Реальная история

Я лежал в палате и пытался уснуть. В такие моменты это должно быть легко, но у меня не выходило. Что-то внутри не позволяло расслабиться. Глупо, ведь именно сейчас я лежал на просторной кровати и мог позволить себе сладкий сон, но не хотел. Я привык, что вне армии время течет быстро и было обидно тратить его на сон, хоть и было самое подходящее время.
Все началось еще в части, когда заведующий медпунктом лейтенант по прозвищу "Шприц", порывшись в моих медицинских записях, нашел бумагу 1998 года, в которой говорится о том, что у меня хронический пиелонефрит. Чувствовал я себя хорошо, но возможность исчезнуть из армии была очень заманчивой, а лейтенант не желал отвечать за мою смерть если я вдруг отрублюсь на пробежке. Меня поместили в больницу на краю города, где я в течении десяти дней должен сдавать анализы и наслаждаться жизнью, пока другие работают. Армия очень меняет представления о комфорте. Выживание заставляет ценить многие вещи, которые раньше не брал в расчет, так что по моим меркам я был словно в раю. Отдельная палата, где нет никого кроме меня, вкусная еда, которую принесли близкие, телефон с музыкой и хорошие книги. Это был курорт для тела и разума, а когда я наконец-то увидел лучшего друга, то и душа моя стала слегка заживать.
Мы сидели коридоре больницы, смотрели фотографии и говорили о наших жизнях, будущих планах, съемках фильмов и перемещении во времени. Всем бы хотелось что-то исправить, разве нет? Влад рассказывал о том, как растет его дочь, а я думал о том, что жизнь удивительная штука. То, что я переживаю сейчас лишь небольшая ее частичка, однако она точно останется где-то во мне. Из неоткуда появился медбрат, кативший в инвалидном кресле мужчину, вид которого не представлял из себя ничего хорошего. Нечто среднее между алкоголиком и заядлым наркоманом. Медработник подошел к дверям огромного лифта, подождал пока он откроется и заехал внутрь.
-Вот сколько я здесь сижу они каждый раз пропадают. Серьезно, еще ни разу не видел, чтобы кто-то вышел из лифта. Они просто завозят куда каких-то персонажей типа этого и исчезают.
-Выглядит жутковато. Сфоткаю-ка я его...
Нас прервали проходящие мимо люди. Две женщины лет сорока и девушка с парнем моего возраста. Они шумно шептали между собой. Из разговора было понятно, что они ищут палату, чтобы навестить кого-то. К ним вышла медсестра и повела из за собой. Вдалеке раздались едва различимые хрипы. Это была палата напротив моей, где уже несколько дней лежала пожилая женщина. Скорее всего ее навещали дети и внуки. Впрочем, вскоре мы перестали обращать на них внимание и я стал рассказывать истории про вечернюю поверку и строевой шаг.
Спустя час Владу позвонила жена и он ушел, пообещав навестить меня, если будет время. Подходя к палате, я застал разговор медсестры и тех людей, что навещали старушку.
-Мы сделаем все что можем. Пока нельзя ничего сказать, нужно время.
-Тогда ладно, но вы звоните если что по тому номеру.
-Да, да, конечно. До свидания.
-До свидания.
На этот раз мне очень хотелось спать. После разговора с близкими и эмоциями из реального (не армейского) мира организм хотел отдыхать.
Я даже не догадывался о том, что должно произойти. Одна из медсестер зашла ко мне и назвала по фамилии.
-Захаров?
-Да?
-Тут твоя помощь нужна, ты вроде парень крепкий, из армии. Вида крови не боишься? Сознания не теряешь?
Стоит упомянуть, что за семь дней нахождения в этом учреждении мне уже посчастливилось поменять несколько лампочек, перенести пару стульев и подвинуть пару столов. Этому женскому коллективу вечно нужна была помощь и они совершенно не стеснялись о ней просить, что меня только радовало. Почувствовать себя живым и нужным после армии дорогого стоит. Сам я человек не брезгливый, так что не особо напрягался из-за вида крови или еще чего. Меня это лишь наталкивало на идеи для моих фильмов. Не медля с ответом я подтвердил, что с радостью помогу.
-Нет, все отлично. Что нужно сделать?
Ожидал ли я того, что услышу? Нет. Был ли я сильно удивлен или напуган? Нет. Я испытал лишь чувство неподдельного интереса к ситуации и жажду приключений, чувствовал всю удивительную многогранность этого мира. Очень хотелось верить, что этот день как-то разнообразит мою жизнь.
-Тут сейчас скоро бабка умрет. Минут через тридцать-час, где-то так. Нужно помочь на носилках вынести. Справишься?
-Да!
-Точно? Мертвые не пугают?
-Я бы лучше боялся живы, - ответил я, на секунду улетев воспоминаниями в часть.
-Хорошо, я тебя позову.
Прошел час, но она не появлялась. Долго. Я поймал себя на мысли, что я жду чужую смерть. И почему? Потому что мне хочется быть полезным, хочется разнообразия. Все эти люди, навещавшие ее, сейчас скорее всего спят. Они не знают что происходит и верят, что ее еще можно спасти, что бабушка придет домой. Возможно, кто-то уже придумал как именно провести с ней время. Этого не произойдет, а они не знают. Да, ведь их обманули. Мало кто хотел бы услышать что-то в стиле "Вашего человека не спасти, мы можем лишь ждать смерть, которая будет уже в течении часа", но обратная сторона медали мне не давала покоя. Насколько правильно так поступать? Стоит ли верить в "ложь во благо" или ложь есть тьма, а правда - свет? Действительно ли "эффект плацебо" работает, а если и да, то можно ли его применять вне медицины и насколько это верно с моральной точки зрения? Да и стоит ли расценивать мораль как нечто важное и существует ли она по сути, если все относительно и каждый человек уникален? Я любил размышлять на эти темы когда-то и мог бы делать это часами, но не успел я найти ответы на свои вопросы, как дверь в мою палату открылась.
