Побратимы. О Гавре. Очерк

  Полную версию с иллюстрациями можно прочесть в книге "И все оставлю на Земле".
  http://samlib.ru/editors/j/jurowskij_jurij_georgiewich/

 Долгие годы, живя в Ленинграде, я не имел своей квартиры. Жил у тетки на Литейном проспекте, потом в съемной комнатушке на улице Артиллерийской, затем на улице Конной в районе Староневского проспекта. Какое-то время пришлось пожить на улице Таврической в квартире моего тестя Николая Петровича. И везде я чувствовал себя квартирантом. Все это мне надоело. Возможность приобрести свою квартиру появилась после того, как я вернулся с Севера, заработав там на кооператив. И вот мечта осуществилась, в 1968 г. получил ключи от собственной квартиры в двенадцатиэтажном доме на улице Гаврской. Кооперативный дом Союза Художников располагался в новом спальном районе, в северной части города, рядом с Озерками и лесопарком Сосновка.

     Партийные отцы назвали улицу в честь побратима Ленинграда – французского города Гавра. Тогда братание между городами было в самом разгаре. Рядом располагались улицы Дрезденская, Гданьская, Манчестерская. Мой дом, волею случая, оказался именно на Гаврской. Шло время и меня стало интересовать, а что представляет собой этот далекий французский город. Покопавшись в литературе, а позже в Интернете, я кое-что выяснил. Обнаружил даже некие общие черты между этими двумя городами.

     Для начала приведу маленькую историческую справку. Город Гавр (французкое Le Havre), с населением 175 тысяч человек (в одноименной агломерации 293,4 тысячи по данным 2010 г.) расположен в устье реки Сена, на правом ее берегу, в 200 км от Парижа и считается его морскими воротами в Атлантический океан. Кроме того, Сена крупнейшая водная магистраль Франции с интенсивным судоходством.

           Это первое совпадение, так как Питер расположен в устье Невы. Также, подобно побратиму построен, как морские ворота России, или, как говорят, окно в Европу. А Нева важная водная коммуникация. Основан Гавр в 1517 г. и получил название от первой католической часовни Нотр-Дам-де-Грас и первоначально назывался Ле-Гавр-де-Грас, что в дословном переводе значит «гавань благодати» или, если хотите, «порт благодати». В укороченном варианте просто Ле Гавр – порт, гавань. На месте его расположения вначале жили кельты. Во времена Римской империи с 27 г. до н. э. и вплоть до V века н. э. эта местность называлась Лугдунская Галлия, где располагался порт Каракотиниум.

     В 847 г. в устье Сены вошла большая флотилия драккаров (боевые корабли скандинавов). Возглавлял её вождь викингов (которых местные аборигены называли норманнами – северными людьми) Рагнар Лундберг. Оценив стратегическое положение местности, он основал там небольшое поселение. Сену же викинги поэтично назвали «Лебединый путь». Оккупация викингами оставила свой след в топонимике Франции. До сих пор эта местность носит название провинция Нормандия, как и весь нормандский полуостров. А город Гавр административно относится к департаменту Верхняя Нормандия.

     Второе совпадение в судьбе Гавра и Питера заключается в том, что оба города неоднократно переименовывались. Согласитесь, что немногие европейские города удостоились такой «чести». В 1517 г. адмирал Гуфье, подхалимствуя, поименовал поселение Гавр как Францисконополь, в честь короля Франциска I. Благодарный король лесть оценил и уже в 1520 г. подарил городу «вечные» привилегии, свой герб и шпагу, украшенную серебряной саламандрой. Но переименования на этом не закончились. В 1793 г. якобинцы назвали город Гавр-де-Марат по имени своего вождя Жан Поль Марата. А год этот для Франции был не простым. Драматические его события, потрясшие Францию, ярко отражены в романе Виктора Гюго, который он так и назвал «Девяносто третий год». Коротко и ясно. Название с именем кровавого революционера просуществовало недолго: уже в 1795 г. город опять называли просто Гавр. О том, как неоднократно переименовывали город на Неве, говорить, видимо, не стоит.

