Немного личный детектив. Глава 11

     В понедельник, поднявшись по лестнице, я увидел открытую дверь в офис и ожидающего меня милиционера Михаила.
- Привет, спасибо, что не забыл, - улыбаясь, поздоровался я с ним.
- Мы же договаривались, - добродушно ответил он, - делать-то, что будем?
- Миша, сегодня мы будем разоблачать шпиона, - посмотрев в глаза милиционера, серьёзно ответил я.
- Да ты что? Правда?
- Конечно, правда, разве я могу кому-то ещё здесь доверять.
- Дим, а что делать-то надо?
- Тебе, ничего. Ты обычно где сидишь, когда уборщицы приходят?
- Там, на диване, телек смотрю, - Михаил махнул рукой в сторону комнаты, в которой сидели Сергей и Михалыч. - Мне оттуда слышно, если кто вдруг раньше времени в офис придёт.
- Замечательно. Сегодня действуешь по такому же плану. Часов в восемь или чуть попозже, сюда приедет Ловренович. Как только мы увидим в окно его машину, ты идёшь в свою комнату и без моей команды оттуда не выходишь. Понятно?
- Да, а ты?
- Я буду действовать по своему плану.
- У меня с собой есть наручники, - сказа Михаил и вынул их из прикреплённого к поясу чехла.
- Это нам не понадобится, брать его будут после и совершенно другие люди. Но не переживай, благодарственное письмо от нашей службы тебе будет обеспечено.
- Понял, - сказал Михаил и довольно выпрямил спину.
     В восемь пятнадцать, серебристый «Опель» Ловреновича, медленно въехал на служебную стоянку офиса. Мы с Михаилом сразу отошли от окна. Я взглянул на него, тот понимающе кивнул в ответ и направился в комнату отдыха. Я, пройдя по коридору, открыл мастер-ключом кабинет Натальи Владимировны, подошёл к стеллажу с папками, вытащил одну из них и вынул из неё документы. Достав камеру, я вставил её в папку так, чтобы окошко объектива совпало с круглым отверстием в торце папки. Включив камеру, я вставил всю эту конструкцию в стеллаж стоящий напротив сейфа, а сам спрятался в шкафу для верхней одежды.
     Через несколько минут, дверь в кабинет открылась, по шагам я понял, что вошедший подошёл к сейфу и открыл его, звеня металлическими ключами.  Затем я услышал, как дверка сейфа захлопнулась, щёлкнул замок, и почти сразу же кабинет опустел.
     Подождав секунд десять, я осторожно покинул своё укрытие. Подошёл к стеллажу, достал камеру, перемотал плёнку и нажал кнопку воспроизведения. На небольшом мониторчике появилось изображение Ловреновича, кладущего папку с документами вглубь стоящего сейфа.
- Бинго! Да, сработало! – воскликнул я и, выйдя из кабинета, направился в комнату отдыха, переписывать все доказательства с камеры на кассету при помощи находящегося там видеомагнитофона.
     Привет, что ты здесь делаешь? – спросила Лена, увидев меня,  сидящим в приёмной.
- Эмма Марковна поехала на работу со своей дачи, сказала дожидаться её здесь - улыбаясь, ответил я.
- А что ты довольный такой, любовь свою за выходные встретил? – спросила Лена, убирая свой красный пуховик в шкаф.
- Нет, просто отдохнул хорошо. Природа, шашлыки, свежий воздух, банька на дровах, прелесть!
- Ты не заболел? Лицо у тебя больно красное, - сказала Лена, усаживаясь за свой компьютер.
- Это от избытка впечатлений, - сказал я, улыбнувшись ей в ответ.
     В этот момент в приёмную вошла директорша.
- Здравствуй, Леночка, здравствуйте, Дмитрий, - весело, сказала она.
- Здравствуйте, Эмма Марковна, - поднявшись из-за стола, поприветствовала начальницу Лена.
- Разрешите, Эмма Марковна? – спросил я, встав со своего места.
- Да, Дмитрий, заходите.
     Я подмигнул Лене и зашёл следом за директоршей в её кабинет.
- Ну, что у тебя, Дима, хорошего? Какие новости? - спросила Эмма Марковна, вешая свою очередную шубу в шкаф для одежды.
- Новости есть, но боюсь они не хорошие.
- Что случилось? – спросила Эмма Марковна, садясь за свой стол.
- Я, как и обещал, нашёл человека, который сообщает о происходящем на вашей фирме Терентьеву.
- Кто он? – глядя мне в глаза, серьёзно спросила директорша.
- Ловренович.
- Дима, вы отдаёте себе отчёт, что у вас должны быть этому серьёзные доказательства? Вы понимаете, что если их нет, то я сразу позвоню Андрею Илларионовичу, и вы здесь больше работать не будете?!