-Все. Идешь?
-Да.
На специальной каталке, верхом на носилках лежала накрытая тканью пожилая женщина. Ее лица не было видно, лишь седая копна редких волос выдавала в ней ту старуху, что я наблюдал последние несколько дней. Мы подошли к тому самому лифту, секрет которого я мечтал раскрыть и вошли внутрь. Он был очень просторным, теперь я это понимал. Еще бы, его функция была как раз в том, чтобы вмещать в себя подобные устройства. К моему удивлению мы спустились не в морг, а на первый этаж госпиталя и прикатили тело ко входу.
-Сейчас скорую приготовят, водитель зайдет и загрузите с ним тело, -пояснила сестра.
-О, хорошо, а то я не знаю куда мы ее тащим.
-Ты как, хорошо?
-Да, все отлично.
Я смотрел сквозь стекло на звездное небо и думал о свободе. О том, как хорошо будет после армии. Почему мы не ценим маленькие радости жизни? Почему человека нужно лишить свободы, чтобы он начал любить жизнь? К нам подошла вторая медсестра и затеяла разговор с первой. Я слушал, не открывая взгляда от неба, начиная всматриваться в парящие снежинки.
-Сколько его уже нет? Он уже минут 10 как должен быть, я позвала. Кто это у тебя здесь?
-Вот эта бабушка пришла сюда всего пять дней назад. С виду крепенькая такая для своего возраста, а ей семьдесят с лишним. Говорит, у нее уже несколько лет живой болит, но обратиться она не решалась, а сейчас стало сильно болеть, сын ее уговорит обратиться, вот и пришла. А все, поздно, куда там, у нее...
Мне не хотелось запоминать медицинские определения. Я и не запомнил. Наконец, во дворе появилась скорая. Водитель забежал внутрь, взял со мной носилки и мы потащили старуху в кузов.
-Ну что, поехали?
-Куда?
-Как куда? В морг!
Я перевел взгляд на медсестру. Та тоже не ожидала такого расклада, но было видно, что мужику нужна помощь. Он оказался сегодня каким-то чудом один, а вынести тело-то нужно.
-Мы назад потом?
-Ну да.
-Отлично.
Я залез внутрь и мы уехали.
Морг представлял собой небольшой домик, огражденный забором, а находилось это все позади местного лечгородка. Мы вышли и водитель стал звонить в дверь. Долгое время никого не было. Затем раздались крики.
-Какого ***? Кто здесь?
Я не ожидал услышать здесь мат. Водитель слегка смутился, но ответил ему.
-Семен, это я. Тело привез, открывай давай.
-****ь, я же спал! Вы меня набрать не могли?
-Да открывай ты уже!
-Иду, я иду!
Середина декабря по моим представлениям была не лучшим временем для того, чтобы стоять посреди ночи с телом на руках и ждать пока какой-то буйный мужик пропустит тебя, но именно это и происходило. Он открыл ворота лишь минут через десять и вышел к нам. Полного вида мужчина с заплывшими глазами и небольшой бородой. Водитель отошел и дал ему взять носику со своей стороны, а я последовал за ним в морг. В помещении было несколько комнат с проемами, рассчитанными на то, будут совершать подобные манипуляции. На полу каждой комнаты лежали открытые гробы, а в них тела, в основном пожилых людей. Пахло хуже, чем тухлыми яйцами. Один из минусов смерти - она отвратительна.
Меня поразил матрас и подушкой, кинутые в одной из комнат среди покойников. Этот человек действительно ЗДЕСЬ спал? Мы занесли тело в самую дальнюю комнату. Она была пустой за исключением металлического стола и имела крайне дурное освещение. Осталось лишь положить на стоп тело бабули. Работник морга перевел на меня взгляд.
-Ну, на раз-два-три. Готов?
-Да.
Я не был готов. Я был готов, но не к этому. Думал, что мы синхронно поставим носилки на стол, а затем аккуратно перевернем, но все вышло иначе. Едва прозвучала заветная команда, как местный житель редко качнул тело женщины в сторону стола. Хоть я и не ожидал такого, но рефлекторно повторил на ним и тело женщины с отвратительным звуком упало. Я видел и слышал как она ударилась головой. Это была первая мысль. Затем я понял, что вижу отвратительное тело пожилой женщины.
Мужчина тут же поправил ее и расположил на столе симметрически ровно. Было понятно, что его ничего не смущает уже долгое время. Для него это не люди, недавно мыслящие и умеющие свои желания, а лишь предметы. Что-то вроде холста для художника.
Я попрощался и вышел, разглядев пару лиц в гробах напоследок.
Медсестра была мной довольна и я попросил ее подержать меня в госпитале подольше.
С тех пор прошло уже несколько лет. Когда происходит что-то мрачное и не особо приятное, то я вспоминаю эту историю. Думаю, жизнь нужно прожить интересно и счастливо. Ведь в итоге... В итоге тебя голого швырнут на стол.