Записки телеоператора. За плетнём

               
               
      
   


                Записки телеоператора
               
               
                Предисловие

  В 1988 в году, когда праздновалось тысячелетие крещения Руси, мы снимали в Храме Христа Пасхальную литургию. Во время крестного хода моя камера была на улице. Я оказался  рядом с Его Святейшеством Алексием Вторым, он тихо беседовал с Никитой Сергеевичем Михалковым. И я, проходя с "Бетакамом" на плече мимо, неприминул (идиот!) попросить благословения у самого Патриарха. Но то ли от волнения, то ли от того, что Михалков приближающегося меня расстреливал в упор своим пронизывающим глазом, я так растерялся, что в последнюю секунду, скрестив и протянув  руки произнёс:"Благословите, батюшка!"
  Потом, позже я несколько раз был  на съёмках в резиденции Патриарха, но это была уже другая история.
               
                ***

    Есть в Кировской области (Вятка) деревня Понтыл.  Интереснейшие места. В этих краях отбывали свой последний срок пленённые в 1812 году  французы. А в 1994 году с режиссёром  Валентиной Куликовой мы снимали здесь  документальный фильм  для программы «Человек на земле» о местном фермере,  выживающем в новых ельцинских условиях. В деревне заброшенный, но ещё на тот момент живой храм ХIII века - Церковь Дмитрия Солунского. Он  сразу обратил на себя внимание, когда мы въехали в деревню. И как не зайти? Мы зашли. Засмотрелись. История, да ещё какая! Следы времени на стенах. Старые фрески Зосимы и Савватия Соловецких. Их лики расстреляны из оружия, пули и дробь: следы Октябрьской Революции.  Стальные стяжки в трапезной   какая-то «добрая душа» спилила.  Видимо, храм использовали  для игры в волейбол или баскетбол, а  стяжки мешали. А на них стены держались и свод. В центре свода, во всю его длину глубокая трещина, кирпичные стены разошлись. У Вали  низкий голос:
- Шура. Можешь снять фрески? У меня чувство, что мы их больше не увидим.
- Не баси, Валя. Я уже снимаю. От твоего голоса может всё рухнуть,- неуверенно ответил я.
Мы вышли на воздух и осмотрели храм снаружи. Кирпичные стены по бокам трапезной вздулись пузырём. Храм выглядел от этого как-то странно, как будто он присел перед прыжком. Мы пошли к фермеру, а когда подошли к его дому, началось землетрясение. Мы пошли посмотреть. Колокольня, кирпичный свод и стены трапезной сложились внутрь храма. На месте где недавно стояла камера на штативе была огромная гора кирпича.
Валя не придала случившемуся значения. Она сказала, что хороших людей в храме не убивает…
   А я с этого момента начал записывать…

  Вместо предисловия к изложенному ниже я привожу публикацию моего глубоко уважаемого коллеги (дружба - понятие круглосуточное) по телевидению, Андрея Бахтина:

  "Всем посвященным, а равно и непосвященным:  гениальный Александр Перевощиков откопал свой собственный текст более чем 14-летней давности о, пожалуй, самой безумной затее в истории российского телевидения - пародийном реалити-шоу "За плетнем", которое выходило на канале ТНТ зимой 2001-2002-го года. Оно изначально было задумано как пародия на только что отгремевшее на ТВ-6 "За стеклом". Но с первого же дня оказалось, что это будет не столько пародия, сколько гремучий коктейль трэша, хардкора, какого-то безумного "сюра" и телевизионного андеграунда. Напомню, в чем была суть: шесть простых человек из народа, абсолютно разных по возрасту, профессии, темпераменту и всем прочим параметрам (тщательным отбором занимался Александр Лазарев ) были заброшены ЗИМОЙ в глухую калужскую деревню, в заброшенную столетнюю избу (ее нашла Александра Плакида), в которой из всех благ цивилизации были только лампочка Ильича и неработающая русская печь (поэтому в состав «зеплетенщиков» был включен профессиональный печник, как потом оказалось, совершенно безумный). Задачей этой шестерки горожан было выжить в таких условиях 3 недели. Каждому из них разрешили взять с собой 10 килограммов каких-то вещей и еды (там были жесткие ограничения), а главное условие было - никаких денег. Три телевизионные группы, сменяя друг друга, должны были фиксировать всё происходящее и ежедневно выдавать в эфир. Зрителям предлагалось голосовать за каждого участника и победителю был обещан приз - 1000 долларов США. Первыми на вахту в деревне заступили: я, оператор Александр Перевощиков, автор нижеследующего текста, и звукооператор Александр Голубцов. Всё что было дальше - подробно описано в тексте.  Татьяна Садковская, Константин Цивилев, Алексей Эйбоженко, Лев Новожёнов, Ольга Грозная, Иван Распопов, Светлана Филиппова, Елена Белицкая, Сергей Романов, Алексей Тихонов, Георгий Чернышов, и все-все, кто работал в «Сегоднячко» (простите, кого забыл отметить) - помним как всё было!
В тексте: Бах - это я, Саныч - Александр Перевощиков, Санек - Александр Голубцов, Ульянка - Ульяна Микуленок, Родион - ныне маститый оператор-постановщик Родион Гудков, Спецкор - не менее маститый ныне Александр Карпов (обозреватель программы "Вести-Москва").
Забегая вперед, скажу: все написанное до последнего слова полная правда, все ситуации, словечки, кликухи, все диалоги - всё абсолютно точно, ничего не приукрашено, не утрировано, все именно так и было. Не верится даже, спустя столько лет, что всё это было в реальности!"
               
