Назад по нити. Часть 2

Обнаружив, что причины своих комплексов можно искать, возвращаясь по нити жизни, я решил отыскать причины своего синдрома навязчивостей. Да этот синдром мучил меня много лет – всю школу и весь институт. Потом стало легче, но время от времени, синдром навязчивостей снова возвращался.
Уходя из квартиры, я по десять раз возвращался - проверяю, выключил ли я свет, закрыл ли я краны, отключил ли я газ. Причём, если я не вижу бегущей из крана воды и не слышу её шума, мне обязательно нужно подставить под кран руку, чтобы уж точно убедиться, что вода не течёт. Мне нужно потрогать кран рукой, чтобы убедиться – он закручен до предела и дальше не поворачивается.
Особенно сильно это проявлялось, если я волнуюсь, если у меня неприятности.
Этот синдром сильно изматывал меня, мешал жить. Много лет подряд мне снился специфический сон. Потом, уже в институте, я читал Фрейда и узнал, что, оказывается, мой сон (с небольшими вариациями) видят все больные, страдающие синдромом навязчивостей.
Я видел этот сон на протяжении многих лет чуть ли не каждую вторую ночь. Вот каково его содержание:
Я блуждаю по лабиринту. Иногда это стройка, иногда странное здание, иногда – моя школа, только в ней неожиданно обнаруживаются новые запутанные коридоры, новые секретные этажи. Иногда лабиринт это тёмная разветвлённая пещера, или шахта. Один раз я блуждал по пустому и тёмному средневековому замку.
Этот лабиринт бесконечен. За одним коридором открывается новый коридор. За пустым залом, другой пустой зал. И так без конца.
Я блуждаю в полном одиночестве. Иногда, в начале сна, со мой есть спутники – родители, или друзья. Но в процессе блуждания все они куда-то теряются, и я обязательно брожу один.
Потом я вдруг слышу приближающиеся шаги. Я пугаюсь. Не желая встречи с неведомым существом, я пытаюсь уйти от него подальше, сворачиваю в новые ходы, закрываю за собой множество дверей, стараясь не шуметь.
Но преследователь непостижимым образом всякий раз снова и снова оказывается где-то рядом.
Иногда я просыпаюсь, так и не узнав, от кого спасался. Иногда преследователь настигает меня, и я вижу его. Это может быть сторож на стройке, или строгий учитель, или хулиган, или страшный монстр. Во время блуждания по замку это оказались три вампира – две женщины, одна худая другая толстая, и один мужчина со светящимися глазами. У всех троих изо рта торчали длинные острые клыки. (примечательно, что в моём детстве фильмов о вампирах ещё не показывали. Но откуда-то в моём сознании всё же возник типичный образ киношного вампира. Спасаясь от них, я залез на шпиль самой высокой башни замка, а потом, когда они и там меня нашли, бросился вниз и проснулся уже в полёте.
Вот и представьте, каково видеть подобные кошмары каждую вторую ночь, а то и несколько ночей подряд.
С наступлением взрослой жизни, синдром отступил. Но изредка, особенно после пережитых стрессов, он возвращался.
И вот, я задумался, а где же причина этого психического отклонения? И я решил испытать новый метод – вернуться по нити жизни и посмотреть, с чего он начался.
Начнёмс!
Я закрываю глаза и сосредоточиваюсь на воспоминании ощущения тревоги. Закрыл ли я кран? Одновременно, я воспроизвожу ощущение падения куда-то назад – в бездну.
Наступает чувство полёта, этакое замирание в верхней части живота. Тревога за кран смешивается со страхом падения. И в этом состоянии я лечу куда-то в абсолютной темноте. Я падаю и падаю, тревожусь и тревожусь. Кругом бесконечная тьма. Но я уже знаю, что рано или поздно я должен выпасть на свет. Надо только дождаться этого момента.
Вдруг из темноты выступает косая светлая линия. Я с недоумением смотрю на эту линию, пытаясь понять, что же это такое? Потом мне начинает казаться, что это тропинка в лесу. Да. Кругом зелень. Много зелени. Но где же я мог видеть такую тропинку? Ах, вот оно что! Это вовсе не тропинка, а маленькая бетонная стенка! Ба! Да это же мой двор, где я жил от шести, до двенадцати лет!
Я маленький. Мне лет шесть, или семь. Я толи дошколёнок, толи первоклашка. На мне надета рубашка с короткими рукавами и шорты. Лето. Много зелёной травы. Передо мной косой, изломанный бортик стенки отделяющей косогор от ровной площадки, перед входом в домоуправление, расположенное в цокольном этаже. Ну, да! Это и есть моя косая полоса. Форма точно та!