- Да, Эмма Марковна, я располагаю ими.
     Я подошёл к большому, стоящему у противоположной стены,  телевизору, включил его и, вставив кассету в находившийся сбоку видеомагнитофон, нажал на кнопку воспроизведения. На экране появилось изображение кабинета Натальи Владимировны.
- У меня получилось подслушать, когда Ловренович разговаривал по телефону и сказал, что после вашего общего отъезда в Вену, он заберёт из сейфа Натальи Владимировны все новые учредительные документы. У меня сегодня получилось снять на видео, как  он эти документы возвращает обратно.
     После этих моих слов, на экране появился, одетый в тёмно-серое пальто юрист, который подойдя к сейфу, открыв его ключом, вложил вовнутрь папку с документами.
- Вот, в общем-то, всё, что я хотел вам сообщить.
- Какой кошмар, - сказала Эмма Марковна, - мне вчера Ира призналась, что они встречаются.
     Эмма Марковна, совершенно поражённая увиденным, сидела, опираясь  локтями в стол, держа свои ладони у подбородка.
- Я могу идти?
- Да, Дима, спасибо, - сказала Эмма Марковна, не отрывая своего взгляда от телевизора.
     Я развернулся и, осторожно закрыв за собой дверь, вышел из кабинета в приёмную.
- Куда делась твоя радость? – сразу спросила меня Лена.
- Я не радуюсь чужому горю.
- Что-то случилось? – насторожилась Лена.
- Я только, что разрушил много разных планов.
- Что ты сделал? – серьёзно спросила, глядя мне в глаза, Лена.
- Сейчас всё увидишь, шоу начинается! - сказал я, садясь за свой стол.
    Через несколько минут в кабинет, весело улыбаясь, вошли дочь Эммы Марковны, бухгалтер Ирина Семёновна и юрист фирмы Константин Ловренович. Некоторое время за дверью была тишина. Через пять минут из кабинета директорши выбежал бледный юрист. Увидев меня он сжал кулаки, нервно потряс ими в воздухе, но не найдя в себе силы духа напасть, процедив сквозь зубы: «Я тебя уничтожу», быстро вышел из приёмной в коридор.
     Ещё через минуту, из кабинета Эммы Марковны, выбежала со слезами на глазах её дочь и крикнув в мою сторону: «Сволочь», так же быстро скрылась в коридоре.
- Это то, что я думаю? – напряжённо спросила меня Лена.
- Да, я нашёл шпиона. Узнав, что Ловренович стучит обо всём Терентьеву, у меня получилось, заснять на видеокамеру, как он тайком брал документы из сейфа Натальи Владимировны.
- Дима, я же тебя предупреждала, чтобы ты тут ничего не расследовал! Ты разве не понял?
- Я обещал.
- Что ты обещал? Ты куда лезешь? Ты тут охренел, что ли? – сказала Лена, вставая из-за стола.
- А вот это правильно, бери документы и иди в департамент на доклад.
- Ты что плетёшь, какой доклад? – злобно сказала Лена.
- Оральный, - громко сказал я и с презрением посмотрел Лене в глаза.
- Что? - с ненавистью посмотрев на меня, тихо сказала она.
- А то. Могу даже показать.
     Я достал видеокамеру, перемотал плёнку до момента заснятого мной в окне департамента, и дал посмотреть в монитор Лене.
- Дай мне эту кассету, - вытянув вперёд руку, строго сказала она.
- Зачем? – улыбаясь, спросил я.
     Лена помолчав несколько секунд, вздохнула и, глядя мне в глаза, сказала:
- Дима, ты даже не представляешь, что теперь с тобой будет.
     Затем она вышла из-за стола и, не говоря ни слова, быстро выбежала в коридор.
- Через несколько секунд дверь кабинета открылась и из него вышла одетая в шубу Эмма Марковна. Увидев меня, она сказала:
- Дима, вы мне сегодня больше не понадобитесь, - и, вздохнув, медленно вышла из приёмной. 
- И что дальше? – сказал я, оставшись в одиночестве.
     «Поеду домой, поем, позвоню Андрею Илларионовичу, а там будет видно».
     Я не спеша шёл от метро к дому, вспоминая круговорот утренних событий.
- Почему я не чувствую радости? – спросил я себя вслух. - Куда делся мой победный настрой? Ведь все выходные я только и думал, как разоблачив Ловреновича, буду пожинать справедливые лавры успеха. Буду гордо ходить по офису, а все вокруг станут тихонько шушукаться,  с уважением говоря: «Вон он, разоблачитель шпионов». Но ничего этого не происходит, наоборот, все вокруг оказались недовольными. С юристом всё понятно, а вот Иру жалко. Наверняка, у неё были планы, замуж хотела за Ловреновича выйти, маме в Вене всё рассказала. А тут я со своим разоблачением. Лена тоже чем-то недовольна. Хотя она-то тут ни причём, общалась бы по-тихому со своим Родионовым. Зачем она орать на меня стала? Я, тоже хорош, взял и плёнку ей показал. Да ещё с таким интимным содержанием.