                Так сказал не Заратустра, так написал Андрей Бахтин. (А.П.)
          
                ЗА ПЛЕТНЁМ.
            
            
     Операторы - народ молчаливый. Не любят они трепаться о трудовых подвигах. Такая внутренняя установка: "Всегда найдётся тот, кто сделает это лучше тебя".
      
     Моё маниакальное увлечение операторским делом вспыхнуло в 90-е, как первая любовь. Несколько раз я снимался, роботая актёром на площадке. Но меня всегда тянуло узнать, что там по ту сторону фокуса? С камерой я дружил давно.
      Я принял для себя формулу, по - наивности, что любая съёмка - это "заговор". Заговор съёмочной группы. Когда существует принцип: "Один за всех и все за одного" - только тогда материал получится. А при правильной постановке дела, оператор, он же, шпион-разведчик, может взять такой "синхрон", какой даже при грамотной провокации и корреспонденту не под силу. И всех стажеров своих я учил, что выезд на съёмку – это "заговор" группы. В "заговоре" участвуют все. И даже водитель, все помогают  и друг друга  страхуют. Я вовсе не хочу обидеть наших журналистов - среди них есть много замечательных и толковых людей, но бывают и "инопланетяне". Как правило, это молодые, которые, не понимая процесса и распределения обязанностей, "тянут тяжелое одеяло на себя", под ним же и погибая. Тогда действует другой принцип: есть сюжет - корреспондент герой, нет материала - всегда виноват оператор.
 
       Конечно, с корреспондента требуют. Ему нужен результат любой ценой. Такая  работа. (Вспоминаю как с Гошей Маркаряном в 90-е мы ехали по ночной Москве в Останкино и не "сняли" ни одного трупа. Тихая ночь была, Гоша тогда сказал: "Всё, теперь меня Лёва (Новоженов) уволит") Но! Но нельзя быть у воды и не замочиться: часто оператору приходится идти на компромисс ещё больший: когда убедительно просят не снимать, а ты снимаешь, просят не лезть, а ты лезешь. Помню, как с Костей Цивилёвым снимали пожар напротив Белого Дома. Там труп в квартире был..., и лилась с лестничной клетки, вместе с бульоном вся эта грязь, а я в новой куртке, жена вчера купила. Костя говорит, вот надо бы снять..., ну, как вода льётся, стихию это, пламя если ещё горит. И я полез. Домой пришёл весь в дерьме.
     А бывает ещё и кураж в работе:
Вертолёт «Ми-8», набитый стройматериалами и монахами взлетал от Петропавловской крепости и держал курс на Валаам. Это на Ладоге, кто не знает.
   Взлетал вертолёт с разбега, и был явно  перегружен. Мы с девушкой-корреспондентом снимали материал для программы ВГТРК «Белый попугай» и нам двоим место в вертолёте нашлось. Мне нужно было снять облёт вокруг острова и монастырь. Дело было в марте. Перед полётом командир экипажа выдал мне страховочный пояс и, в шуме работающего двигателя показал, что надо зацепить цепь с карабином за петлю в корпусе машины. Перед тем как отодвинуть дверь в бездну на высоте четырехсот  метров я так и сделал, зацепил карабин за какую-то петлю. Воздух холодный, да ещё под винтом. На подлёте к острову я отодвинул дверь до защёлки и сел с «Бетакамом» на порог, ноги свесил за борт. Ну а чего, я же пристёгнут. Куртка моя взлетела на голову, но я прилип к видоискателю и эта деталь дискомфорта меня она уже не интересовала. Я предполагал, что если будет воздушная яма или боковой порыв ветра, то меня выбросит, но через объектив  голова оператора  начинает работать на картинку и опасность уходит на второй план. Об этом я уже знал. И это опасно, опасно увлечься. Пальцы сразу  замёрзли, но я о них не думал.  Посидев минут пять, я почувствовал уверенность и решил снять обратную точку через хвост вертолёта.  Встав на колено, я левой рукой зацепился за рукоятку у двери и свесил другой рукой работающую камеру за борт вниз под фюзеляж.  Тут я почувствовал, что кто-то крепко  держит меня за воротник. Понятно, это я увлёкся. Однако, сидеть у бездны на краю мне понравилось и я просидел на пороге свесив ноги до самой посадки не выключая камеры. А когда соскочил на землю и посмотрел в салон, увидел в ужасе смотрящих на меня и молящихся монахов. Карабин не был пристёгнут, он соскочил с какого-то провода, который я принял за страховочную петлю. А за шиворот меня держал сам Настоятель Валаамского монастыря, отец Панкратий.
 
   Мой бывший коллега по Останкино, Александр Нагорный, замечательный  оператор, тоже увлёкся. Он снимал спортиную машину на  вираже.  Поворот был очень крутой . Конечно, выгоднее снимать  в этой ситуации  с внешней  стороны разворота: машина входит в кадр и уходит из него при минимальной панораме. Красиво. Саня и точку взял поближе к траектории разворота. Но машина сорвалась с траектории. Водитель тоже старался сделать красиво....   Камеру вдребезги, Саню  тоже. Собирали в клинике по частям. Ему повезло, выжил. Он и сейчас работает, Дай Бог ему здоровья! Таких случаев с операторами  было немало. На  НТВ в Операторской комнате есть  своя "Стена памяти". Мы помним этих ребят.

