От нашего шалаша вашему, или Наше вам, с кисточкой

     ( солдатская быль )


   Случилось это в далеком 41-м...
Фашисты, в начале войны продвигавшиеся к сердцу советской России, застряли в снегу
на подступах к столице. Подвела техника, а в большей степени стойкость наших солдат.

   Блицкриг захлебнулся и началось долго противостояние сил Добра и Зла...

   Ни днем, ни ночью подмерзающим в окопах немцам не давали покоя обстрелы нашей
артиллерии.
 
   Так и встречали новый 1942-й год.

   В канун нового года в один из полков прибыло новое пополнение. Среди новобранцев самым смышленым оказался солдат с весьма распространеной на Руси фамилией Иванов. Но был он, если можно так выразиться, полным кавалером фамилии-
имени-отчества: Иванов Иван Иванович, или просто - Ваня.

   Приглянулся командиру подтянутый солдат еще и потому, что недавно окончил ускоренный курс немецкого языка, и через три дня уже стал ординарцем.

   Поскольку позиции наших войск находились в лесном массиве, то и штаб в замаскированном срубе.

   В один из тех ненастных дней, когда снег валит так, что боевые действия теряют всякий смысл, образовалась передышка. С той и другой стороны воюющие смогли наконец заняться бытом, не опасаясь что ненароком их накроет вражеский огонь.

   К полудню снег прекратился, но в воздухе сгустился туман. Это противоречило всем законам природы, но факт оставался фактом. Туман.

   Время обеда никто не отменял.

   Поскольку командир корпел над картами и составлял план боевых действий, Иван
решил проявить инициативу и пошел на кухню, что располагалась в пятидесяти метрах. Получив котелок с супом и хлеб, он пошел обратно, но туман, в том числе, сыграл с ним злую шутку...

   Думая о том как обрадуется командир горячему обеду, Иван прошел некоторое расстояние, но вдруг в недоумении остановился. Кула идти? Вокруг была сплошная пелена...

   Звать на помощь в такой пустяковой ситуации было стыдно и он решил повернуть назад. Но человек, в таком случае иногда теряет ориентир, особенно если с местностью почти не знаком. Так и солдат, заблудившись, все дальше уходил от позиции полка...

   Иван уже потерял счет времени, а штаба не было как нет. Ручки котелка, прежде обжигавшие пальцы, почти остыли. Сделав еще несколько шагов, он поскользнулся и...
угодил прямиком на чьи-то плечи, едва удержав котелок в руках.

   - Ч-черт! - вырвалось у него.
   
   - Scheisse! - раздалось снизу.

   Иван и глазом не успел моргнуть как был сброшен вниз, но едва коснулся земли,
как чьи-то сильные руки схватили его за шиворот и встряхнула как котенка.

   - Рус? - послышался густой бас.

   У Ивана перехватило дыхание и пронеслось в голове: "Попал как кур в ощип!", но
все же нашел в себе силы прохрипеть:

   - Да... - и добавил по-немецки. - Ja! Ja!

   Рука ослабла и русский стал на обе ноги, переводя дыхание. В туманной мгле он
различил очертания огромного немца в каске с орлиной кокардой.
 
   - Ты ест... -  коверкая слова, сказал тот. - Das spion!

   - Н-нет, я просто...

   Огромный кулак в вязаной рукавице, поднесенный ему под нос, заставил Ивана замолчать. Тот, на кого он так удачно приземлился, оказался коротышкой. Подойдя, тот вопросительно глянул снизу вверх на непрошеного гостя.
   
   На шум из тумана выплыл толстый человек в чине лейтенанта. Он строго спросил в чем дело. Здоровяк, стоя навытяжку, сообщил что поймали шпиона, на что тот поинтересовался почему не доложили сразу, после чего обратил внимание на пленного.

   - Кто ты ест? - грозно спросил он.

   - Вот суп... - нашелся русский солдат и открыл крышку котелка. - Принес вашему
командиру от нашего.
   
   - Sehr gut! - одобрил маленький начальник. - Карашо.

   Лейтенант велел налить пленному чтоб согрелся и отнес котелок гауптману. Тот же
в свою очередь распорядился выделить съестное из офицерского запаса и передать через русского солдата командиру противника.

   Когда же он вернулся обратно, то увидел весьма живописную картину: солдаты вовсю братались с русским. Они были настолько пьяны, что едва шевелили языками,
пытаясь подпевать "Катюшу".

