Неотъемлемая Частица Храма

Тимур Ибатулин (timurmass)
Неотъемлемая Частица Храма


Мячик подскакивал, упруго толкался о древнюю кирпичную стену и легко отделившись от нее падал на истертые ступени. Было очень приятно наблюдать за его подскоками и перекатами. И дело было не в мячике. Весь вопрос был в мальчике. Лет двенадцати, с выгоревшими волосами и выбившейся из под растрепанных штанов рубашке с короткими рукавами, он своей игрой не вписывался в эту старую площадь - залитую в советское время асфальтом.
Что-то здесь было не так. Какая-то загадка.
Я сидел недалеко от мальчика на скамейке и жевал мороженное. В жару мороженное приятно именно жевать: подтаявшее оно особенно мягко ложится на основание языка и каплями тает стекая внутрь сладкой жизнью. Жизнь вокруг, словно замирает в этот момент, а потом начинает идти помимо тебя и вокруг тебя: обтекая и не трогая – позволяя созерцать окружающее действо, поедая мороженное и лениво думая о своем. Французы так любят пить кофе: они стоят на балкончике своей квартиры или на улице при кафе с чашечкой кофе зажатой двумя пальцами и блюдечком в другой руке. Стоят неподвижно, изредка отпивая по мелкому глоточку: расслабленно впитывая жизнь текущую вокруг по улице, они видят в этот момент все и каждого проходящих мимо со всеми их проблемами и радостями написанных на их лицах. И  одновременно они не видят ничего – глубоко погруженные в собственные мысли и личную жизнь.
Мороженное таяло и стремилось к земле, я с удовольствием подбирал капли с вафельной корочки, и созерцал замечательный летний день про который иногда говорят: «поворотный день года». И все-таки что-то в этом дне было не так. Я стал внимательно разглядывать площадь: бывший купеческий дом, в советское время Дом Советов нашего маленького но с древней историей города, ныне это здание местной власти; ларек с мороженным, развесистые деревья по краям площади, трехэтажные оштукатуренные в желтый цвет жилые дома с фронтонами построенные еще в царское время…
Не то! Все не то!! Взгляд ускорился, заметался: старая Покровская церковь, деревья, колокольня без центрального колокола снятого при Хрущеве, вороны всполошившиеся  и летающие над деревом с котом ползущим на ветке, край булыжной мостовой выглядывающий из под асфальта, голуби - торопливо подбирающие крошки пока вороны в стороне заняты своим делом, снова церковь, бомж сидящий у церкви с положенной у ног перевернутой кепкой,  мальчик с мячиком…
Вот оно! Мальчик с мячиком!! А что с ним не так?! Играет, нормально, сосредоточено даже – будто задачу математическую решает. Точно! Будто сложный математический расчет составляет: мячиком по второй ступеньке по пятой – десять раз по первой и один раз в стенку церкви. Удивительно и ни батюшка ни прихожане на него не ругаются и не замечают даже! Никто не замечает кроме меня!! Нет, пожалуй бомж замечает, а точнее даже наблюдает за ним. Мячик снова по второй и третьей ступеньке, отскок и шесть ударов по первой – удар в стену, отскок в руки. Лицо сосредоточенное, на носу капля пота, рубашка прилипла к телу. Снова удар во вторую ступеньку. Срыв – мяч ушел в сторону: видимо попал на выбоину на старых истертых ступенях.
Мальчик испуганно застыл, глядя как мяч соскакивает по ступеням и неторопливо откатывается в траву. Потом сел прямо на ступени и обхватив голову руками мелко затрясся. Я хотел встать, подойти и успокоить, но словно прилип к скамье – в ногах образовалась слабость. И чем больше я сидел поддаваясь этой слабости, тем тяжелее мне становилось, потому что накрыл стыд, а вместе с ним пришла слабость настоящая. Слабость и оцепенение: когда видишь все вокруг и все понимаешь но не можешь и не хочешь сдвинуться и все безразлично вокруг, но только мне безразлично не было. И еще эта жара и каркающие вороны, и этот мерзкий запах от бомжа сбоку.
Бомж тоже смотрел на мальчика: странным глубоким взглядом. Смотрел и молчал, и сидел, будто чего-то ждал. И действительно, рыдания стали тише, почти перестали подергиваться плечи. Мальчик поднял голову и встретился взглядом с бомжом. Рывком поднялся на ноги, подошел к сидящему, кинул в кепку монету, посмотрел в глаза и развернулся: чтоб уйти.