Я иду домой. Мы жили в первом подъезде панельной пятиэтажки. Чтобы попасть домой, мне нужно только обогнуть торец дома и войти в подъезд. Но вдруг я вижу соседского мальчишку. Он больше и сильнее меня. Он хулиган-одиночка. Ему нравится унижать других. Поселился у нас недавно, но страшно мне уже надоел. При каждой встрече старается мне нагрубить, ударить, толкнуть, отобрать что-нибудь.
Мои шаги невольно замедляются. Он пока ещё не заметил меня – занят какой-то игрой. Может, обойти его другой дорогой?
Нет. Далеко. Дом у нас длинный – десять подъездов. Пока я его обхожу, он может уже и сам уйти. Вот будет прикол, если он уйдёт к третьему подъезду, в котором он живёт. Толга, обходя дом, я снова встречусь с ним.
Как же быть? Попробовать проскочить? Может, не заметит?
О, как же он мне надоел! Ну, чего он ко мне каждый раз цепляется? Вот, если заметит, точно прицепится. Не столько страшно, сколько противно терпеть оскорбления и вести себя паинькой.
И тут я вижу на земле оружие. Это водопроводный вентиль – короткая медная трубка сантиметров шесть длиной. Из неё под прямым углом торчит четырёхгранный штырёк. На такой штырёк надевается специальное железное колёсико, чтобы поворачивать вентиль. Но колёсика нет. Есть только штырёк.
Я подбираю эту находку, посланную мне толи ангелом, толи каким иным духом. Трубка, словно специально сделана по размерам моего кулачка. Она удобно ложится в руку. Только штырёк торчит между третьим и четвёртым пальцем, словно жало. Получается что-то вроде кастета. Только в том возрасте я ещё не знал, что такое кастет.
Я зажимаю своё оружие в правом кулачке. Оно почти незаметно, если не приглядываться. Вот. Я никому не хочу зла. Я просто иду домой. Если он меня не заметит, я войду в свой подъезд и выброшу эту штуку. Если будет просто дразниться и оскорблять, я молча пройду мимо. Но, уж если полезет драться, буду драться. И посмотрим, кому больше достанется!
До моего детского сознания не доходит, что я могу его убить, или оставить без глаза. Убийства бывают только в кино и в книжках. Причём, хорошим людям позволяется убивать плохих десятками. Чем больше убьёшь, тем выше подвиг. Это справедливо. Я хороший. Я д Артаньян. А он плохой. Но в жизни убийств не бывает. Тем более не может убить ребёнок. Тем более не могу убить я. Я недостаточно крут для убийства.
Я постараюсь пройти незаметно. Если полезет, отвечу, и будь, что будет.
С этими мыслями я пытаюсь пройти мимо. Не удалось.
Он преграждает мне путь. Оскорбляет, толкается. Я спокойным голосом требую пропустить меня. Он возмущён моим требовательным тоном. Угрожает.
Удар. Из моего носа бежит кровь. Пустяки. Нос – моё слабое место. В каждой драке первым делом мне разбивают нос. Я уже привык к такому повороту событий.
Я остервенело бросаюсь в драку. Я пропускаю удар за ударом, но мне плевать. Я бью и бью. Большинство моих ударов не попадает в цель. Но я бью снова и снова. И некоторые удары всаживаю довольно жёстко ему в левый бок , левое плечо, левую половину лица.
В драке я не успеваю заметить, что остаётся на теле противника после ударов железным штырём. Но я бью снова и снова. Меня тоже бьют. По моим рукам и лицу бежит кровь. Очень много крови. Не знаю, чья она, моя, или его? Но мне всё равно. Я хороший. Он плохой. Я отстаиваю своё право войти в свою квартиру. Он хотел драки, вот пусть и получает.
Наконец, мы оба останавливаемся в изнеможении. Нам обоим надо отдышаться. Я вижу, что он весь в крови, с ног, до головы. Кровавые струи неровной сеткой оплели его руки и ноги. Некоторые части одежды сплошь красно-чёрные от крови. Я выгляжу не лучше. Рубашка и шорты промокли насквозь и прилипли к телу, будто меня из ведра кровью окатили.
Пробую пройти к своему подъезду. Он больше не пытается встать у меня на пути.
Уже в подъезде начинаю в голос реветь.
Мама открывает мне дверь и чуть не падает от ужаса. Меня раздевают, отмывают. Повреждений немного. Видимо, большая часть крови – не моя. Родители бегут разбираться с родителями моего врага. Те ответили им довольно грубо. Но дальше слов дело не пошло.
Стоп. Яркое видение-воспоминание закончилось. Теперь я знаю причину. Устал. Потом воспоминание следует «прогнать» ещё несколько раз. Потом, надо несколько раз просмотреть всю историю глазами противника, потом глазами моего отца, моей матери, его отца, его матери, глазами случайного свидетеля, глазами небожителя, глядящего с небес.  И синдром навязчивостей уйдёт. Обязан уйти. Так утверждает учитель.
Но это всё потом. На сегодня хватит откровений.
А ведь, правда. С той поры, тот мальчик ни разу не подошёл ко мне. Стал тихим и незаметным, будто подменили.