  "Политически" грамотный журналист никогда не скажет в присутствии группы: "я снял", он скажет: "мы сняли…". Но это нормально, на телевидении давно привыкли к такому "отчуждению результатов операторского труда", и чем дальше с техническим прогрессом, тем больше. В отдельных областях деятельности телевидения уже и операторы-то не нужны. Сейчас и образование телеоператору не нужно, нужен опыт обращения с камерой. Так что не нравится - гуляй - «Вон их на улице сколько! Не хочешь - не работай, вот и молодые "ВГИКовцы" поджимают: им работать негде: телевидение - дело молодых исполнительных бойцов, а если что, и таджиков наймём!»  О, нравы!
  Среди телеоператоров мало долгожителей. Ушли времена Владимира Киракосова, Крестовского, Юрия Назарова, Миши Игнатова, Бориса Рогожина, Андрея Морозова, Олега Шороха, (простите, братья, кого не упомянул, но помню всех, с кем приходилось водку пить) - какие скромнейшие люди и каждый - личность!  Даже кабель-мейстер,  профессия забытая, какую я уже не застал, считалась на Шаболовке очень ответственной и почётной.  От него зависела сохранность и качество передаваемого с камеры сигнала.
 - Это вам сейчас игрушки, камеру на плечо и побежал, - учил нас Борис Рогожин в 1993 году, когда расстреливали Белый дом.(Правда, «игрушка Бетакам» весила  шестнадцать килограммов).
 – А у нас было так: человек тебя толкает сзади - это тебе наезд.  И удержи фокус! Поехал назад, тяни ассистент тележку, оттаскивай кабель, - это тебе отъезд, и никаких трансфокаторов!..
 Да, люди выкладывались на сто процентов, заработали  боли в спине и в сердце, и всё на благо родного телевидения, а ответ - тишина. Технический состав! В результате разочарование в профессии, депрессия, тоска, бытовое пьянство..., инфаркты, инсульты.
  Моя страстная любовь к телеоператорскому делу в 90-х вспыхнула  и через 20 с лишним лет как-то угасла, благо это не единственная моя профессия, и я не спился, а было с чего, но сердечные операции заработал.
    
   Поэтому старые бывалые видеоинженеры - народ угрюмый, а старые и опытные операторы - народ, за редким исключением, молчаливый, больше пребывают в себе, когда видят молодого бодрого корреспондента, а сколько могли бы рассказать?!
                Угораздило меня как-то ...
               
      
                ***

     Не было ещё «Дома 2». Но уже стартовали и финишировали известные "застекольные" и "клеточные  героические" телепрограммы, получившие разные оценки критиков, материально заинтересованных бизнесменов от телевидения и плевки публики. Проекты, "освежившие" карманы рекламщиков, поднявшие рейтинги каналов.

     Вот и на ТНТ, с благословения Льва Юрьевича Новожёнова и компании, был исполнен соответствующий проект в рамках программы "Сегоднячко". Проект интересный, неожиданный. Иронии Кости Цивилёва и комментариев Алексея Эйбоженко, Юлианы Шаховой в отношении происходящего в прямом эфире  было высказано немало.

     А вот взгляд сугубо-субъективный. Взгляд не со стороны телеэкрана, не с точки зрения вдохновителей проекта, редакции, а взгляд с "кухни" - с точки зрения полевого исполнителя. Взгляд по ту сторону фокуса, что ли... И, что называется, "прямо с плиты" - написано по горячим следам и с горячим сердцем, с долей художественного вымысла. А значит, не нужно относиться к этому слишком серьёзно.
    
      
               

                (Намёки, имена и герои - случайное совпадение, даже если очень совпадает).
    
    
     Уже за океаном на мормонских землях разгорался скандалом Олимпийский огонь и в Афганистане шла охота за виртуальным Усамой, а за ПЛЕТНЁМ и вокруг него, кипели свои страсти и действовали свои "спецслужбы" и "допинг-контролёры" ...
      
                САНИТАРЫ

     Своё прозвище Бах получил очень просто, до банальности просто. Фамилия - Бахтин, вот и стал он «Бахом» в народе.

     "Увертюра" корреспондента Баха была неплохой. Все участники торговли иллюзиями и сам Лев Юрьевич Новожёнов согласились с этим. Если учесть, что психолог на кастинге отверг всех кандидатов в "заплетень", как  совсем  не совместимых, акцентируя особое внимание на печнике, как гиперсексуальном  возрастном субъекте. Что, де, как он себя в экстремальных условиях поведёт - не известно. Но воля редакции - воля Божья, а психолог не Указ.   

     Отсюда сама собой определилась роль первопроходческой  съёмочной группы: "санитары" в "психушке". Бах и оба САНИ - Саныч-оператор и Санёк Голубцов - техник-инженер, сразу определили, кто и где будет «санитарить». Основная задача - не допустить кровопролития, уж больно темпераментный печник попался: режиссер - инсталлятор и основатель "Печь-Арта", позиционирующий себя как любитель болот и лягушек, он даже пытался вмешиваться в дела съёмочной группы и погубить начатую "нетленку" Баха.
    
     Итак, Герман - один из персонажей проекта, кастинг прошел легко, имея характер нордический - прапорщик и десантник в одном флаконе. Он терпел "Печкина" долго, но и во флаконе бывает последняя капля - не выдержала душа бывалого вояки, и ударил прапорщик по фейсу "интеллигента", обозвав его по-ленински "говном нации". Ничего не ответил интеллигент-печник и ушёл за горящую и уже горячую печку перекрывать дымоход... Вот  как-то так начинались съёмочные будни этого незапамятного проекта.
   
