Спуск в вечность

        Фрирайд (англ. freeride) — катание на сноуборде или горных лыжах вне подготовленных трасс.
        Бэккантри — восхождение на горы, не оборудованные подъёмниками, с дальнейшим спуском с них по целинному снегу. Наиболее распространённый вид фрирайда, несмотря на сложность восхождения на вершину горы, для старта.



        После полудня их грузовичок остановился у подножия заснеженных гор. Выпрыгнув из кабины, Настя вдохнула свежий морозный воздух, повернулась лицом к яркому солнцу и закрыла глаза.
        - Ура! Здравствуйте горы! -  прокричала она. Гигантские каменные исполины молчаливо стояли перед ней, уходя вершинами высоко за облака. Ослепительно белые склоны, как брошенное чей-то заботливой рукой пушистое одеяло, манили к себе своей нетронутой девственностью и покоем.

        Заглушив двигатель, Максим вылез из кабины и потянулся, разминая уставшие от долгой дороги руки и спину. Посмотрев на счастливую Настю, он улыбнулся.
        «Как здорово, - подумал он. – Три дня они будут вместе. Целых три дня!».
        Как ему хотелось, чтобы эти дни стали вечностью! Только в горах он чувствовал себя по настоящему счастливым и свободным.
        Проснувшись, горы тихонько громыхнули, разнося шум свалившейся лавины по длинным ущельям.
        - Ты опять? – спросила его Настя. – Ты опять подумал о вечности?
        - Прости, - обнимая ее, тихо сказал он. – Само вырвалось…

        ***

        Год назад, уютно устроившись в теплых спальниках, они лежали в старенькой избушке, готовясь к очередному броску в горы. В маленькой чугунной буржуйке потрескивали дрова. Любуясь пляшущими язычками пламени, они наслаждались тишиной и покоем.
        - Вот бы так целую вечность…, - задумчиво сказал Максим.
        Как будто ему в ответ, где-то вдали грохотом откликнулись горы, освобождаясь от лишнего снега. Мгновение - и снова все затихло. Будто бы ничего и не было.

        - Ты знаешь, мне порой кажется, что где-то высоко в горах на холодной скале сидит джин, - тихо сказала Настя. -  Одинокий, замерзший от ветра и холода. Уставший от своей бесконечной жизни, забытый всеми, никому не нужный. И если кто-то произносит слово «вечность», он сталкивает вниз нависшие шапки снега, сердито говоря: «Вечен только я!»... Не зли его. Моего сердца не хватит настолько. Так сильно любить вечно невозможно.
        - Ты веришь, что там наверху кто-то есть? – спросил Максим.
        Посмотрев в потолок, Настя шутливо ответила:
        - Как в том старом фильме. Верят все: одни, что он есть, другие, что его нет.

        ***

        Выгрузив снаряжение и поставив палатку, Максим и Настя сидели на сваленном ветром дереве, любуясь горами. Быстро темнело. Все потихоньку отходило ко сну.
        - Ну что? Завтра нас ждет великолепный день. Быстренько наверх – и еще быстрее вниз, обгоняя ветер.
        Услышав, как учащенно у Насти забилось сердце, он обнял ее, согревая своим теплом.

        ***

        С первыми лучами солнца они стояли у пологого каменистого склона.
        - С богом, - сказал Максим, ступая по слабым камням.

        Продвигаясь вверх, время от времени он оглядывался назад, внимательно следя за Настей. Она все делала правильно. Шаг в шаг следуя за своим сильным другом, она была спокойна и сосредоточена. Горы не любят самоуверенных. Любая, самая маленькая ошибка – и ты будешь наказан! Он и она знали это хорошо. В прошлом заядлый альпинист, он терпеливо учил ее всем премудростям восхождения. И сейчас был доволен.
        «Умница», - подумал он, увидев, как ловко Настя справляется с карабинами, заботливой женской рукой поправляя страховку.

