Выродок 25

Инженера звали Атлантов Григорий Михайлович. Я узнал о нем все, что только мог накопать. Сорок девять лет, женат, две дочери. Блестящее образование, безупречная биография безукоризненного семьянина, любящего собак и рыбалку. Одним словом, абсолютно не за что зацепиться. Не знаю, почему, но я искал что-то, что могло бы Григория Михайловича скомпроментировать. И, честно сказать, мне доставляло удовольствие копаться в этом, мне бы понравилось, если бы я нашёл какие-либо нелицеприятные подробности о человеке. Мне казалось, что именно они помогут мне подобрать нужную ноту, когда на следующей встрече я буду играть партитуру, тонко сотканную из моей хитрости. Именно компромат указывает на слабости человека, его тайные страсти и предпочтения.

Я перелопатил интернет, встретился с некоторыми людьми. Я ходил за Григорием Михайловичем по пятам почти полгода, превратившись буквально в его тень. В конце концов, мне начало казаться, что я уже не Олег, а Григорий Михайлович, - я жил его жизнью, пытался залезть ему в голову, просочиться в его душу. С каждым днём Юрий относился к моей идее все более скептически.

Но я уже не мог остановиться: я нашёл вымышленное имя, под котором Григорий Михайлович (сам я называл моего героя Джей-М или просто Джем) регистрировался в сетях. Но на его страницах тоже не было ничего скандального. Его жена была очень красивой женщиной, - как и подобает жене топ-инженера крупной компании. Я по миллиметру изучил её внешность, пытался посмотреть на неё глазами мужа и угадать, что больше всего его в ней привлекает. Как часто он о ней думает и думает ли он о ней вообще? Неожиданно я наткнулся на один любопытный факт: жена Джема совсем недавно прошла курс лечения в психиатрической клинике. Это было очень даже характерно, - нужно было это запомнить.

Наконец, когда я, как мне казалось, уже знал Джема лучше родной мамочки, я попросил Юрия устроить мне с ним встречу. Юрий все время подтрунивал надо мной, но возложенную на него миссию исполнил, надо сказать, безукоризненно.

Я очень боялся; чувствовал, как у меня трясутся поджилки и во рту пересыхает настолько, что я еле отдирал язык от неба. Мы встречались в одном респектабельном ресторане и прошли в специально приготовленную для нас закрытую кабинку. Юрий незримо все время дежурил поблизости в основном зале.

Сначала у меня совершенно ничего не получалось. Оно и понятно: какой-то двадцатилетний сосунок пытается научить жизни пятидесятилетнего дяденьку. Сдаваться мне - для него было несолидно, невообразимо, хотя мои доводы были вполне крепкими и весомыми. Его "нет" было более, чем категорично, и он просто смеялся мне в лицо, оставаясь при этом беспристрастным и непоколебимым, как скала. Его спокойствие было для меня в своём роде индикатором, до какой степени я могу ещё его "продавливать". Действовать нужно было и впрямь, как ювелир, - одно грубое нажатие, и все великолепие рассыпется под натиском моей ещё такой непрофессиональной руки.

Я не в коем случае не должен был вывести его из себя или потерять его доверие. Я пытался использовать свой возраст себе на пользу - меня слушали из снисхождения к моей молодости. При этом я не мог позволить себе потерять логику рассуждений. Но мои посылы, словно горошины, отскакивали от глухой стены его протеста, и в какой-то момент я почувствовал, как мое сознание стало расплываться и покидать меня. Сквозь туман я ухватился за какую-то единственную мысль и боялся отпустить её, словно спасительную тростинку. Мне казалось, ещё мгновение - и я "уплыву" окончательно, погрузившись в глубокий обморок.

У Джема снова зазвонил телефон, и этот звонок, к счастью, вывел меня из обморочного состояния. До этого тоже несколько раз звонили, но Джем сбрасывал абонента. На этот раз он шумно выдохнул и поднёс телефон к уху , - видимо, все это время ему названивал один и тот же человек. Я услышал в трубке нервный женский голос, - и весь превратился в слух, - но Джем предусмотрительно накрыл трубку ладонью, а потом вообще вышел.

Вернулся он не скоро, и от него крепко пахнуло табаком. Я подумал, вот он, мой шанс! Давай, именно сейчас, когда он потерял былое самообладание и расстроен, нужно дожимать его по своей теме! Но я все же позволил ему говорить первому.

- Молодой человек, я верю в то, что от добра добра не ищут, - проговорил он, и его категоричный тон на сей раз сменился более покладистыми интонациями; я уловил в его голосе внезапно возникшую усталость, которую ему практически не удавалось скрыть. - Я очень хорошо зарабатываю. И кто вам вообще сказал, что я нуждаюсь в смене рабочего места?! Вы знаете, какой у меня штат подчиненных? Люди мне доверяют, и я не брошу их в погоне за несколькими лишними тысячами рублей.