     ... Зачин был совсем неплохой, тут и сценарий не нужен. Успевай, снимай, поворачивайся!
      Саныч  «полу-скрыто» снимал, не забывая о роли "полу-санитара", т.е. о безопасности  вверенных ему людей. Конечно, смешно сидеть с одной единственной огромной камерой «Бетакам» с заклеенной изолентой красной лампочкой и делать вид что камера не включена, и вообще её, как бы нет: вы ребята сидите-говорите, а я рядом чуток побуду, но вы делайте вид, что эту бандуру-камеру не видите. Вся эта процедура съёмки напоминала забивание сапожных гвоздиков кувалдой.
        Как подопытным себя вести? Опозориться никто не хочет. Но ничего, всё как-то адаптировалось через час. Даже помаленьку материться начали, что свидетельствовало о наличии полного комфорта, раскрепощённости и взаимопонимания на съёмочной площадке. Надо сказать, "обнаглел" и инженер Санёк, почти, открыто на глазах у "ЗаплетенщиКов" - засовывал радио-петли в такие места, в какие сам Джеймс Бонд телят не гонял, при этом Саня улыбался, как фашист, закладывающий противопехотные мины прямо под задницы военнопленным и успевал при этом заигрывать с молодой "заплетенщицей" Полиной, делая вид, что ничего особенного не происходит.
     В конце дня Бах обрабатывал всю добытую за день информацию, попутно сочиняя сценарий, а ночью все вместе  подслушивали, как  ЗаплетенщиКи перетирают друг другу и съёмочной группе кости в соседнем доме. Закрутилось!
     Энтузиазм у всех был неподдельный. Как же: новое дело, свежая идея руководства, новые люди, новый принцип подхода к материалу! Какую-то премию участникам обещали...
      - Может, и нам чего обломится, может, и нам  премию дадут! - рассуждал Санёк, заряжая аккумуляторы на завтра (НАИВНЫЙ! ПРОСТО У ЗАПЛЕТЕНЩИКОВ С СОБОЮ БЫЛО, ВОТ И "ЗАКРУТИЛОСЬ").
      А утром распределились и заплетенщики: кто в лес, кто по дрова, Печник занялся "печной проктологией",  решил прочистить дымоход. ЗаплетенщиК  Марат решил согреть помещение - затопил духовку. Дело в том, что Он впервые в жизни  увидел русскую печь, совмещённую с "голландкой", в которой была ещё вмонтирована и духовка. Московский парень-то, городской!
      - Ну, УРРОДЫ! - сказал, продирая глаза от дыма на это печник, и два раза, как знаток лягушек, квакнул. (Каким местом?..)
    
      /ЗаплетенщиК - Далее - ЗК/

      Через  пару дней непонятной бесперспективной  жизни  ЗэКи заскучали. Но, к их счастью, нашлись в деревне  «разливные точки». Жизнь начала обретать какой-то смысл.
      Утром второго дня ЗК Герман и  ЗК Марат метнулись в лес по дрова. Рубить приходилось больше десантнику Герману. Марат по дереву не попадал - всё чаще по собственному колену или по ржавой трубе времён войны, торчащей из земли, принимая её за сосенку. Всё как-то не шёл у него топор в дерево. Оказалось -  "очень сильно городской парень", - такой вот диагноз определил и поставил навсегда ему Гера.
      Из леса Герман гордо нёс на плече огромное двухметровое обледенелое бревно - будущий источник энергии для русской печки. (Гера не знал, что дрова два года сушат). А в детских санках, предназначенных для дров, свободной рукой он тащил раненого. Марат тихо повизгивал, когда детские санки переворачивались в проталую лужу, хватался за окровавленное колено, вворачивался обратно в санки и стонал:
- Трогай! - Гера матерился и трогал.
      Вечерам третьего дня Печник исхитрился обледенелыми дровами и найденным на чердаке произведением "Мёртвые души" Н. В. Гоголя растопить русскую печь. "Нахомячившись" овсянкой, все, мирно перебраниваясь в темпе andante ritenuto, затихали в ночи.
 Марату к вечеру полегчало и он даже начал философствовать.
      - Смотрите, комар ожил, - заметил Марат, укладываясь. И, действительно, от печного тепла начали оживать некоторые насекомые, первыми проснулись комары. - А комары гораздо гуманнее некоторых женщин, - продолжал Маратик, - уж если комар пьёт кровь, то он, по крайней мере, перестаёт жужжать - это он имел в виду Марину: между ними уже с первого дня  зрел конфликт.
Под романтический рассказ  ЗК Полины о тёплых морях и лесных студенческих походах погасили свет:
      - Мы в походе топор на верёвке в море выбрасывали замачивать, чтобы топорище от топора не отлетало...
      - Отчего же далеко так, Полина? В море? - бормотал засыпая из другого угла хаты Марат, держась за перебинтованное колено.
      - Можно ведь и у берега было его ЗАМОЧИТЬ...  Видно это был тот момент, когда впервые мелькнула в голове Печника идея ТОПОРА.
      - Кхе-кхе, - ворочался в темноте Печник, грея руки в штанах и мысленно раздевая девушку...
      - А зачем вам был нужен топор, Полина?, - продолжал интимно Марат. Печник перевернулся на другой бок лицом к говорящим и, пытаясь в лунном свете разглядеть источники звука, приставил ладонь к уху.
      - А  ..., чтобы чакры раскрывались..., - полусонный голос Полины звучал  уже откуда-то с Дальнего востока... или Индостана, куда она в поход только ещё собиралась.
      - ЧАК... чего? Ну, УРРОДЫ! – Казанова-Печник не спал, подслушивал. Маратик продолжил тайную вечерю шепотом на родной, понятной только ему семантике, и, обращаясь уже к своему спасителю Герману,
      
      - А я, наконец-то, понял, отчего мне два дня так было плохо. Оказывается, я ничего всё это время не ел, а только пил и писал. Я не умер только потому, что мне помог горб между рук...(Марат, почему-то представлял себя толстым).
      - Да у тебя грудь-то впалая ..., горбатый ты наш, - все смеялись до коликов.
    