        Остановившись на большом уступе, они сели передохнуть. Маршрут был не сложным. Само восхождение не было их целью. Аккуратно закрепленные к рюкзакам доски терпеливо ждали своего часа. Спуск – вот их главная цель. Рывок в неизведанное, когда лишь интуиция и какое-то шестое чувство подсказывает, куда надо направить сноуборд, взлетая и снова опускаясь в пушистый снег. Нет, это не было игрой с закрытыми глазами. Поднимаясь наверх, Максим постоянно всматривался в будущую воображаемую «трассу». Прислонившись к скале, он в очередной раз достал бинокль.
        - Что думаешь? – спокойно спросила Настя.
        - Что я тебя люблю, - ответил он. – Или ты о чем-то другом? – улыбаясь, спросил Максим, вглядываясь в ослепительное снежное поле.
        Бросив в него камешком, Настя вздохнула, наслаждаясь собственным счастьем.
        - Вон там, чуть правее хребта – не нравится мне, - отложив бинокль, сказал он. – Так снег лежать не может. В который раз смотрю и не понимаю, что под ним. Может не полезем так высоко? – поворачиваясь к Насте, спросил он.

        В их паре влюбленной в сноуборд была она. В далеком детстве ее родители уехали жить в Заполярье, на Кольский полуостров, к подножию Хибин. Вот там она и стала в первый раз на доску. Сколько за плечами было спусков – сегодня уже и не припомнить.

        Там она и встретила Максима, завалившего в снег после очередной попытки спуститься по «детскому» склону. Задорно смеясь, он раз за разом цеплялся за подъемник, отталкивался и снова кубарем летел вниз. То ли сжалившись над ним, то ли пораженная его настырностью, за неделю Настя научила его азам катания. Когда пришло время прощаться, она поняла, что не сможет без него. Закончив очередной семестр, он собрала рюкзак, привязала к нему доску и улетела на Кавказ. Первый спуск в безлюдных горах ее ошеломил! Да, как не крути, адреналин жестокая штука.

        Вот так и оказались на этом уступе влюбленные в горы, сноуборд и друг в друга Настя и Максим.
        - Да какая разница! - задорно ответила она. - Я приехала к тебе. А там хоть на саночках с горки! Как скажешь. Я в этом все равно ни бум-бум.
        - Ну что, тогда «сматывай» веревки, - оживился он.

        Через полчаса ботинки были обуты, лишнее снаряжение сложено в отдельный рюкзак. Они так делали всегда. Проложив один раз маршрут, они несколько раз поднимались на гору, не тратя время на крепление страховки. И только лишь перед отъездом Максим сам поднимался вверх и снимал снаряжение. Засунув рюкзак в небольшую расщелину, пара перешла на снежный склон, закрепила доски и приготовилась ринуться вниз.

        - Держись от меня левее, - сказал Максим, одевая очки. Кивнув понимающе головой, Настя попрыгала на доске, проверяя крепление.
        Хлопнув Настю по попке, Максим громко гикнул и помчались вниз.
        Следом, сдвигая на виражах снег, бросилась вдогонку Настя.
        Впереди метров на сто вниз лежало ровное поле чистого снега.

        Раскинув руки, Максим мчался по склону, громко крича:
        - Я тебя буду любить целую вечность!
        - И я тебя! – как эхо, прокричала она.

        Окутанные облаком снежной пыли, они спускались вниз, замедляя скорость и вглядываясь в темные пятна, тут и там торчащие из-под снега.
        Вдруг Максим обернулся. Где-то высоко в горах послышался тихий шум.
Огромная снежная поляна, устав ждать свою жертву, отчаянно ухнула и провалилась в саму преисподнюю. Как будто растерявшийся ребенок, опиравшиеся до этого на нее огромные массы снега медленно двинулись вниз, большими белыми кусками падая в пропасть.

        Быстро развернувшись, Максим бросился вслед улетающей Насте.
        Не думая о камнях, взмывая на трамплинах, он догнал ее и показал рукой назад. Остановившись, он увидел через заснеженные очки ее восторженные глаза. Секунда, и ужас сменил восторг. Растерянно посмотрев на Максима, она вцепилась ему в рукав и спряталась за его спину.

        А сверху, похожая на взбесившийся табун лошадей, масса снега, увлекая за собой камни, перепрыгнула через провал и стремительно понеслась вниз.
Обняв крепко руками Максима, Настя только и успела выкрикнуть:
        - Я же говорила! Не зли его!..


Рецензии