- Стой! – сказали ему.
Прозвучало это для меня так неожиданно, что я вздрогнул. Вздрогнул и мальчишка. Нога зависла в воздухе не торопясь опускаться на землю. Он развернулся и снова посмотрел на бомжа.
- Ведь ты не просто играл, верно? – бомж испытующе смотрел на мальчика, - ты пытался изменить вероятностные потоки, – бомж усмехнулся, - и неплохо получалось, только немного не хватало концентрации и расчет шел в будущее, а мысли направлены на изменение прошлого.
Мальчик изумленно смотрел на него. Сморгнул. С ресниц полетели капли.
- Откуда?..
- Сядь.
Бомж подвинулся, освобождая место рядом. Мальчик скривился на долю секунды, но сел.
- Ты думаешь что без этого нет смысла жизни?
- Нет… Для меня…
- Возможно. Но почему ты решил что вправе?!
- Потому, что это касается только меня!
Бомж усмехнулся:
- Да, ты прав: каждый человек это частица Бога – неотъемлемая частица, а значит творческая, а точнее творящая – способная изменять или создавать мир. Ведь неотъемлемая частица Бога – в любом случае часть Бога, а значит - способна менять все и вся.
Мальчишка удивленно вскинул голову.
- Я… так не думал, я по рукописи… там про магию.
Бомж усмехнулся снова.
- А ты считаешь магия не от Бога?
- Не знаю… - в голосе появились растерянность и ожидание.
- А ты подумай, если Бог создал все вокруг, используя какие силы он это сделал?
- Свои естественно, - мальчик улыбнулся.
- Вот именно, свои – вывод: силы вселенной – Божии силы, а вот уж как их используют – это другой вопрос.
- Это как силой атома? – оживился мальчик, - мирные электростанции или ядерные бомбы?
- Ну, да, и это тоже…
- Значит, магия тоже – использование Божиих сил?!
- Буквально – да. На деле все немного сложнее: каждый человек частица Бога, неотъемлемая и обладающая абсолютно всей силой и властью Бога, способная творить и изменять, способная на…
- Но, никто же не может… не получается… - перебил мальчик, - даже изменить свое настоящее!
- Ну, настоящее нет, а будущее вы постоянно меняете. И прошлое тоже менять возможно, а с ним и настоящее измениться. Возможно все. Проблема в другом: вы не верите в истину, забываете что вы часть целого, и потому теряете возможности этого целого – оторванный палец не может влиять на организм. Человек же – «наполовину оторванный от организма палец».
- Не понял. Точнее не совсем понял. Вы хотите сказать, что Бог организм – а мы, люди, каждый в отдельности - его глаза, уши и пальцы?!
- Точно, но не совсем правильно: каждый человек Бог, так как бесконечно малая часть целого это все равно целое – одна капля крови человека это сам конкретно этот человек, а единица измерения Бога – человек и есть сам Бог.
- Бред какой-то. Тогда бы все способны были мертвых поднимать и лечить живых!
- А все и способны. Проблема не в возможностях Божиих у человека, проблема в единении с Богом. Чтобы воспользоваться всеми или частью этих возможностей есть два пути – прямой путь через единение, как у Христа - тогда сам становишься единой с Богом частью и… теряешь собственную волю, точнее она становиться общей с Богом волей – ты свою свободу воли вверяешь Богу в единении. Если это произошло полностью и без остатков как у Христа, то становишься Богом или Он тобой – это уже неразрывно.
- А второй путь, он проще?
- Второй путь: как у магов. Они понимают лучше людей суть вещей и механизмы работы Божиих энергий в материальном. Они и используют эти энергии, тут уж как с атомом – может быть мирное использование во благо, а может быть и злое…
- Но как возможно использовать во зло Божии энергии?!
***
Я сидел на своей скамейке. И боялся вздохнуть – настолько невозможной, неожиданной и интересной мне казалась эта полемика между бомжом  и мальчиком. Тело одеревенело, и я с трудом спустил затекшую ногу с колена другой ноги. Будто тысячи иголок вонзились в плоть. Разминая руками мышцы, я все прислушивался к разговору сидевшей на земле необычной пары людей: мальчика лет двенадцати, что говорил явно более взрослыми фразами и думал как не всякий взрослый способен и бомж, который явно думал не о бутылке и где ночь переспать… 
- Ты ведь слышал о «свободе воли» человека?
