Приказ императрицы - 18

Везде, везде сияет радость,
Везде веселие одно;
Но я, печалью отягченный,
Брожу уныло по лесам.

В лугах печаль со мною бродит.
Смотря в ручей, я слезы лью;
Слезами воду возмущаю,
Волную вздохами ее.

Творец премудрый, милосердый!
Когда придет весна моя,
Зима печали удалится,
Рассеется душевный мрак?*

Настя прочитала стихотворение с записки, что Аделина обнаружила у двери их комнаты, и вопросила:
– Неужто, я не ясно дала понять, что иного люблю?
– Даже не знаю, что ответить, милая, – пожала плечами Аделина. – Есть упрямые господа, ты же знаешь. Но раз он знает, кто ты есть на самом деле, боюсь, может использовать это себе на благо.
– На благо своих желаний страстных, – добавила Настя и скомкала записку, бросив ту в угол комнаты.
Сев на краю постели, Настя взмолилась в переживаниях:
– Где же Ванечка? Я видела его там, пока танцевали.
– Явится, коль видела, – успокаивающе молвила Аделина и помогла Насте переодеться ко сну.
Только спать ни одной не хотелось. Встав к окну, Настя смотрела на сияющую в небе луну. Аделина встала рядом, но так и молчала. Туман медленно снизошёл на землю прямо на их глазах. Переглянувшись, девушки поняли удивление друг дружки. Обоим казалось, что они точно так же блуждают в тумане событий, как луна на небесах.
Вдруг послышавшийся шорох за дверью заставил их вздрогнуть и обняться.
– Кто это? К нам хотят пробраться? – волновалась Настя.
– Тише ты, – прошептала Аделина. – Обождём.
Но всё снова было тихо. Будто показался тот шорох. На душе стало спокойнее, но девушки оставались рядышком, снова наблюдая за еле виднеющейся из-за тумана луной.
– Всё думаю о Кристиночке, – молвила вдруг Настя. – Верно ли мы поступаем?
– Как знать? – вздохнула Аделина.
Хотела она ещё что добавить, но снова раздавшийся за дверью странный звук заставил молчать и прислушаться.

– Может, Ванька твой? – предположила Аделина, и Настя выпрямилась:
– А если нет?
В этот момент в дверь уже легонько кто-то стучал.
– Стоит отворить, – с тревогой и надеждой смотрела Настя, но сделать шаг не решалась.
Осмелевшая Аделина прокашлялась и прильнула к двери:
– Кто там?
Тут под дверь снова просунули записку. Аделина сразу её взяла и прочла.
– Я же сказала, – улыбнулась она и отворила дверь, пропуская Ивана скорее войти, а сама быстро ушла.
– Ванечка? – не верила своим глазам счастливая видеть возлюбленного Настя.
Тот запер дверь и немедленно захватил любимую в объятия. Их губы припали друг к другу в страсти крепких поцелуев, ненасытных, жарких... Никакого страха уже не существовало... Они были вместе, уверенные, что жизнь за них, любовь за них и удача...
Бережно перенёс Иван возлюбленную на кровать, продолжив там отдаваться вместе с нею во власть ласк. Словно та самая луна, что в небе скрывалась за дымкой тумана и выходила из неё, они освобождались от тумана переживаний. До самого утра не отпускали друг друга из объятий, так и погрузившись в сладость снов...

Когда же утро подкралось лучами дарящего вновь тепло солнца, влюблённые открыли глаза. Они увидели друг друга и тут же улыбнулись. Не было сомнений, не было опасений, что сие счастье вдруг будет уничтожено...
– Как же глуп я раньше был, когда плыл по течению жизни, не задумываясь ни о чём, – прошептал Иван, крепче прижимая любимую.
– Я так ждала тебя, – в блаженстве вымолвила Настя и от наслаждения быть так близко с возлюбленным, закрыла глаза. – Теперь бы скорее Кристина пошла со своим капитаном под венец... Боюсь, нет у меня много времени.
– О чём ты? – не понял Иван и встретился со взглядом милой, который был серьёзным, глубоким, как никогда:
– Мне кажется,... я ношу под сердцем нашего ребёночка...
– Что? – расширились глаза Ивана, но он обнял возлюбленную, как бы ни был сейчас полон великой тревоги. – Кто-нибудь ещё знает?
– Нет, – прошептала Настя. – Тебя ждала.
– Зачем согласилась на сию авантюру? – недовольно выдал Иван, но время было не повернуть вспять, и Настя отказать помочь подруге не могла. – Ладно... Попробуем выкрутиться. Думаю, знаю, с кем надо обговорить всё. Я услышал некий заговор... Против нас, милая.
– Что? – насторожилась Настя и чуть приподнялась возле севшего возлюбленного.
– Я расскажу, что услышал. Надо решить, как быть. У нас будет своя интрига, – прошептал Иван и рассказал о том, как подслушал встречу Владимира с некоей Августой...



* – отрывок из стихотворения Н. М. Карамзина «Весенняя песнь меланхолика», 1788 г.


Продолжение - http://www.proza.ru/2017/04/08/419