Приказ императрицы - 45

Карета, в которой Настя и Татьяна уезжали от театра, вскоре выехала за пределы города и набирала скорость. Она неслась по ухабистой дороге, тряслась и издавала непривычный скрип, шум...
– Мы куда едем? – встревоженно выглянула в окно Настя, а руку положила на свисающую на запястье сумочку, в которой, как знала, лежал медальон с образом Святого Николая.
Дёрнув за верёвку колокольчика, что тут же зазвенел у извозчика, Татьяна была не менее взволнована:
– Мы не туда едем... Гордей! – выкрикнула она в окно. – Останови немедленно!
Только извозчик не отвечал, ударяя хлыстом коней и заставляя мчаться быстрее. На повороте карету так сильно тряхнуло, что девушкам пришлось быстро ухватиться за края сиденья, дабы не упасть или не ушибиться...
– Гордей!!! Останови!!! – кричала Татьяна, и вскоре карета была остановлена на узкой дороге, ведущей в чащу леса.
Оставаясь пока сидеть, Татьяна наполнялась яростью и желанием накинуться на спустившегося Гордея, как заметила, что за каретой остановилась повозка, в которой сидело четверо мужчин, одетых, как крестьяне...
– В чём дело? – одарила Татьяна Гордея гневным взглядом и встретила несмелую улыбку.
– Простите сердечно, графиня, – развёл он руками. – Время неспокойное.
– Вези нас сей же час к государыне, как я сказала! – строго выдала Татьяна, еле сдерживая гнев.
– Никуда больше не повезу, – нагло улыбался он, набрав смелости сразу, как только прибывшие крестьяне подошли. – Бежать надо, куда глаза глядят! Вот и собрались мы вместе. Шведы вот-вот войдут в столицу, а там резня будет.
– Ты в своём уме? – поразилась Татьяна ещё больше, переглянувшись с  не менее ошарашенной происходящим Настей.
– Это вы разъезжаете по театрам да балам, не видя жизни вокруг, – стал с осуждением восклицать один из прибывших, и Татьяна поняла, что Гордей с ними был в сговоре:
– Это твои дружки, что ли?
– Мои... братья, Ваша светлость, – поклонился показательно Гордей. – Вы так много о нас не знаете, а мы должны служить вам. А ведь не только мы бежать собрались, чтобы уйти от войны. Растерянные чиновники тоже паникуют, пакуют архивы. Всякие ценности грузят и вывозят. Не заметили?
– Ты сошёл с ума, – прошипела Татьяна, и один из его братьев резко открыл дверцу кареты:

– А ну,... обе вышли!
– Что за тон?! – возмутилась Татьяна.
Её выдернули за руку из кареты, как и Настю, тут же вскрикнувшую от боли.
– Не троньте её! Уничтожу! Ребёнка носит она! – закричала  в панике Татьяна.
– Понесла?! Без замужества?! – засмеялся другой из братьев Гордея. – Вот нравы!
– Ничего, и простые девки в деревни такими бывают. Никто не осуждает, – успокаивающе кивнул первый. – Это лишь показывает, что пригодна девица для потомства.
– Отпустите нас, – в отчаянии молвила Настя.
– Хватит болтать! Пошли! – толкнули и её, и Татьяну в спины, заставляя тем самым следовать за Гордеем.
Спустившись с пригорка, вскоре дошли до дома лесничего. Распахнув дверь, Гордей с уверенностью оглянулся:
– Получилось... Его пару дней здесь не будет.
– Успеем, – засмеялись довольные братья.
Настю с Татьяной завели в одну из спален, где заперли на засов. Оглянувшись в полутёмной, бедно обставленной комнате, Татьяна заключила заплакавшую Настю в объятия:
– Тише, милая... Справимся... А уж как освободимся, – стала она повышать голос, чтобы услышали. – Каторга ждёт их всех!
– Молчите уж, графиня! Вам ещё помыкаться придётся, прежде чем доказать, кто вы на самом деле, да попробовать отыскать наши следы, – с насмешкой воскликнул у двери один из братьев Гордея.
– Что происходит? – волновалась Настя, взглянув на окна, за которыми лес казался глубоким, непроходимым. – Как бы бежать...
– Бежим, – не успела Татьяна ещё что сказать, уставившись на заглядывающие в окна насмешливые лица похитителей.

Те быстро заколотили окна досками, оставляя немного щелей для света, и, громко смеясь, вернулись в дом.
– Нет, – поглаживая живот, Настя медленно села на край жёсткой постели.
Татьяна тут же села рядом, вновь обняв её:
– Не волнуйся так сильно. Ребёночку навредишь.
– Нас спасут? – отдалённо смотрела Настя вперёд.
– Спасут,... конечно же спасут, – гладила её руку Татьяна.
Они обе молчали долго, невольно прислушиваясь к гулу чего-то обсуждающих похитителей, к звону кружек, хохоту. Казалось, попали в кошмарный сон, что всё происходит не в реальности... А ночь не тянула с появлением...


Продолжение - http://www.proza.ru/2017/04/18/1711