    
                КТО РАНО ВСТАЁТ, ТОМУ СПАТЬ… ВЕСЬ ДЕНЬ ХОЧЕТСЯ.

     Надо отметить, что жизнь и  поведение  "ЗаплетенщиКов" на первых порах ни чем со стороны редакции не регламентировалась. Были только общие установки. Блин-то был первый. Участники были предоставлены как бы, сами себе. Кто себя как поведёт, кто будет лидер? Это нужно было понять. Важно было выдержать без малого месячный срок. Но то, что было намечено в редакции, никак не вписывалось в быт и реальное поведение участников: не запланирована была железная труба в лесу  и т.д. Что делать всё это время, ПОКА ОНИ "ОПРЕДЕЛЯТСЯ", чем заниматься? О чём снимать? А на этом должен был вырасти весь сценарий. КОНЕЧНО, МОЖНО ВСЁ СМОНТИРОВАТЬ. Но неплохо бы иметь какую-то основу. А теория наверху расходилась с практикой внизу.
   Ранним утром, где-то часам к 12 p.m. было коллегиально решено, Марата после случая с коленом и топором, дальше банки с вареньем никуда не пускать, и не давать в руки предмета острее ложки. Колено, вроде бы, побаливало, но не сильно.
      - Лень - подсознательная мудрость, - философствовал Марат, заливая сухари сгущёнкой. - Сахара жаль нет! Эх, козинаки мои козинаки! – Жизнь Марата налаживалась! Он нашёл свою нишу. Образ раненого его устраивал.
      А вечером этого же дня залетел на огонёк сосед Геннадий, мужик лет сорока, рассказал, что мамаша его при смерти и улетел.
      - Во попёрло,- обрадовался Бах, - уже есть о чём снимать, будет какое-то дело для персонажей, у нас ведь кто-то с медицинским образованием? Но, может быть, «Скорую» сначала вызвать? Бах поставил вопрос перед ЗК.
     - Пока доедет..., дороги растаяли, пошли, надо спасать! - Собрав медикаменты, какие были, запасливая ЗК Марина, бывшая медсестра, направилась в убогую хату Гены, съёмочная группа ринулась за Мариной, освещая ей дорогу накамерным светом.
 Сосед Гена уже стоял над родным вялым телом с полным стаканом самогона и предлагал маме "посошок".
      Аккуратно  взяв из рук Гены стакан, отставив его в сторону, не расплескав ни капли, Марина сказала:
      - Довели мамашу, пидоры кокчетавские (так обозначалась крайняя степень её возмущения)! Где тут у вас руки-то моют? - обратилась она к Геннадию, почему-то во множественном числе (видно было, что из "кокчетавских" на первом месте был для нее, всё-таки, Марат, который в данной акции не участвовал).
 И ещё. Было видно, что "персонажи наши" и сосед Гена уже как-то были неформально знакомы...
 Тем не менее, Марина оказалась профессионалом своего дела, оказала первую помощь старушке, послушала давление, потом сделала какую-то инъекцию в мягкое место старушки. После содеянного, аккуратно "подсняла" со стола отложенный до поры полнющий с горкой стакан, не расплескав ни капли и "ввела" самогон себе перорально. А по возвращении в дом, разомлев и раздухарившись от деревенского воздуха, очень неформально покосилась на Маратика, доедающего банку сгущёнки с чаем.
 Наутро бабуля, как ни странно, встала. Марина доказала свою состоятельность на проекте, что называется - «набрала очки», приобрела ещё "врагов" и стала героиней дня. Что там горящие избы да кони!
 Теперь Марина уже противостояла  Герману и Маратику официально и открыто.   
      
                НИКОГДА НЕ ДЕЛАЙТЕ ЗАМЕЧАНИЯ ЖЕНЩИНЕ, ПЛОХО НЕСУЩЕЙ ШПАЛУ**.

      В общем, у Баха всё складывалось. Дело было за малым: не особо вмешиваясь, снимать всё, что происходит. Трудность была только в одном: одна камера должна заменить ПТС.
      И, всё-таки, увертюра старшего санитара Баха удалась. Помогли-развили "увертюру" монтажники - Жорик Чернышов, Лёха Тихонов и милиционеры калужские вовремя приехали, когда случилось второе обострение промеж ЗК Герой и Печником.
 От Печника пришлось избавиться. От греха! И надо же, обострение у Печника с весной совпало, или наоборот, но драка была не шуточная, когда Печник на десантника с топором пошёл, пришлось вызывать милицию.
       - А так, и овцы сыты и волки целы, и пастуху вечная память, - пошутил Гера.
       - Все проститутки! - Кричал гиперсексуальный печник с тремя высшими образованиями, запихиваясь в клетку «воронка».
               
                УЛЬЯНКА.

