дело было ещё и в том, что женщин у меня тогда вообще никогда не было. Конечно, никому в этом я не признавался.
Жёны офицеров сами шили костюмы для спектакля, где-то раздобыли парики и прочий реквизит.
Когда всё было готово, состоялась премьера.
Не знаю, насколько убедительным получился из меня Фигаро.
Но после спектакля многие зрители подходили благодарить нас.
Особенно жёнам офицеров понравился романс, который мы с Васиным исполняли под балконом на два голоса.
Одна из женщин, смеясь, сказала:
— Пели, как два майских кота!
И почему-то именно эта шутливая похвала запомнилась мне больше всех остальных.