История великого конструктора или страшная история

Все тайны столетия связались со мной цепью и канатом. Что хотел этим сказать Создатель?

Мои родители - простоя советская семья. Мой отец сын святой православной женщины, потерявшей мужа на ВОВ. Погибшего от орудийного обстрела под Сталинградом (прямо в кабине своей полуторки с боеприпасами).
Моя мама родилась в голодном 1944г в войну.
Дальше родители отправили маму отдохнуть в Шиловский дом отдыха. Там мама увидела отца и там отец охренел от красоты девочки чистокровного еврейского рода с происхождением от самого Царя Довида.
И вот все перезнакомились, потом свадьба.
 И молодые мои родители поехали по распределению на работе моего отца. Поехали по горным разработкам средней Азии. Мой отец был по образованию горный мастер и повар по службе в армии.
В Таджикистане рабочий моего отца погиб и отец за сумку колбасы назвал себя виновным. Был приговорён и посажен на урановые прииски.
Мать начала освобождение отца. Когда мать заплакала в кабинетах чиновников юстиции. Вы понимаете слёзы беременной царевны Израиля могут всё...
Отца  под амнистию выпустили с урановых рудников. Худова со светящимися глазами как фары.
И вот они переехали жить в Актюбинск(сейчас Актюбэ)!
И там получился я. Но врачи сразу сказали: "При сильной близорукости моей мамы не возьмутся за роды-не умеют."
Так мои родители вернулись жить в Каменск-Уральский к родителям моей мамы.
Врачи Каменска сказали у нас и не такие рожали.
Мать прижали толпой в троллейбусе и к вечеру начались роды.
Мои роды приняла врач по фамилии Бриллиант.
Но тут посыпались несчастья я родился 8и месяцев. И врачи меня не знали как лечить , раз 5 я болел до года воспалением лёгких. Это мировой рекорд.
Затем в яслях няни морозили детей специально открытыми окнами.
И это было пройдено и преодолено.
Да ещё котельная с военного завода, отапливавшая мой дом, при моём рождении сгорела и 2 года её не могли всем СССР починить?
Так я и рос в холодном доме под направленной в упор тарелкой обогревателя со спиралью.
Спираль кончилась, начались ясли и садики с садистами воспитателями.
Дети все были разные, в основном домашние- играли, наблюдали и изредка единицы целовались- но все дети это обсуждали.
Счастливое детство почти по Кастаньеде- листики виделись как летящие бабочки...
Но увы школа встретила не бабочками. Сидела похожая на жабу учительница молодая и улыбающийся ребёнок ей казался насмешкой над её безмозглой мордой.
Учитель ушла в прошлое. Пришли достойные и увлечённые учителя. И всё было как в советской школе: оценки, смешки- сорванные уроки,походы классом и прогулы уроков, но очень редко.
Учёбу я любил и любил заниматься спортом.
В 6 лет меня привели с соседкой в танцы и я затанцевал неплохо. Но меня лишили партнёра-соседки и я отказался от танцев. Танцевать с незнакомой лучшей танцовщицей я не захотел...
Оставалось гулять во дворе своей кирпичной хрущёвки. Во дворе лежала кем то брошенная железная коробка с торчащей трубой- с ней я и гулял один или вместе с
Леной Мальцевой.
Мой отец фотографировал каждый мой шаг увлёкшись фотографией и всё можно увидеть в многих ящиках плёнок.