          Потом приехала Ульянка, оператор Родион Гудков и техник Пашка Палкин. Вторая смена!  Родион, взглянув на весь этот "заплетень", схватился за  свою профессиональную голову кинооператора, поняв окончательно, что на телевидении ему славы не видать, кино не снять и заболел.
Саныч сказал на прощание Ульянке: - Люби их как саму себя, - и поцеловал девушку в лоб. Старший санитар Бах передал полномочия.
   Санитар Голубцов отдал Пашке "петлю" и "колотушку" «Зенхайзер»*. Подопытные ЗэКи плакали, прощаясь с "Фёстами".
 Санитары  обещали вернуться и продолжить "весёлое и доброе кино".
      Вместо "весёлого кино" ЗэКов поджидала ВИРТУАЛЬНАЯ жизнь, виртуальные деньги и вполне реальная яма.
      Виртуальные деньги были приняты  к пользованию редакцией в свете борьбы с пьянством  в ЗаплетенсКой  среде (о биткоинах тогда не ведали, по сути, это было тогда уже не зафиксированное, тянувшее на "Нобелевскую", открытие и первый опыт). Но как это будет работать и как людям покупать самогон на виртуальные деньги, было  не понятно.

                БЕС ЖУРНАЛИСТИКИ СИДИТ ВСЕГДА В ДЕТАЛЯХ!

     Яму "МАЙНИТЬ"  пришлось Гере и Марату.
     Предполагалось строительство туалета деревенской системы "самопад". Старый туалет завалился, благодаря нерадивым бывшим хозяевам арендованного дома, и туда можно было только вползать под навес, крышей это назвать было нельзя. Марина отправлялась туда каждый раз, как в последний, напевая куплет из "Землянки" - "... до тебя мне дойти нелегко, а до смерти четыре шага", - от посещения этого места в душе оставался необъяснимый осадок, и это не устраивало всех ЗК, а к соседям было "гонять" не очень-то хорошо: уж своё, так своё! Статус нужника должен был быть восстановлен! Но, забегая вперёд, скажу, труды туалетного просветителя Марата и его сподвижника Германа пропали даром!
     Копали на новом месте рядом со старым. Но работал только один Герман, Марат, как ему и положено, философствовал:
      - Вот, Герман, имя Герман - хорошее, - говорил Марат, поставив ногу на заступ лопаты, ни разу не проткнувшей в этот день поверхность Планеты, - но, если бы ты был Робеспьер, то неизвестно, какая судьба была  бы у этой деревни…  А воще, глупая это затея, копать. Вот, к примеру, на острове Мудьюг, что в Белом море, Саныч рассказал, в 1918 году англичане, основавшие там первый концлагерь в России, заставили большевика Павлина Виноградова копать яму. Потом закопать. Потом снова копать... Если бы яма предназначалась для туалета, возможно, революционер принял бы другое решение, но ему этот бесперспективняк, в конце концов, надоел и Павлин бежал с острова через сухое море в лес. Павлину поставили памятник в центре города Архангельска….
         Насколько Марат был исторически точен, Герман не знал, и продолжал, пыхтя, копать в одиночестве.
         Нашим ЗэКам с памятником явно не светило. Правда, был вариант бежать из этого затянувшегося кошмара через Угру, но по рукам вязал подписанный контракт с редакцией, суд и штрафные санкции.
   
    - Да. Марат, как ни крутись, а жопа сзади, надо копать. Не стой!
    - Да, за какие-то виртуальные "бабки"?!..., - продолжал бунтовать Марат.
    - Откуда они взялись? Какая ббб, ссс ... их придумала?
    - Есть, Гера, люди, в которых живёт Бог. Есть люди, в которых живёт дьявол. А есть люди, в которых живут только глисты**…, вот что я скажу. На носу Восьмое марта ..., а на это "бабло" даже и хохлов-то не наймёшь.
    - Ты хохлов слил с Восьмым марта, причём тут..? Я в этой избе никого поздравлять не собираюсь...
    - Неее, представляешь, Герман, объявление в газете:
 
            "СОЛИДНАЯ ФИРМА НАЙМЁТ ХОХЛОВ  ЗА ВИРТУАЛЬНЫЕ ДЕНЬГИ, НАЖИТЫЕ ПРЕСТУПНЫМ ПУТЁМ, КОПАТЬ ЯМУ ДЛЯ ТУАЛЕТА"

    После полудня Марат продолжал философствовать и опускался от непосильного труда в Геркину яму поглядеть на результат его труда, вздыхал и снова возвращался на поверхность, ставил ногу на заступ и уже отхлёбывал из пузырька самогон. Как и кто за ним «сгонял», или "поднесли" - этого уже никто не узнает.
    - Марат, а закусить взял?
    - Огурчик.
    - ЭХХХ, ПЛЕТЁНАТЬ! - Резюмировал Герман политическую обстановку, - ничего, перезимуем, сами подписались, хотя, конечно, со временем молоко вдвойне смешней,..  после огурцов!
  Потом яму закапывал сосед:
    - Не напрасно ребята копали, - вспоминал Василич "просветителей", - куч пять там было на дне ямы, и одна без бумажки, - такая вот деталь.
               
                ***

 Будущее " за плетнём" виделось в тумане.  Ульянка решила, что надо из всего этого снять "небанальную веселуху" МЕТОДОМ ПРОВОКАЦИЙ.
 Но ЗэКи,  уже не понимая чего происходит, чего от них хотят, подустали и впали в полную апатию, они  часто поговаривали, что Ульянка - дальняя родственница попа Гапона и не хотели «подыгрывать» - им было не до веселухи, их всё больше тянуло полежать, а материал в редакции ждали каждый день.
      Но тут к радости "теле-художников" забил творческий фонтан у ЗК Ольги, вступившей в тайный сговор с Ульянкой. Ольга - 35 летняя девушка, была всё ещё активна. У Ольги был лозунг по жизни:

     "НАСТОЯЩАЯ ЖЕНЩИНА ДОЛЖНА СПИЛИТЬ ДЕРЕВО, РАЗРУШИТЬ ДОМ И ВЫРАСТИТЬ ДОЧЬ!"