Рецензии
Много нового и интересного вычитываю у Вас, Михаил!
Я ощущаю, что есть рядом неведомое, но опасаюсь сознательно в это погружаться. Я близко видел взгляд человека, гоняющего чертей. Его глаза буквально светились замутнённым светом. Мне было понятно, что человек, а это был мой сосед Урядник, реально тогда видел тех, кого пытался отогнать. Когда он переводил взгляд на меня, глаза медленно возвращались в нормальное состояние.
Недавно он ушёл, светлая ему память. Часто после этого вспоминаю слова, написанные как утверждение одного из старцев: "Если бы люди видели сущности вокруг себя, то многие сошли бы с ума". Расцениваю показ таких сущностей как наказание.

Удивительно, но мне за свою жизнь практически не пришлось драться. Ни в интернатах, ни в лесном общежитии, ни на улицах Москвы и, однажды, Питера. когда я доходил до края, понимания, что в данной ситуации дело придётся решать только кулаками, начинал сосредотачиваться, всё вдруг изменялось и необходимость драки отпадала.
У меня ощущение, что это что-то типа кармы, перешедшей на меня от моего отца, с 19 лет, с окаменевшим позвоночником вследствие болезни Бехтерева, выживавшего практически в одиночку в самых неблагоприятных условиях, часть которых он устраивал себе сам. Но это я понял уже только в зрелом возрасте.
Не увидел пока у Вас упоминания православия, но мне кажется, что вот это хождение по нити, а также другие описываемые Вами практики уводят в другую, тёмную часть неведомого. Ещё темнее там, откуда, по моим ощущениям, берут информацию гадалки и шаманы. доводилось немного касаться к информации от них.

Свет от православия ощущаю не от конкретных "чиновников от веры" а в целом.

Интересны Ваши ощущения.

Валерий.

Алпатов Валерий Лешничий   03.12.2018 00:58     Заявить о нарушении
Спасибо, Валерий за внимание к моему скромному опыту. В противоположность вам, меня били довольно часто.

С детства мама говорила мне: "Не дерись, если пристают, отойди в сторону". Она боялась, что мне повредят лицо. Она считала меня очень красивым. Но следуя её совету я всегда только усугублял ситуацию. Гопники принимали моё миролюбие за страх и только больше наглели.

В конце концов мне пришлось заняться боевыми искусствами. И, о чудо, ко мне перестали подходить. Тоже магия какая-то, телепатия. То ли чувствуют, что можно нарваться, то ли карма моя переменилась.

Тренер сказал мне: "Если хочешь иметь другую судьбу, надо стать другим человеком".

Почти всю жизнь я прожил убеждённым атеистом. И только последние годы начал обращать внимание на факты не укладывающиеся в атеистическую модель мироздания.

Возможно это плохо, но я не мгу повторять за другими то, чего не понимаю. А в христианстве очень много того, что мне непонятно, кажется сомнительным, недоказанным.

Пытался я говорить на эти темы с верующими, со священником, даже с сектантами. И всюду одно и то-же - священник снова и снова долдонит про яблоко, съеденное без спросу (мы обсуждали вопрос происхождения зла). Да читал я Библию, знаю сюжеты. Я спрашивал, почему болеют заведомо невинные дети. Ответа не получил.

Верующие в беседах со мной обычно срываются на ругань. Один даже выразил желание отрезать мне язык и засунуть в жопу (по интернету, конечно). Такой уровень аргументации только укрепляет меня во мнении, что им нечего возразить. Одна верующая проявила такт и выдержку, но после длительной беседы "ушла"

Сектанты вообще не вступают в дискуссию. Они сразу произносят стандартную фразу: "Если вам что-то непонятно, обратитесь к нашему проповеднику". Видимо, им строго запрещено слушать противное мнение.

Словом, я не могу разобраться в теории. Так же, как атеисты не замечают неведомого, которое каждый день происходит у них под носом, так же и верующие не замечают нелогичностей в своих ученьях, а когда обращаешь их внимание, обычно начинают злиться. Я уже пытался подходить деликатно, без иронии. Не помогает.

