Виртуоз глава третья

Глава третья

Глава, в которой Музыка отдает жизнь за Инструмента

1
- Мне больно, - промолвил Музыкальный Инструмент поздно вечером, когда Волохов уже заправлял себе простынь под матрас, - Нельзя ли изменить темп игры? Я каждый раз испытываю жуткую боль, когда Вы исполняете Музыку.
Сергей Митрофанович бережно переложил скрипку на диван. Он мотнул головой и деликатно произнес:
- Боль, которую ты испытываешь, никто не может устранить. Ни темп игры, ни новый смычок не уймет ее. Ты и Музыка дополняете друг друга. Любовь между вами настолько сильна, что никто не в состоянии уничтожить ее. Но правду от вас я скрывать не буду:
Вы не можете существовать вместе. Что-то вам мешает, и с этим ничего не поделать. Кто-то из вас должен попрощаться с жизнью, принять факт своей смерти.
Инструмент издал звук, похожий на дыхание, его голос, как контратенор, поражал своей красотою.
- Тогда я согласен на эту боль, - вякнул он, - Если я буду думать только о себе, то Симфонию ждет смерть, она не может жить без исполнения музыки. Для нее этот процесс важен, равно как и дыхание для человека. Как фотосинтез для растений.
- Дурак, - бросила Симфония голосом меццо-сопрано, когда разговор между виртуозом и скрипкой разбудил ее, - Я согласна отдать свою жизнь, лишь бы ты не мучился от боли, которую испытываешь каждый день. Смерть лучше. Мой близкий не будет испытывать такие мучения. Я никогда не соглашусь на это.
Волохов улыбнулся, заботиться о старых друзьях было его обещанием, и когда он задал вопрос, любят ли Инструмент и Музыка друг друга, как любят мужчина и женщина, то оба хором ответили:
- Нет, у нас совершенно иные чувства. Мы не можем испытывать друг к другу половое влечение, потому что не являемся людьми. Мы частички искусства, следовательно, кусочки твоей души.  И, пожалуй, больше всего мы боимся того факта, что, когда умрет один, то погибнет и другой.


2
Волохов еще не раз разговаривал с Музыкой, уважая ее мнение и желания; она была мудрее Инструмента, и Сергей Митрофанович слушал именно ее.
- Тебя держат в больнице принудительно, - сказала Музыка, - Сбежать ты не можешь. Поэтому остается лишь один выход: мне нужно умереть. Тебе стоит найти новый музыкальный инструмент и играть для врача.
- Но я… - начал Волохов, будучи не в состоянии выразить свое горе.
Симфония перебила его:
- Ты должен перестать играть меня. Постепенно я начну слабеть, меня будет больше тянуть ко сну, я приму смерть. Но инструмент сможет спокойно жить дальше, без мучений, без боли. Я уверена, что он найдет себе новых друзей.
- Но я не хочу...
- Ты должен.
Волохов кивнул и поцеловал скрипку.
- Хорошо, - промолвил он, - я исполню свое обещание. Я не буду больше играть на этом инструменте. Никогда. Но я не понимаю, почему ты так легко решилась на это? Наверное, это слишком личный вопрос?
Музыка попыталась засмеяться, но у нее это не получилось. Было слышно, как ее голос надрывается:
- Я решилась... решилась на это сама. И не могу ответить, почему. Готов ли ты взять на себя… на себя… Взять на себя эту ответственность?
Волохов задумался.
- Так готов? - настаивала Симфония.
- Да, - решительно ответил Сергей Митрофанович.
Продолжение следует

http://www.proza.ru/2017/05/14/1824
 


Рецензии