Почти погибель

Когда наша семья жила в Езагаше - Леспромхозе, расположенном в 120 км вверх по Енисею, сообщение с внешним миром было только по реке. 
      Летом сплавлялись на плотах, или добирались на буксирных катерах, водивших вниз по течению огромные сплотки брёвен в виде «кошелей», доставляя их на красноярский Лесозавод. «Кошель» – это  огромный продолговатый плот, из свободных брёвен, стянутых по окружности боной и длинным металлическим тросом, а на нём закреплён прочный пеньковый канат от буксира.
       Обратно, из Красноярска, чаще всего плыли на пассажирских колёсных пароходах, в каютах с постелями и прогулочной палубой. Колёса парохода шлёпали по воде и толкали его вверх против течения. Это путешествие всегда было комфортным и приятным.   
      Одно из  путешествий в Красноярск мне запомнилось особенно ярко, ввиду его неординарности. Родители  поговорили со Шкипером буксирного катера,  он согласился взять нашу семью на катер и ближайшим рейсом доставить в Красноярск.
      В назначенное время мы погрузились на катер, заняв нечто  вроде крошечной каюты, рядом с которой громыхал двигатель. Два матроса выполняли свою работу: выбрали два основных троса от уже сформированного «кошеля» брёвен, закрепили их на стойке буксира, по сигналу шкипера с берега отпустили чалки, кошель медленно двинулся по течению, а катер, дав ход, на скорости  выбирал слабину канатов. Вот они натянулись и путешествие началось.
       Енисей - на  древнем  языке чалдонов – Большая вода, он  стремителен и полноводен, зажат обрывистым,  поросшим дикой  тайгой правым берегом, из которого в реку  местами выходят скалистые  уступы, называемые «Быками». В этих местах река довольно круто поворачивает и вода бьётся о крутые бока «Быков, каждый из которых имеет свои имена: «Караульный», «Собакин» и «Шелонин». А на левом берегу горные кряжи отступают вглубь тайги, поэтому берег здесь пологий. Если  справа крутой берег и скалы, о которые можно разбить плот, то слева - возможность посадить «кошель» на мель.       
       К «Шелонину» Быку мы подошли уже в темноте, здесь на левом повороте реки вода бьётся о скалистый выступ, течение в этом месте ускоряется и, видимо, поэтому «кошель»  по стрежню стал обгонять наш катер, придвигая его к «Быку», канат ослабел и намотался на гребной винт катера. Мы потеряли ход, а это смертельно опасно: «кошель» своей огромной массой мог раздавить  катер о скалу.
       Шкипер  обвязал  одного из матросов верёвкой и опустил его с кормы, чтобы тот освободил  канат и дал возможность катеру уйти от столкновения со скалой. Я помню, как рядом с бортом катера вверх поднималась сиенитовая скала, но  мне – мальчишке, это показалось просто интересным, не более. А мама сидела,  сжавшись в комок, прижимая к себе сестрёнку. Несколько раз опустившись, матрос освободил винт, двигатель заработал на полную мощь, шкипер отпустил канаты и задним ходом ушёл вверх по течению, пропуская прижимающийся к скале «кошель».         
       От удара об скалу крепёжная бона лопнула, связки брёвен освободились, часть их ушла под воду, другая встала дыбом и всё вращалось с шумом и плеском. Когда рассвело, мы увидели только отдельные брёвна, плывущие по реке. В Красноярск мы пришли благополучно.
       Думаю, что Шкипер получил по заслугам, разбив огромный «кошель» брёвен, но ему засчитали, что он спас от верной гибели 7 человек.

;;