- Ну, да… человек способен выполнять любые действия по своему желанию.
- Вот – любые! А значит и добрые и злые. И это не воля Божия это воля человека. Так и получается, что Бог это каждый человек, но не каждый человек может быть, а точнее хочет быть Богом. Мы все хотим иметь возможности Бога, но при этом не хотим иметь волю Божию – мы хотим иметь свою волю – не он отделился от нас – мы отделяемся от Него этой свободой воли. Человек хотя бы и в частичном единении с Богом будет вести себя с окружающими людьми и миром как Христос и возможностями будет обладать Божьими. А точнее – не отделяясь от Бога он станет пользоваться Божьими силами как своей энергией, и всем миром как своим телом.
- Значит и погодой так можно управлять? Потянись к ней всем телом, мыслями, объединись и попроси – как командуя своим телом?!
- Ну, почти, - улыбнулся бомж, - у каждого из вас это по разному… главное верить что получится, главное верить что откликнется, главное просто верить и стараться чувствовать: душой, телом, верой…
***
Я ехидно улыбнулся и всеми чувствами потянулся к деревьям, переулку, небу.
- Ветер! – сказал я мысленно с силой и шепнул: «Ветер! Ты где!»
В следующую секунду я  испуганно застыл. Краем сознания я почувствовал какое-то изменение в пространстве вокруг меня, будто вокруг меня разрядился воздух, как удушаемому захотелось глубоко вздохнуть полной грудью и в этот момент налетел порыв ветра. Напугав голубей он растрепал мне волосы, по щеке мазнуло мокрым. Я вытер щеку рукавом и почувствовал неприятный запах.  Послышался мальчишеский смех: «Не пугайтесь – это просто голуби, Не стоит пугать голубей!» И он снова засмеялся. Бомж тоже посмотрел на меня, улыбнулся и щелкнул пальцами. Запах пропал. Я оглядел рукав, он был чистый, я удивленно посмотрел на бомжа, а он снова улыбнулся:
- Не смотрите на внешность и форму, старайтесь почувствовать содержание, а внешность, она обманчива.
Мальчишка удивленно переводил взгляд с меня на бомжа и обратно.
- Это Вы?! С ветром…
- Да, это он. - Кивнул бомж удовлетворенно, и снова повернулся ко мне. - Сегодня у вас получилось – вы поверили. И будет получаться всегда и во всем, если будет хоть капля единения с Богом, если вы будете искренне хотеть, искренне верить и самое главное – если ваши просьбы и желания не будут мешать или пересекаться с желаниям других… За сим господа, мне пора, помните Бог всегда с вами, даже когда вы не хотите быть с ним…
Налетел резкий порыв ветра, я встряхнулся и удивленно огляделся. Глаза слипались как после сна. Я что, заснул на лавке возле церкви?!
 Все вроде было как прежде: дома, церковь, вороны, мальчик играл с мячом, пьяный бомж готов был завалиться в свою кепку, проходящая мимо тетка неприязненно на него поглядывала.
Я встал, размял ноги и, подойдя к бомжу, посадил его ровно, прислонил к рядом растущему дереву, кинул часть денег, что нашлись в кармане. Мальчик на меня не обращал никакого внимания, он сосредоточенно долбил в стену свою считалку. Бомж что-то несвязно пробормотал. Я оглянулся на последок, перекрестился и пошел в сторону дома. На душе было легко и светло, очень хотелось мороженного и кофе. И чего только не приснится на скамейке у парка. Я рассмеялся, раскинул руки и заорал во всю мощь своих легких:
- ВЕТЕР!!!
Через секунду налетел легкий порыв ветра. Я снова рассмеялся и закричал:
- Ветер! В этом мире все касается всех. И чтобы что-то изменить надо учитывать интересы всех!!
Ветер немного стих и теперь словно ласкал мое лицо ладонями.
И в этот момент я понял, что по настоящему счастлив и люблю всех, всех, всех на Земле. Оказалось невозможным не любить все и вся вокруг если ты по настоящему счастлив. Оказалось невозможно жить и не дарить эту любовь окружающим, ведь это счастье выплескивается из тебя и зажигает лица встречных людей улыбками, и включает на всех перекрестках жизни зеленые светофоры!
Счастья Вам ЛЮДИ!
И пусть Бог пребудет с Вами!!

Москва
24.02.2017
 


Рецензии