     Третьим совпадением можно считать то, что оба города сильно пострадали во время Второй Мировой войны. При проведении операции «Оверлорд» союзники усиленно бомбили все атлантическое побережье Франции, чтобы сбить с толку немцев. В том числе британская авиация разделала под орех Гавр. В 1944 г. город подвергся ста тридцати двум бомбардировкам. В результате в нем уцелели не более десяти процентов зданий, да и то поврежденных. Погибли многие тысячи жителей. После войны город пришлось строить практически заново. Строительство возглавил архитектор и инженер Огюст Перре. В то время ему исполнился 71 год и возглавлял он солидное архитектурное бюро, в котором трудились 60 молодых архитекторов.

    Четвертым совпадением является то, что город после войны застраивался не хаотично, а по заранее разработанному плану. Центр отличает линейная планировка, широкие прямые улицы, множество парков и скверов. Там, где это было возможно, в новые строения включали элементы старых зданий. Среди архитектурных стилей преобладал модерн. При возведении зданий широко использовался бетон. В бетонные стены добавляли цветные включения. Причем здания в нижней части города возводились на болотистой местности (опять совпадение с Питером). Город украсила одна из самых высоких во Франции колокольня церкви Святого Иосифа высотой 106 м (выше Исаакиевского собора - 101 м), построенная по макету О. Перре. Все эти успехи были оценены государством, наградившим город 18.07.1949 г. орденом почетного легиона.

     Приморский климат с частыми дождями и туманами (похожий на климат Питера) делает город, по мнению французов, мрачным и серым. Архитекторам и жителям пришлось потратить немало усилий в изменении его облика. И теперь он считается «Французской Бразилией».

       Успехи возрождения Гавра были оценены и на международном уровне. В 2005 г. он включен ЮНЕСКО в список мирового наследия с формулировкой, что является «исключительным примером архитектуры и планирования». К сожалению, Огюст Перре до этого времени не дожил. Он умер в 1954 г. и не смог насладиться своим триумфом. Разве что его вкусили некоторые молодые ученики, да и то, надо полагать, не все. Слишком много лет прошло до международного признания.

          В настоящее время Гавр состоит из двух достаточно обособленных частей: верхнего и нижнего города, разделенного скалистой грядой. Верхняя часть считается аристократической, где живут более обеспеченные и просто богатые жители. Нижняя часть пролетарская с промышленными объектами, фабриками и заводами. Соединяются обе части с помощью транспортного тоннеля и фуникулера. К нижней части примыкает и территория первоклассно оснащенного морского порта, занимающего по грузообороту второе место в стране после Марселя.\

           Основным общественным транспортом в городе является трамвай. Парк и сеть трамвайных путей постоянно совершенствуется. Что касается застройки окраин, то она специфична. По легенде советских архитекторов, появлению в Союзе «хрущевок» мы обязаны именно Гавру. Там после войны дешевые дома с минимумом удобств, строили для рабочих целыми кварталами. Сохранились ли они до настоящего времени, мне неизвестно.

     В Интернете любознательный читатель может найти множество фото города на любой вкус. В том числе с деталями великолепной архитектуры (например уцелевшей церкви Нотр Дам и аббатстве), жанровыми сценами и другие. Но я хотел бы остановиться на другой особенности города. Поскольку квартира моя находится в доме Союза Художников, было бы грешно не вспомнить об изобразительном искусстве. Например, живописи. Так вот, оказывается, Гавр имеет к ней самое непосредственное отношение.
   
     Мало кто знает, что в Гавре возникло целое направление в живописи. Здесь родился и вырос художник Клод Моне. И в этом же городе, на пленере, написал свою знаменитую картину «Впечатление. Восходящее солнце».

     Написал он её в 1872 году но публике её удалось представить только в 1874 г., в так называемом «Салоне отверженных» (мастерская Нодира) в Париже. В прессе вся выставка подверглась уничтожающей критике. Больше всего бранных перлов, издевательских, унизительных сравнений досталось Моне. Критики, грубо говоря, просто мешали его с дерьмом. В фельетоне некий «знаток» Луи Леруа так писал о картине Моне:

 «Обои и те смотрелись бы более закончено, чем «Впечатление».