В общем, готовые истины есть. Но истины ли это?

Решил пока заняться практической стороной вопроса. Понимаю, что похож на муравья, пытающегося раскопать гору. Но другого пути к познанию не вижу.

В православных храмах ощущаю сильный поток небесной энергии, идущий из центрального купола вертикально вниз. Такое впечатление, что купол концентрирует ЦИ.

В буддистских храмах ощущаю энергетическое излучение от чаши с прахом их святых.

Так же ощущаю мощные потоки ЦИ от святых мощей. Но вот задача, наиболее сильный поток ЦИ я ощутил от гробницы Тимура, которого трудно назвать святым. Что сие означает, пока не понимаю.

Михаил Сидорович   03.12.2018 06:22   Заявить о нарушении
Ответное спасибо, Михаил!

Меня тоже били, не без этого, но периодами, в ситуации, когда не мог ответить без риска потерять жизнь. Это было в новом городе, где я оказался один после переезда, проживая в интернате. Описал в сборнике "Школьное", а именно в "Интернатское воспитание". Но когда появилась возможность отвечать, бить перестали совсем, потому драться не пришлось даже тогда.
Вам явно навредил неудачный совет мамы, мальчик должен преодолевать, а не уклоняться, хотя я проходил несколько раз в жизни, а однажды пробежал сквозь гопников, просто сосредоточившись и максимально отключив эмоции, с толпой драться не будешь.

Вы точно подметили, что сектанты не вступают в дискуссию. Для меня это их отличительный признак.

С встретившимися в моей жизни верующими я также не смог наладить контакт. Наслушавшись Осипова, пытался эту ситуацию изменить, но воспринимаю то, что замечаю, слишком негативно. На мои вопросы тоже отвечающих не находится. Пришёл к выводу, что выстроенная система отношений в церкви предназначена для ослабленных людей, которых следование догматам поддерживает от сваливания в худшее.

Особенно укрепился в этой мысли, когда однажды вычитал, что в святые была записана дева, в церковь на исповедь не ходившая и не причащавшияся. Обычные члены церкви именно на соблюдение внешних сторон обрядов чаще всего делают упор.

Я потому спрашивал об ощущении световой окраски православия, что ощущаю сам информацию, получаемую из разных источников неведомого как более светлую или более тёмную. Ещё можно сказать, что взята она из слоёв выше, или из глубоких нижних слоёв. Это приходит не сразу, а как остаточное ощущение по истечении некоторого времени.

В храмах точечных потоков не ощущал никогда, но общий фон обычно даёт знать о себе сразу. Не во всяком првославном храме чувствую себя хорошо, в других бывать не доводилось.

Энергию для решения жизненных проблем, по моим ощущениям, можно получать как от светлых сил, но дольше, так и от тёмных сил, зато практически сразу. Одно но, во всех случаях за это приходится платить изменением своей судьбы.

Это я к тому, что не только от святых исходит энергия, которую Вы ощутили от гробницы Тимура.

С невинными детьми вопрос очень непростой. В менее острых ситуациях мне удавалось прослеживать (почувствовать) влияние неправедности, или излишне энергетически затратной жизни предыдущих поколений, когда детям не остаётся выбора вариантов жизненного пути.

Мне вот это и понравилось в Ваших записях, что идёте по своему пути сомнений и познания, излагаете это, а не "вещаете", чем грешат тут, на портале, очень многие.
Для себя определился, что потому наши старики мало советовали, что много видели и знали, как чужое, не самим приобретённое знание может исковеркать чужую жизнь.

Есть ощущение, что мы приходим в земную жизнь не случайно, а со своими задачами, по мере решения которых и осознания своего пути каждый в свой срок приходит к финишу. Не всё, что осознанно на этом пути, можно передавать другим без риска навредить.

Алпатов Валерий Лешничий   03.12.2018 07:48   Заявить о нарушении
Очень верное замечание насчёт миссии. Вот анекдот:

Один мужик помер, попал в рай. Спрашивает у ангела:
-Скажи мне, ангел, ради чего я жил, суетился, работал. В чём была моя миссия на земле?
-Помнишь, как ездил в Таганрог?
-Помню.
-Помнишь, как обедал в вагоне-ресторане?
-Помню.
-Помнишь, как такой лысый мужчина в очках попросил тебя передать ему соль?
-Помню.
-Вот это и была твоя миссия!

Михаил Сидорович   03.12.2018 20:56   Заявить о нарушении
На это произведение написано 9 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.