           У Ольги было две выращенные дочки. И теперь она решила посягнуть на лавры ЗК Марины и уморить ею реанимированную  Генкину мамашу, начавшую уже понемногу прогуливаться.
       Оля решила напрячь редакцию и лично Веронику Люксембург - соавтора гипер-проекта, и подарить бабуле КОСТЫЛИ!
 Как она пришла к этой замечательной идее, никто в заплетне не знал. Недоумевал и Гена. Он-то уж предложил бы что-нибудь более понятное: ну... бензопилу... , ну... гвоздей. Ведь костыли пропить на деревне трудно. А потом, почему именно костыли под немощные бабулины руки? А может, бабуля хочет ХОДУЛИ?
       Так или иначе, идея с костылями была поддержана Ульянкой и редакцией, питавшей надежды снять кино ещё веселее. Но тогда почему они отвергли ходули ? Лишить проект такого шоу? Этих злых "почему" у  ЗэКов и у санитаров становилось всё больше.
       К этому времени оператора Родиона Гудкова сменил Игорёк Григорьев - ему "заплетённая байда" тоже не понравилась. Большое виделось ему на расстоянии, а дом съёмочной группы находился в непосредственной близости от "заплетенья", да там и плетня-то не было. Так, издевательство над забором при помощи соломы и краски. Чего тут снимать? А потом, кому понравится мыть голову хозяйственным мылом в феврале из рукомойника на улице?
       Второй гениальной идеей ЗК Ольги было определение судеб местных детей. Эта идея, как в зеркале Русской революции, отразилась в сердце Ульянки. Вера Засулич и Роза Люксембург! Девки «спелись».
 "Правозащитницы" сообща решили определить их в интернаты и детские дома. Затем, после организации "Республики ШКИД",  планировалось применить талант своей доброй души к местным собакам и кошкам. В планы входила организация деревенских диссидентов, политических кружков и подпольных организаций, благо, "подполье", точнее, яму, Гера и Марат уже к тому времени выкопали.
 - В общем…, если почистить...,- рассуждала Ольга (Роза) на краю ямы.
      Посмотрев на всё это безобразие и вспомнив матроса Железняка, сменившийся видеоинженер Пашка произнёс фразу, ставшую исторической,
    
                - ВСЁ, ПАША ПАЛКИН ХОЧЕТ СПАТЬ! -

 и этим поставил точку в Ульянкином эпизоде.
    
      
                ***

    
      
                СМЕНА?

    
      Через неделю, на горизонте у опушки леса, показалось авто "Соболь" с надписью "ТНТ" . Благополучно докатившись до плетня, «Соболь» великодушно откатил свою  железную дверь и оттуда вывалился СПЕЦКОР  в  резиновых сапогах, с костылями в одной руке и кожаными перчатками в другой. 
   

  - Ну что, свиньи? - Весело и бодро обратился спецкор к ЗэКам, - Москва слышала о вашем поведении, ну что же, я вас …эээ, приветствую!
   Компания, выстроившись у крыльца, грустно смотрела на нового "узурпатора".  Марат пробормотал в сторону уха Геры:
  - Гера, тебе не кажется,.. они меняются, а мы всё те же, ... ничего это не  напоминает тебе?
  - Да, чувствую себя проституткой, - резюмировал Гера.
    
  - А где бабуля? – спросил  спецкор, улыбаясь и побрякивая костылями.  ЗэКи молчали, предчувствуя недоброе.
  - С этого дня ваша жизнь изменится к лучшему. Отныне Я ваш начальник и Я объявляю:

                СУХОЙ ЗАКОН!

    
       Из соболя вывалились два «санитара» из первого созыва  - Саныч и Санёк. Это ободрило Зэков, но ненадолго. Пока «санитары» выгружали вещи, спецкор двинул речь:
    - Я  утверждаю новый распорядок: ..эээ …подъём в 8 утра. Зарядка. Подъём флага, потом копание ямы.
А в среду Олимпиада. Прыжки через санки, мытьё плетня, покраска снега ..
    -Да, так ещё никто не шутил, а повадки-то у парня как у Гитлера, - подвёл черту Марат.
И с первого дня  нового корреспондента Саню Карпова окрестили Фюрером.
    - Интересно. А Вагнера он любит? Вот я ему, Тристана-то с Изольдой устрою ночью. Мало нам было одного комиссованного УРРОДА.
  - Гитлер капут, - произнёс Марат.
  - Воистину капут, - заговорщески- зло отвечал Герман.
         
