Мир Формы гл. 8

Предыдущая глава: http://www.proza.ru/2017/04/11/1963

   Потянулось тягостное мучительное время. Он являлся на плантации абсолютно голым, потому что жена так и не дала ему ткань, которую предложила было в самом начале. Вероятно, она хотела научить его ценить одежду и милость и проучить за непокорство. И не давала есть. И Бодмир тоже не давал ему питательного вещества, заставляя выполнять изнурительную работу в голодном состоянии. И Атис знал, что если он откажется работать, его вышвырнут с летающего острова в смертельную среду.
   На пятый рабочий день, как было обещано Бодмиром, ему была выдана питательна пластина сбока, к тому времени он был на грани голодного обморока. Пластина была невелика, примерно пять на десять сантиметров,  и плоской - в пять миллиметров толщиной, серебристая, без вкуса и запаха. Но нестерпимый голод всё-таки утолила, хоть и относительно, не насытив сполна. По крайней мере, стало терпимо.
   Жена всё-таки пожертвовала ему кусок губки шу, заставив счистить с себя экскременты, но ему пришлось за это платить, разделив с ней постель. И вновь ему помогла справиться с этим всплывавшая в памяти сладкая розовая попка карапуза Жеана. А ткань так и не дала. И каждый раз на плантациях над ним издевались и смеялись над его наготой, то щипая его, то подставляя подножки, то пачкая экскрементами. Унижения и голод сгибали его и он поражался: насколько же бесполезен его концентратор? А может, Та Дрянь и вовсе умудрилась забрать его обратно? Если ему в чём-то и повезло, то только в том, что ему удалось выжить. Во свём остальном его преследовали неудачи.
   Он никак не мог наладить контакт с зорками, расслабиться. В голову лезли обиды, горькие воспоминания, досада на нынешнее бедственное положение.
   Пластину питания ему выдавали через каждых пять дней с рекомендацией не потреблять всё сразу, что он и научился делать. Ночами ему снилась еда из его предыдущего воплощения, когда там были ещё лучшие времена. Он зрел в своих сновидениях жареную баранину, копчёную курятину, лучшие вина, устриц под соусом. Он видел это во сне и слышал чудный запах, но даже там не мог вкусить, всё проплывало мимо него, когда она пытался это сделать.
   Позже он понял намерения Жлинки, сделавшей его своим мужем. Оказалось, что в команде Бодмира все были обязаны нести трудовую повинность на плантациях хила и Жлинка подменила там себя мужем, которого приютила на своём острове - это было допустимо. Хотя, назвать Атиса мужем было бы не совсем правильно. Она выжимала его, как лимон, он был её рабом, она сгибала его дух, не давая одежды, чтобы он был постоянно унижен, а значит, слаб морально, держала впроголодь, чтобы он не вздумал бунтовать и искать лучшей доли, она бранила его, обвиняла в никчемности, чтобы он на самом деле не мог ощущать себя никем, кроме как её рабом. Даже меньше, чем рабом. Потому что хозяева что-то отдавали рабам: кормили их, обеспечивали кров и одежду, а Жлинка не выделяла ему абсолютно ничего за то, что он трудился за неё. Он был её щитом от принудительной грязной работы и её тренажёром, которым она пользовалась для секса. Он сам кормил себя и даже внутрь бункера Жлинка пускала его не всегда, заставляя спать под его стенами. Её никто не осуждал за это, наоборот, многие относились к ней с уважением за то, что она сумела укротить такого гадкого строптивца, с первых дней знакомства уже пытавшегося показывать ей свои коготки. И Атис ничего не мог поделать. Он находился там, где всё и все были на стороне его мучительницы. И они также мучали его.
    От тяжёлой работы и унижений мозг его постепенно тупел и утрачивал способность мыслить и медитировать. Разве что изредка с ноющей тоской всплывало в страдающем мозге: " - Концентратор!.. Мне нужен мой концентратор!.."
   И этот ад длился долгое время. Ад наготы тела, полуголодного желудка, издевательств, физических и моральных страданий. Всё шло как по замкнутому кругу, из которого Атис не мог никак вырваться.
   Облегчение пришло неожиданно, когда он в бессчётный раз свалился под стенами бункера Жлинки, чтобы заснуть там. В сознании что-то завибрировало так, как это бывает, когда поступает вызов на астральный контакт.
   И Атис мгновенно погрузился в медитацию.
   Перед ними всплыли лица всех трёх его друзей.
   Сладкоежка. Толстяк, по имени Бар, по кличке Сладкоежка, могучий, неимоверно сильный. Превративший в аника, он вновь бы такой же тучный и огромный, но куда подевалась его обаятельная внешность? Некрасивость аника не пощадила и его. Кожа его была абсолютно черна, отливала синевой, волосы были серыми и тоненькими, как паутинки. Прежде при всей своей полноте он всё-таки выглядел статным, но теперь он был угловат и бесформен, как будто неумело вытесанная из камня каменная баба.
   Офи. В прошлом стройный, изящный, с мягким голосом, теперь он смотрелся совсем иначе: кожа его была голубовато-серой, волос на голове не было вовсе, нос торчал вперёд, как клюв у утки.
   Марон. Живой, весёлый, неуёмный. Теперь он выглядел каким-то карликом с кривыми ногами, в нём было не больше метра росту, у него была непропорционально огромная голова, пористая жёлто-серая кожа, оранжевые волосы, сбившиеся в колтун.
   И всё-таки Атис узнал их - по вибрациям.

Продолжение: http://www.proza.ru/2017/04/12/516