На французском языке полотно называлось  «le Impression, soleil levant». Название её попало в заголовок фельетона. А слово импрессион дало название новому направлению в живописи. Кто такой Леруа, теперь все забыли. Но его язвительность сослужила добрую службу, вопреки желанию автора. Слово импрессионизм теперь знают все, только в положительном смысле. В настоящее время картина находится в экспозиции музея Марморттан – Моне (Musee Marmottan Monet) в Париже. В 1985 г. её похитили, и только через пять лет её удалось вернуть на свое прежнее место в музее.

     Наверное, можно сказать, что этот восход в порту Гавра одновременно стал закатом классицизма, ухода от всяких канонов в живописи, первым тектоническим толчком к полному раскрепощению, появлению в дальнейшем кубизма, сюрреализма, абстракционизма и целого ряда других течений. Импрессионизм оказал огромное влияние на всё последующее развитие изобразительного искусства, на его философию, мироощущение, восприятие окружающего мира. Да и в самом импрессионизме, кого из художников не возьми – все шли своим путем и были ярко индивидуальны в личностном плане, непримиримыми бунтарями. Самобытность проявлялась даже в технике живописи.

          Например, Поль Гоген предпочитал контурный рисунок. Основатель неоимпрессионизма Жорж Сёра рисовал точками (пуантуализм – дивизионизм), используя законы разложения цветов. А Винсент Ван Гог выдавливал краски на холст из тюбика. Общим было только то, что все они искали новые способы передачи эмоциональных ощущений с помощью красок и кисти. А в житейском плане, существование художников было по-настоящему бедственным. Их картины никто не покупал. Все импрессионисты подвергались не просто критике, а злобной травле (в этом месье Леруа был, увы, не одинок), голодали, многие из них умерли в полной нищете, но, не смотря на это, фанатично продолжали писать свои шедевры.

     В музее Изящных Искусств Гавра собрана великолепная коллекция работ импрессионистов. В ней представлены полотна Э. Дега, Ж. Сёра, А. Сислея и других . Коллекция картин этих художников уступает только парижскому музею Орсе. Это и понятно, столичные музеи всегда имели преимущество и большие финансовые возможности. Как, например, наш Эрмитаж, тоже имеющий неплохое собрание картин импрессионистов. И, поскольку Питер теперь не столица, Эрмитажу приходится отбиваться от всяких нескромных, а порой нахальных предложений от столичных музеев, просто отстаивать свою самостоятельность.

     В заключение я хочу сказать, что город Гавр вполне достойный побратим нашего Санкт-Петербурга. Названием улицы, на которой стоит мой дом, я вполне доволен. А некоторые совпадения в непростой истории двух городов просто поразительны.

Март 2015 г., Симферополь


Рецензии
Прочитала с интересом и пониманием.
"Основным общественным транспортом в городе является трамвай" Добавила бы ( если говорить о похожести двух городов ), что и в Петербурге до недавнего времени было то же самое.
А наши с Вами, Юрий, совпадения ( похожесть ) - в дотошности, в хорошем смысле слова. Живя на Васильевском, я начала самостоятельно изучать его, начиная с сознательного возраста. И так же было при следующих переездах. ( И в Германии ).

С уважением
Ваша

Светлана Шаляпина   11.11.2018 15:04     Заявить о нарушении
Что сказать - Спб наш город. С ним столько связано! Можно сказать он нас вырастил и вывел в люди. В жизни не слышал о нем плохого отзыва.
А вот сокращение трамвайных линий вызывает сожаление. Транспорт экологически чистый. Не боится гололеда, капризов погоды.
Современное безумие с автомобилями ужасает. Еще в 70 -80 глядя с Поклонной и своего 9 этажа видел над городом черное облако. Что сейчас, даже не представляю.
Спасибо за отзыв
Ваш

Юрий Юровский   11.11.2018 16:30   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.