   В коротких перерывах, когда немцы тянули фразу песни, Иван умудрялся уписывать картошку с мясом, а коротышка, то и дело подливая ему в кружку шнапс, удивлялся почему тот почти не пьянеет.

   - Рус - карашо! - приговаривал он. - Сталин - плехо. Камрад исе?

   Командир не стал урезонивать солдат, но пить запретил.

   Они еще два часа кряду пели то русские, то немецкие песни, из которых Иван
слышал только "Мой милый Августин".

   Туман постепенно рассеивался и солдата, загружённого провизией, отправили обратно. Мало того, коротышка вызвался проводить русского до границы с неприятелем.
 
   Распростившись, Иван потопал к своим. Хоть и был он не трезв, а не приятный холодок все же бежал по спине и мелькала неотвязная мысль: а вдруг пальнут? Тогда... пиши пропало!

   Ему очень повезло, что не пристрелили свои же. Сидящие в секрете снайперы с
изумлением признали в нем ординарца командира полка, откуда-то несущего что-то.
Они решили, что вероятно он выполнял секретное поручение командования.

   Теперь-то ординарец точно знал куда идти и поэтому прямиком направился в штаб,
но не вполне осознавал, что, попадись он замполиту с немецким офицерским пайком
вкупе с сигаретами и алкоголем, не миновать ему трибунала!

   Оставив все принесенное в кладовке с веникам и прочей утварью, он постучал в
дверь комнаты командира.

   - Войдите!

   Иван вошел и остолбенел. Командир был не один, а вместе с замполитом обсуждал
план боевых действий. Оба вопросительно взглянули на вошедшего.

   - Товарищ капитан, - не растерялся Иван, - разрешите обратиться.

   - Я вас слушаю.

   В эту минуту дверь открылась и Иван посторонился. В комнату вошел связист и
доложил, что замполита срочно к телефону: Москва на проводе.

   Командир кивнул ординарцу.

   - Так, вы что-то хотели сообщить?

   - Тут такое дело, товарищ капитан...

   - А ну подойди, - строго приказал он, потянув носом воздух.

   Иван подошел.

   - Это как понимать?

   - Товарищ капитан, я покажу.

   - Ну, показывай, - сурово прозвучало в тишине, - а заодно и расскажешь где так набрался.
 
   Ординарец подвел его к кладовке и показал что принес.

   - Откуда это?

   - Оттуда.

   - Оттуда... - как эхо, повторил капитан.

   Иван молчал.

   - Ты вообще-то соображаешь когда что-то делаешь? - постучал он по лбу Ивана и
шепотом добавил. - Под трибунал захотел?

   Такая перспектива заставило забиться солдатское сердце пойманной птичкой.

   - Вот что, - приказал командир, - быстро отнеси все это в мою комнату пока никто не видел.

   Иван подхватил все принесенное и мигом все исполнил.

   Командир запер все в сейф и открыл окно.

   - Фу-ух! Ну и вонь! Дышать нечем.
   
   Иван стоял навытяжку, ни жив ни мертв.

   - Давай-ка выйдем на свежий воздух. Там мне все и расскажешь.

   Они вышли на позицию и отошли немного в сторонку.

   Иван в красках рассказал, что с ним произошло. Находчивость ординарца показала, что капитан сделал правильный выбор.

   - Так, - подытожил он. - Ясно.

   Солдат напряженно ждал его решения. Хмель из его головы уже выветрился и если бы не запах изо рта...

   - Только находчивость спасает тебя от трибунала, но впредь учти: еще что-нибудь в этом роде и я ничем не смогу тебе помочь.

   Ординарец воспрянул духом.

   - А сейчас иди на сеновал и отоспись. И чтобы завтра был как огурчик. Кру-гом!
Шагом марш!

   ...Говорят, что солдат это вместе с командиром дошел до самого Берлина, где и поставил, вместе со всем советским народом, победную точку в той страшной войне!

         
                К   О   Н   Е   Ц


(19-20.02.2015 г.)
            


Рецензии
Быль, или небылица история эта - не нам сегодня судить! Приятно, что в истории этой проявлены ( с обеих сторон) не худшие из человеческих свойств.
Приятно, что столкнулся я с ней в канун нашего Главного Праздника!

С днём Великой Победы, коллега!

Игорь Наровлянский   08.05.2021 22:07     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.