М

Генри небрежно закурил, любуясь рассветом. Над безмятежной гладью Соулмейт Лэйк всё еще поблескивала крыша её бледно-розового Додж Ля Фем. Он знал, что назад пути нет. ОНА определенно мертва. Мертвее некуда. Его руки еще помнили, как что-то забулькало у неё в горле, прежде, чем всё было кончено. Генри поёжился, не вполне осознавая, отчего именно: от отвращения к себе, от ужаса происходящего или просто от утренней прохлады. Генри горько усмехнулся. Сейчас он выбросит окурок, еще раз взглянет в темные воды самого большого и, если верить путеводителям, самого романтичного озера штата, и достанет свой револьвер. Уже полчаса Генри ощущал его гнетущую тяжесть в кармане своего пиджака.
 
  Как?
  Как такой уважаемый человек как Генри Ричард Хоуп, владелец самого прибыльного заведения в городе, пришёл к такому финишу?
  Разве Генри рос убийцей? Трусом? Психопатом? Растлителем?Самоубийцей?
 
  Нет.
  Еще не так давно Генри был беззаботным кудрявым мальчуганом, розовощеким и артистичным от природы. Мать часто говорила его отцу-шахтёру, когда тот неуклюже пытался привить сыну любовь к тяжелой работе: «Не тронь его, Оскар, дурья твоя башка! Генри не станет всю жизнь, как ты, копаться в грязи ради пары центов! Он станет новым Рудольфом Валентино или Чарли Чаплином! Отстань от него, ей богу!». Окрыленный уверенностью матери Генри грезил о большом экране. Они с матерью не пропускали ни одной новой картины в местном синематографе и ни одной пьесы в единственном на весь город театре.
 
  Но Чаплином, конечно же, Генри так и не стал.
 
  Как только юноше исполнилось четырнадцать, после долгой болезни умер его отец. Мать, грубоватая с виду южанка, не смогла смириться с потерей супруга. Не смотря на то, что у мистера и миссис Хоуп, как она сама говорила «всяко бывало», она любила мужа. Её не стало через полтора года.
 
  Генри горько оплакивал эту утрату. Однако, он считал, что долгие переживания — удел хлюпиков или богачей, которым не нужно задумываться о том, что завтра будет у них на столе. Юноша хотел жить. Накопления, оставшиеся от отца, иссякли, а значит, Генри нужны были деньги. Он бросил школу и стал искать работу.
 
  Он знал, что сможет устроиться на шахту. Бывшие коллеги отца, имеющие "вес" в профсоюзе, напоминали об этому юноше чуть ли не каждый день.
  Но Генри изо всех сил старался избежать этой участи. Он не хотел превратиться в своего старика. Поэтому Генри брался за любую другую работу подальше от шахты: посыльный, официант, разносчик молока, мясник… Он даже умудрился устроиться в больницу санитаром. Долгие месяцы ухода за отцом, а потом и за матерью, сделали его отменной сиделкой.
  И это оказалось его счастливым билетом. Через пару месяцев усердной работы в больнице при церкви Святой Анны, ему предложили "халтурку" поинтереснее. Он получиk неплохую зарплату, непротекающую крышу над головой, а взамен он должен ,sk ухаживать за одним «лежачим» богачем — мистером Уильямсом. Старик был прикован к постели, имел скверный характер и был скуп, как сам Эбенезер Скрудж. Это были непростые три года: Генри голодал, терпел бесконечные унижения, часто получал от старика затрещины старинной деревянной тростью, которая стояла рядом с прокуренной постелью полоумного инвалида. «Мерзкий мальчишка! Ты, небось, больше всех ждёшь, когда ж я сдохну! Не дождешься, шакал! Вы все не дождётесь!» - часто кричал мистер Уильямс, щедро разбрызгивая зловонную старческую слюну. Но Генри терпел всё: он безропотно менял изгаженные простыни, мыл сморщенное, покрытое пролежнями тело,а когда у мистера Уильямса отказали и руки, стал кормить его с ложки, выслушивая при этом всё новые оскорбления. Время от времени, когда приходилось совсем тяжко,чтобы окончательно не свихнуться, Генри даже начинал фантазировать о том, что занят чем-то другим. Нет, это не Генри сейчас моет смердящую задницу старого говнюка. Это лишь оболочка. Настоящий Генри сейчас далеко отсюда, прогуливается по центральной улице, направляясь в кинотеатр.
 
  Наследство от этого старого хрыча свалилось на Генри, как снег на голову. На чертовски счастливую голову. Несмотря на кучку племянников с их адвокатами, суд постановил,что мистер Генри Хоуп является единственным наследником состояния покойного. Мистер Уильямс недолюбливал Генри. Но еще больше он недолюбливал свою родню.
 
 Полный текст можно читать тут https://www.litres.ru/73745191/