- Но я ведь ещё не озвучил заработную плату, которую вам готовы предложить там... Речь вовсе не о рублях. Но главное, на что они готовы пойти ради вашей семьи, - предложить вам удаленную работу. Никаких длительных командировок, никаких перегрузок в самолётах, наконец, никаких скандалов с женой. Им нужен ваш опыт, а ведь им вы можете делиться и на расстоянии? Вы должны будете управлять, - а это можно сделать, сидя где-нибудь на берегу озера с удочкой. Ваша жена разве не будет довольна? Жены таких вечно занятых мужчин, как мы с вами, только и мечтают, чтобы хотя бы один уикенд провести вместе с мужем. Они устают от одиночества, и, если в юном возрасте мы можем отвлечься и хоть как-то компенсировать свои потребности, то, чем старше, тем сложнее нам бывает сделать это. У вас никогда не было ощущения, что настоящая жизнь проходит мимо вас?

Джем молчал, видимо, не желая посвящать меня в свои семейные тайны, но я чувствовал, что отыскал правильное направление.

- К счастью, современные средства связи позволяют нам работать так, как мы того давно хотели. Не надо тратить драгоценное время и рвать себе жилы, чтобы быть везде и сразу и все контролировать. Тот опыт, которым вы уже обладаете, должен начать работать на вас, а мелочами пусть занимаются молодые и начинающие. Только представьте: вам не нужно будет ежедневно простаивать в пробках, вы сможете вести размеренную и спокойную жизнь где-нибудь в загородном доме, вам не придётся так часто приезжать в шумную и грязную Москву. Вы сможете, наконец, делать то, в чем раньше себе, может быть, отказывали: ну, например, разводить собак или собирать коллекцию оружия... Наверняка, у вас много увлечений, о которых я не имею ни малейшего представления. Вам лучше знать... но я уверен, что они у вас есть, и не одно... Что-то такое, чему вы давно хотели посвятить время, а его все не было... При этом ваша жена будет рядом, будет готовить вам вкусную домашнюю еду. Я бы и сам не отказался от такой перспективы, тем более что у меня больной желудок, - я сказал это специально, зная, что у Джема большие проблемы с жкт, - но у меня, увы, нет такого опыта, как у вас, Григорий Михайлович, поэтому мне ещё крутиться и крутиться...
 
- Только не говори мне, что тебе мало платят за твою грязную работу? - усмехнулся Джем, но был уже, видимо, не готов послать меня на три весёлых буквы. Я чувствовал, что заинтересовал его и что он что-то как будто обдумывает. Я молчал, давая ему возможность принять решение. Если он сейчас скажет "нет", то мне останется только отпустить его и признать своё поражение. В моем арсенале больше не было доводов, я выложил все. Все мои жилы под кожей были натянуты так, что, казалось, вот-вот лопнут.

- Значит так, - наконец, заговорил Джем, - я хочу, чтобы все уяснили чётко, что пока дергаться я никуда не буду. Если они готовы предоставить мне шестимесячный испытательный срок с сохранением всех условий, которые вы так красочно расписали, я готов работать на них. Хочу проверить ваших клиентов на вшивость. И они должны понимать, что я иду на огромный риск, соглашаясь на это. Фактически я буду работать на своих конкурентов. Никакого разглашения информации. Я буду работать на них только на неофициальной основе, без каких-либо документов, - не хочу, чтобы мое имя где бы то ни было фигурировало. Посмотрим, насколько они действительно заинтересованы во мне.
 
- Это тоже очень крупная и уважаемая компания, - вам ли не знать? - и уверен, что они вас не обидят...

Когда я вышел из нашего "переговорного пункта", я почувствовал, как возросшее до предела напряжение отпускает меня и все мое тело обмякает. Ко мне тут же подскочил Юрий, но я был, как в тумане, и не понимал ни одного сказанного им слова. Он о чем-то меня спрашивал, но я оттолкнул его плечом и, как сомнамбула, на ватных ногах поплёлся в туалет. Я победил! И пусть победа была ещё такой сомнительной и нечистой, я знал, что зарево её уже забрезжило на моем горизонте.

Я нагнулся над раковиной, чувствуя, что мне срочно нужно смочить водой пылающее лицо. Врубил ледяную и даже не чувствовал, как она обжигает мою кожу. Раковина была из белоснежного фаянса, который ослепил меня... и друг на этом белом одна, две, три красные капли... так внезапно, что я ещё долгое время не осознавал, что это моя собственная кровь, потекшая носом.

Это было мое "боевое крещение", - в тот день я превратился в "охотника за головами"...


Рецензии