Тонущая

Я стояла на палубе и смотрела на причудливые узоры волн. Пенясь они вздымались то ввысь, то опускались. Впервые оказавшись в плавании, я не могла налюбоваться этой красотой. Меня завораживала бескрайняя вода. Птицы ловящие рыбу, солнце уходящее в закат, утопало в голубой воде. Такая картина достойна кисти художника. 
Когда на годовщину отец сказал, что мы все едим в круиз, я не могла поверить в это. Мечта, всегда побывать на корабле, рассекающем воду, теперь могла осуществиться. Две недели в открытых водных просторах приводили мою душу в трепет. Холодный ветер растрепывал мои светлые волосы. Я держалась за перила закрыв глаза, отдавшись свободе. Казалось, я лечу, лечу как птица, вздымаясь над водой и кораблем. Это прекрасное чувство. Как бы хорошо не было, но нужно возвращаться в каюту. 
Родители уже ужинали. Они были такими милыми, влюбленными и радостными. Конечно, за двадцать лет совместной жизни, они были дороги сердцу друг друга. Я улыбнулась при взгляде на них. Пройдя я присоединилась к трапезе. Как же хорошо мне сейчас было! Любимые люди рядом, я в открытом море, все о чем я только мечтала. 
— Марджи, тебе нравится путешествие? — улыбаясь спросила мама. Она знала, что я в восторге, просто она хотела, что бы я сказала это в слух. 
— Да, мне очень здесь хорошо. Я давно мечтала о таком — призналась я переполняясь эмоциями. Иногда появлялась тоска по дому, за восемь дней я успела соскучиться, но эти мысли быстро уходили на задний план. 
Закончив ужин я легла на свою кровать и прикрыла глаза. Корабль раскачивался и я вместе с ним. Казалось я лежу на волнах, которые уносят меня все дальше и дальше в море. Что такое умиротворение? Это когда ты чувствуешь полную гармонию внутри. Все о чем бы ты не подумала или куда бы не посмотрела, радовало тебя. Да. Сейчас я чувствовала умиротворение. внезапно дверь в каюту открылась и заглянул наш молодой капитан. 
— Все наверх...мы тонем — сказал он и ушел. До меня не сразу дошла эта мысль, а когда я осознала ее, что-то внутри оборвалось. Мечты, как хрусталь рассыпались по полу. Отец схватил меня за руку и потащил к выходу. Встретившись с ним взглядом я прочитала в нем ужас. Шок не давал проникнуть страху. Сейчас я была как кукла, тряпичная кукла. Смутно помню, как мы протискивались через толпу людей бегущих по лестнице. Я смотрела на их лица и начинала бояться. Кто-то звал своих детей, кто-то искал родственников или супругов. Другие тащили какие-то вещи, пытаясь спасти что-то ценное. Я остановилась и смотрела на маленького мальчика державшего щенка на руках. Он стоял в коридоре, где располагались каюты. Он просто стоял и звал маму, люди проходили мимо него, слишком торопясь спасти себя, что бы думать о ком-то еще. 
— Милая нельзя останавливаться — отец взял меня за плечи и говорил глядя прямо в глаза. Тогда я поняла, что должна делать. 
— Идите, я догоню вас — сказав это я освободилась из его объятий и направилась к мальчику. Пройдя немного я обернулась, но отца уже не было, поток боящихся людей унес его наверх. Я бежала к своей цели. Я должна ему помочь. Подбежав к нему, я взяла его на руки, плачущего и звавшего его маму. Возможно наверху он встретит своих родителей. Мои ноги обдало, что-то холодное. Вода. Волна неслась сзади нас. Я побежала, но видимо не достаточно быстро. Удар в спину сбил меня с ног и я упала вместе с ребенком. Длинное мокрое платье мешало двигаться в воде. Встав на ноги я оборвала его по колено, взяла малыша и пошла к лестнице. За нами плыл щенок, я не могла пожертвовать жизнью ребенка ради собаки, придется ему самому добраться до выхода. Вода прибывала с каждой секундой. Двигаться становилось сложнее, вода достигла бедер. Неужели я умру здесь? Нельзя. Хотя бы ради этого несчастного малыша. Людей здесь почти не осталось, все были на верху. 
Добравшись до лестницы, я посадила мальчика на ступеньки где не было воды и вернулась на пару шагов назад забрать щенка. Вынеся его из воды, я вложила собаку в маленькие замерзшие ручки и подняв на руки потеряшку, побежала по лестнице на верх. На палубе негде было протолкнуться, все пытались попасть в спасательные шлюпки. Еще гуляя по кораблю, я заметила, что их намного меньше, чем пассажиров. Кому-то придется умереть сегодня. 
Я проталкивалась сквозь людей ища в лицах своих родителей. Может они уже уплыли? Эта мысль дарила надежду, что они спаслись. Но знакомый голос мама разрушил ее. Они с папой шли мне на встречу. встретившись, мы убедились, что все в порядке. Про малыша никто не спросил, видимо все и так было понятно. Мы пошли в сторону шлюпок, там рассаживали людей. Простояв, очередь дошла и до нас. Лодки набивались под завязку, что бы спаслось, как можно больше. Места в ней почти не оставалось. Протиснувшись внутри папа протянул руки, что бы подхватить меня в лодку. Я знала, что мне и ребенку не хватит места. Нужно выбирать. 
— Я сяду на следующую — сказала я и протянула отдала ребенка в папины протянутые руки. Я знала, что поступаю правильно. Отец взял его и сел на место. Мама начала плакать и что-то говорить, но шум уносил ее слова. Через минуту они опустились на воду. Я стояла и провожала взглядом их. Надо идти к другой шлюпке. Я обернулась по сторонам и поняла, что больше их нет. Эта лодка была последняя. Стало не по себе. Вода прибывала выше и выше, корабль уходил глубже и глубже под воду. Около сотни людей остались на борту " Венеры". Смертники. Я не пыталась спастись, зная, что это не возможно тому, кто не умеет плавать. Да. Я не умела плавать. Я просто стояла и смотрела на лица своих родителей. Плачущие лица. Вокруг меня были крики, суета, а я медленно погружалась в воду. Наверно умереть, глядя на лица любимых, не самая страшная смерть.