 Под финал «плетня», за неделю до окончания контракта, в деревню нагрянули   ведущие программы, самолично поучаствовать в этом "безобразии" и убедиться, что всё, что они показывают и комментируют зрителям, действительно правда и "диагнозы"  заплетенщикам они ставят правильные.
 Всем было весело. Осмотрели хозяйство. Оценили труд безвременно отбывшего в мир иной - столичный, Печника.
 Заплетенщики смотрели на звёзд телеэкрана и глазам не верили. Одичали совсем. Но Марат, настроенный цинично и  наблюдая, как «горожане»  рассматривают  грязный трактор "Белорус" и ощупывают тёплую печь, окрестил их сначала "ИНОПЛЕТЯНАМИ", но прижилось-"ОВОЩАМИ".
  - А почему "Овощи"?- недоумевал Гера.
 - А потому, что всё время под лампами..., - отвечал, прищурившись, Марат.
 "Овощи" так были увлечены и горды причастностью к  «плетню», что  чувствовали себя первооткрывателями - полярниками, совсем забыв о том, что ЗэКи прожили здесь уже месяц.   
  - Я нашла старинный самовар! - Пищала Грозная от восторга. В это время хозяйка дома, Валентина несла горячий самовар к дощатому щиту, где были разложены закуска и водка. ЗэКов к водке не допустили. Они смотрели на неё через плечо Фюрера, не рискуя себя скомпрометировать. ЗаплетенщиКи чувствовали себя людьми пятого сорта. Самовар стоял на щите. Оле Грозной самовар понравился сразу:
  - Хороший мой, - шептала она самовару, - старинный! Какой он чудный! Ты, наверно, дорого стоишь...
  - Да где старинный-то? - Пыталась урезонить её хозяйка Валентина, - Год как куплен.
  - Я увезу тебя в Москву, - не унималась сладкая Гроздь. 19 век! Коткин ёжь!
  - Да щас, ёшкин кот. Только из Москвы привезли. Кто тебе даст, а мы что, с кипятильником будем бегать?
  Укатили весёлые звёзды под вечер. А когда  микроавтобус скрылся за соснами, зэки изнутри заперли дом на лопату и "забастовали".
      
      
                ЕСЛИ ТЫ СПОРИШЬ С ИДИОТОМ, ВЕРОЯТНО, ТО ЖЕ САМОЕ ДЕЛАЕТ И ОН.

    
      - Сколько весит ваш "Betacam", Александр?- спросил с утра Фюрер, стоя на "пеньке плача" и, глядя прищурившись, на  баррикаду за плетнём.
      - Без малого пуд, сэр.
      - ПУД?… Хмм, снимайте, Шура, снимайте! Посмотрим, о чём они заплачут сегодня на "пеньке Линча".
      - …Плача, - поправил Санёк.
      - Ну, да…, - спецкор был серьёзно настроен на работу.
      
      - Хочешь, я угадаю, как тебя зовут, зов-ву-ут, - звучал рекламно-ироничный  голос Марата  за дверью.
      - Может тебе ещё полы помыть и пива  принести! - не собирался уступать спецкор.
      - Ты не спецкор, ты - СПЕЦНАЗ.
      - Отворяйте, мурзилки, ПЛЕТЁНА МАТЬ!!! Я что, к вам в жмурки приехал играть? Контракт запрещает вам запирать дверь! Даже ночью!
      - Ага, пусть нас убьют и зарежут местные колдыри. Хватит нам , был тут один психопат с тремя высшими. Всё! - Тамбовский волк тебе товарищщщ! - Прошипел Марат в щель двери и назвал Фюрера "пупком", имея в виду центр Вселенной..
    
      
     Для спасения ситуации за баней собрался Совет санитаров. Саныч и Санёк вынесли решение уговорить Фюрера "погодить", а за плетень заслать "казачка" в лице Санька, уже имевшего опыт работы в критических ситуациях и "очень душевные" отношения с Полиной. Два дня и две ночи "казачок" работал с ЗК. Была запущена "утка", что де, Фюрер вовсе не тот, за кого себя выдаёт, что он, де, ХОРОШИЙ . Что у Фюрера было трудное детство и т.д.
 В 5 утра второго дня вопреки всем "Законам" и втайне от редакции и от Фюрера, как превентивная мера и как психотропное ядрёное оружие, в ход был пущен самогон в количестве один пузырь на всех (второй пузырь подогнали позже - для закрепления успеха и общественного согласия). 
 Мужской состав - опора протестного движения Заплетенья  дрогнул, - согласился с тем, что ОН ХОРОШИЙ. Но к чему это уже относилось, - к самогону или к личности  Фюрера, - Санёк тогда не вспомнил.
      В итоге дверь избы была разблокирована и на пороге в утреннем свете дверного проёма  появился силуэт Фюрера.
      Так закончилась забастовка за плетнём.
      Были выкопаны и закопаны ямы, в зелёный цвет покрашен снег, - Фюрер даже пошёл на компромисс - согласился, что облака им не одолеть, ни к чему это - не в тему, Лёва не одобрит, к сюжету не притянешь. Не в том смысле, что облака не достать, а в том смысле, что может не хватить краски. А так-то бы, конечно...
      ЗэКи поднялись на Олимпиаду. Это был ответ заокеанскому дяде Сэму за позор наших в мормонском Солт лейк сити. Олимпиада удалась: прыгали через санки, как чукчи, играли в "слона" и "салки", в снежки и кто дальше плюнет. Кто громче п..!!! Но разве это было кино, начатое Бахом.
    
      Два литра самогона кто-то выпил,
      И Гера на Марину буром пёр,
      Осталось пережить всего две ночи,
      Чтоб утром не нашли в спине топор.
    
      Из всего этого предприятия, только одно было положительное: инженер Санёк на Полинке женился, и у них теперь четверо  детей.
                2 марта 2002 г.

      
 * радио и динамический - микрофоны.
 ** изречение Фаины Раневской.
      
   

 
 


© Copyright: Александр Перевозчиков, 2011
Свидетельство о публикации №211022500083
Список читателей / Версия для печати / Разместить анонс / Заявить о нарушении
Другие произведения автора Александр Перевозчиков
Рецензии
Написать рецензию
Спасибо! Прочитала с удовольствием. И еще буду читать и перечитывать. Это ведь всё так знакомо! так по-настоящему.
Только не очень согласна, что "Операторы - народ молчаливый"! Вот уж тебе точно есть что сказать и о чем расскахать, Убедилась, вот они твои рассказы
               


Рецензии
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.