Тростник

       Легкий майский ветерок выводит в поле, зовет идти за реку, ехать, оглядываться и сочувствовать сидящим дома, искать в высоком небе жаворонка, льющего сверху птичье торжество и гордость — маленькая птаха заполняет собой всю округу, всё прислушивается и ищет трепещущую в небесах точку, пытаясь понять происходящее сегодня и предположить завтрашнее; а птица совсем не там, где кажется — слышимую каким-то чутьем трель сносит в сторону неизвестной природы силами. Только шмелям и мухам нет дела до певца, но они еще более обнаруживают симфоническую объемность песни и неба, пересекая их гудящими кривыми диагоналями и пешими паузами.

       Школа кончилась, мы сговорились с пацанами о рыбалке, пощупали поутру шины великов и поехали полем, живым невидимыми жаворонками и кивающим распустившимися тюльпанами, необычно темно-фиолетовыми, почти черными с пупырышками.

       Место выбрали по течению чуть ниже озера, вода в мае полная, быстрая, где-то привычные обрывистые берега и вовсе залило. Забросили удочки – ничего, разбрелись по реке – не клюет, сменили наживку на хлеб – нет рыбы. На месте сидеть скучно, я стал поглядывать на другой берег и оценивать ширину реки. В самом конце прошлого лета мне удалось удержаться на воде, не касаясь ногами дна – я освоил собачий стиль. Это в прошлом году, нынче же вода еще холодная и никто пока не купался. Я решился, разделся и вышел к воде, пацаны хором поставили против – пути назад не было, и я поплыл.

       Сильные холодные потоки охватили меня клещами, понесли на середину и дальше вниз по реке — появилось первое сомнение, и, быстро поняв опасность прокатившегося вдоль спины леденящего оцепенения, я стал грести ровнее и смотреть только на тот берег, возвращаться поздно. Вот он уже как будто ближе, или должен быть ближе. Вот мелькают между волнами закраины берега, еще пока далеко. Где-то там вверху жаворонок. Птица летает воздухом, этим же воздухом и дышит, рыба плавает в воде и водой дышит. Человек не умеет летать и не летает, плавает плохо, дышать в воде не умеет, но плавает.

       Хлебнул воды, пришлось глотать. Еще глоток, плыви дальше, дыши носом, носом и ни о чем не думай, ставки высокие. Работай ногами, уже близко. Выплюнь и работай ногами.

       Вот и край берега. Берега в этих местах, будучи по составу песчаными, все же сохраняли удивительную способность обрываться отвесно.

       Выбравшись на песок, я не подал вида о том, что случилось и что могло случиться, не отвечал, кашлял, выравнивая дыхание и сводя за спиной занывшие нестерпимой болью от напряжения руки, сел подальше от воды. Все мышцы вдруг разом и повсюду возопили в изнеможении, не в силах сидеть, я лег. Уязвленные рыбаки на том берегу сворачивали удочки, а Толеш пожелал восстановить равновесие — сбросил штаны, рубаху и залез в воду выше по течению. Произошло то же самое — его закрутило на середине, а ближе к берегу он стал глотать воду. Я побежал к нему по пустому песчаному склону и вдруг увидел под ногами растоптанный прошедшим когда-то стадом овец длинный, метрах в четырех стебель тростника, схватил его, раздавленного, но еще сохраняющего форму, спустился, цепляясь за подмытые корни рогоза, и закинул тростину веревкой прямо на проплывающего Толеша — тот удачно уцепился, и течением его медленно потянуло к берегу.

       Мы долго сидели и молчали, потом Толеш ушел по мосту, что был немного выше по течению, я не двигался, слушал далекого с той стороны жаворонка, не делящего берега на тот и этот, смотрел на пустой этот берег и спрашивал – откуда на песке оказался тростник?

       Жаворонка отсюда не видно, песня же его, едва пробивавшаяся сквозь густую, дымчатую, немного перегретую и вибрирующую по птичьим нотам синеву неба, почти осязаема и даже понятна — он пел о том, что высоко — это высоко и еще выше, что небо бесконечно, а гнездо в траве скрыто надежно и найти его можно только случайно.

       Случайно? Случаен ли лежащий на голом берегу тростник? Он здесь не растет! При мысли, что его могло не быть, понизу пробегал знакомый нехороший холодок — это был тростник из Рук в руки.

       Опустел и тот берег.