Логан и Джин Грей. Надёжные всегда рядом

      За­пах – дур­ма­нящий, сво­дящий с ума, про­ника­ющий в са­мые тём­ные час­ти ду­ши. Пь­яня­щий так, как из-за этой чёр­то­вой ре­гене­рации не пь­янит ни од­но ве­щес­тво, будь то ал­ко­голь или нар­ко­тики.
      Каж­дую ночь он тер­за­ет ме­ня во сне. Каж­дую ночь я ви­жу эти тём­ные гла­за, то ярос­тные и раз­би­ва­ющие на ато­мы всё вок­руг, то сме­ющи­еся и лас­ка­ющие ме­ня сво­им теп­лом.
      Каж­дую ночь я ви­жу то, что бы­ло, или то, что мог­ло од­нажды быть. Я не знаю, что из это­го боль­нее. На­вер­ное, этот тон­кий аро­мат, не от­пуска­ющий ме­ня и не да­ющий за­быть­ся.
      Учу­яв его впер­вые, я уже вряд ли ког­да-ни­будь смо­гу его за­быть. Но как бы я хо­тел это­го… Как бы я хо­тел за­быть всё, что бы­ло… пусть эти вос­по­мина­ния и са­мое до­рогое, что у ме­ня ос­та­лось. Хо­тя… что бы­ло? Ни­чего ведь и не бы­ло.
      Ни­чего?
      Скотт не сог­ла­сит­ся. У не­го на этот счёт сов­сем дру­гое мне­ние.
      По­шёл он к чёр­ту. Цик­лоп.

      — Де­вуш­кам нра­вят­ся от­ча­ян­ные пар­ни, но за­муж они вы­ходят за на­дёж­ных.
      — Раз­ве я не на­дёж­ный?
      — На­дёж­ные всег­да ря­дом.

      Не­надёж­ный… спро­сите Ро­уг, на­дёж­ный я или нет. Ес­ли бы на го­ризон­те очень вов­ре­мя не на­рисо­вал­ся Боб­би… не пред­став­ляю, что бы­ло бы. Но я всег­да её под­держи­вал и всег­да бу­ду. Мо­жет, я и не­надёж­ный, но я чувс­твую свою от­ветс­твен­ность за эту де­воч­ку. И так или ина­че, но всег­да бу­ду ря­дом – сло­вом, де­лом… доб­рой па­мятью, в кон­це кон­цов.
      Кто бы мог по­думать, нуж­но бы­ло прос­то быть ря­дом… Прос­то. Лег­ко ска­зать «прос­то». Я бы был ря­дом – всег­да, – ес­ли бы…
      Ес­ли бы что?
      Кто.
      Скотт. Я мог бы из­ру­бить его в кус­ки, и гла­зом не мор­гнув. Мог бы на­бить ему мор­ду так, что­бы мать род­ная не уз­на­ла, и ду­ху его здесь боль­ше бы ни­ког­да не бы­ло. Мог бы… нет, не мог. Ни­ког­да не мог, как бы он ме­ня ни раз­дра­жал. По­тому что это нав­сегда от­тол­кну­ло бы Джин. Быть веч­ной вто­рой скрип­кой не­выно­симо, но это луч­ше, чем ни­чего. Луч­ше, чем… как сей­час.
      Быть ря­дом… но как? Ког­да да­же нор­маль­ное при­кос­но­вение не­дос­тупно. Ког­да всё, что име­ешь, – это «при­вет, Ло­ган» и слад­кая улыб­ка, от ко­торой пре­датель­ски на­тяги­ва­ют­ся джин­сы и хо­чет­ся вы­колоть се­бе гла­за. Но всё рав­но же за­ново вы­рас­тут. Я уже про­бовал.
      Быть ря­дом… но как? Я… я не умею. Всю жизнь я бе­жал, не зная, ку­да и за­чем, ниг­де не за­дер­жи­ва­ясь и не по­нимая, что бе­гу я от са­мого се­бя. Я при­вык быть один, при­вык к пус­то­те внут­ри, ко­торую ни­какой ре­гене­раци­ей не за­пол­нить и ни­каким вис­ки не за­лить. Слож­но пос­ле это­го пе­рес­тро­ить­ся и рез­ко осесть в од­ном мес­те, с од­ним че­лове­ком… Не знаю, смог бы я или нет. Воз­можно, ра­ди Джин…
      Иног­да мне ка­жет­ся, что всё это у ме­ня од­нажды уже бы­ло. И кон­чи­лось тра­геди­ей. Но я в этом не уве­рен. Я не пом­ню. Ес­ли это всё прав­да, то луч­ше, на­вер­ное, и не пом­нить.
      Ес­ли бы я толь­ко мог так же, как за­был своё прош­лое, за­быть и Джин… Но как мож­но за­быть то, что при­дава­ло жиз­ни смысл?
      На­вер­ное, ра­ди неё я бы и прав­да смог из­ме­нить­ся. Лю­бое её сло­во бы­ло для ме­ня за­коном. Я да­же сми­рил­ся с её вы­бором.
      Ра­ди Джин я бы свер­нул го­ры го­лыми ру­ками. Сле­тал в кос­мос без ска­фан­дра и при­нёс в ла­донях ос­колки дав­но ис­чезнув­ших пла­нет. Ти­таник под­нял, не дав ему раз­ва­лить­ся при всплы­тии. Пе­рес­чи­тал пес­чинки в пус­ты­не и рас­сорти­ровал по цве­ту. Что угод­но.

      — И ты го­тов уме­реть за них?
      — Нет. Не за них. За те­бя. За те­бя…

      Я бы не раз­ду­мывая умер лю­бой, пусть да­же са­мой му­читель­ной, смертью, лишь бы толь­ко она жи­ла. Я го­тов уми­рать каж­дый день, ес­ли бы это мог­ло вер­нуть её.
      Я и так уми­раю каж­дый день. Я боль­ше не хо­чу жить, и жизнь, на­конец сдав­шись, мед­ленно по­кида­ет ме­ня. Я на­чал се­деть. Сей­час мне на вид уже не мень­ше шес­ти­деся­ти, хо­тя не так дав­но ник­то бы не дал и со­рока.

      — Не у всех ра­ны за­жива­ют так же быс­тро, как у те­бя, Ло­ган.

      Мно­го же ты зна­ешь, оч­ка­рик. Но ты не ви­дел ме­бель в мо­ей ком­на­те. И не зна­ешь, что я сде­лал се­бе до­пол­ни­тель­ную зву­ко­изо­ляцию. Ты во­об­ще ни­чего не ви­дишь. Не ви­дел. От­части я за­видую те­бе: те­перь вы сно­ва вмес­те. Но не­дол­го те­бе ос­та­лось ра­довать­ся. Не знаю, сколь­ко я ещё про­тяну, но я чувс­твую: ко­нец уже бли­зок. Ско­ро все мы бу­дем ле­жать ря­дом. Хо­тя нет, ря­дом бу­дем лишь мы с Джин. От тебя ведь даже очков не осталось.  Из­ви­ни, па­рень, но пусть ес­ли не в жиз­ни, так хо­тя бы в смер­ти я бу­ду ря­дом с ней. И ник­то нас боль­ше не раз­лу­чит. Ни­ког­да.

3 III 2017

__________
Примечания:

В качестве иллюстрации использован кадр из фильма «Росомаха: бессмертный» (The Wolverine, 2013).