     Размышляя, я подошёл к дому. У подъезда ко мне  подошли двое, одетых в спортивные костюмы, ребят. Не говоря ни слова, один из них ударил меня в живот, попав точно в солнечное сплетение. Я согнулся и, задыхаясь, упал на колени. Взяв меня под руки, они быстро потащили меня к стоявшей у подъезда машине. Один из них открыв заднюю дверку, подтолкнул меня на широкое сиденье и, обращаясь к напарнику, сказал:
- Садись с той стороны.
     Я сгруппировался, подтянул ноги к груди и, что есть силы, ударил ими в корпус садящегося в машину молодого человека. От неожиданности он вскрикнул и выпал из неё на тротуар. Я бросился следом за ним и ударил его ногой в лицо. Удар оказался такой силы, что парень, перевернувшись на спину, остался лежать, широко раскинув свои руки на асфальте. Тут же из-за багажника автомобиля на меня бросился его напарник. Не долго думая, я сделал шаг ему навстречу и со всей силы ударил его своей ногой в промежность. От неожиданности он вскрикнул и согнулся, держа руки между своих ног. Не раздумывая, я ударил его коленом в челюсть. Парень, дёрнув от полученного удара головой, упал лицом на проглядывающую из-под снега землю.
- А ну стоять! - услышал я чей-то крик.
     Я посмотрел в сторону и увидел вышедшего из машины водителя. Наши взгляды встретились. Водитель расстегнул на своей куртке молнию и сунул туда руку.
- Пистолет, - пронзила мою голову мысль.
     Ни секунды не медля, я побежал напрямик к углу дома через растущие у моего подъезда деревья. Обогнув его, я выбежал на проходящую перед моим домом улицу, пересёк её по диагонали, и скрылся во дворе напротив. Пробежав его насквозь, я остановился отдышаться, опёршись рукой на стенку одиноко стоящей голубятни. Другой рукой я старательно прижимал к себе пакет с видеокамерой. Посмотрев по сторонам, я понял, что меня никто не преследует.
     «Что это было?» - подумал я, тяжело дыша после пропущенного удара. Может, меня с кем-то перепутали? А если нет? А если это уже последствия моих утренних разоблачений? И что теперь? Подождать и идти домой? А если там засада? Надо ехать на мою фирму, там есть охрана. Во всяком случае, там можно отсидеться до выяснения всех обстоятельств. Не медля ни минуты, я быстрым шагом направился в сторону ближайшей станции метро. Проехав до нужной остановки, я вышел на Ленинский проспект и вдоль него пошёл в сторону офиса охранной фирмы.
     Вдруг, рядом со мной остановилась чёрная «Волга». Из неё вышел мужчина, одетый в строгий костюм. Он открыл передо мной заднюю дверцу, а позади себя я услышал настойчивый голос:
- Садитесь в машину.
      Говорят, что когда люди пугаются, они делятся на два характерных типа. Одни теряют волю и координацию, на несколько секунд впадая в ступор. Другие наоборот, испытывают небывалый физический подъём.
     Я понял, что отношусь ко второму типу людей, когда не думая о последствиях, перемахнув через капот стоящего автомобиля, перебежал, не останавливаясь, все десять полос оживлённого Ленинского проспекта. Я не думал о проезжающих машинах, я вообще ни о чём не думал, я увидел угол дома на противоположной стороне дороги и стремглав бросился в его сторону. Забежав за дом, я миновал двор и, протиснувшись между стальных прутьев в заборе, оказался в Нескучном саду.
- Вот попал, - тяжело дыша, сказал я. - Ищут пожарная, ищет милиция, ищут фотографы в нашей столице…. Днём – бандиты, сейчас, похоже, фээсбэшники, а ночью меня будет брать спецназ с собаками. Куда теперь «бедному крестьянину податься»? Озираясь по сторонам, я пошёл в направлении Парка имени Горького.
 
     Достав жетон, я со второй попытки, нервно вставил его в приёмное устройство таксофона и, оглядываясь, стал набирать номер.
- Алё, - через некоторое время услышал я в трубке знакомый голос.
- Андрей Илларионович – это Кулаченков. У меня проблемы.
- Так, Дима, ты сейчас где?
- Рядом с вами, на Чеховской, - также озираясь по сторонам, ответил я.
- Во-первых, успокойся. Во-вторых, поднимайся ко мне домой.
- Но меня тут….
- Я знаю, мне уже позвонили, я всё объяснил, можешь не переживать, никто тебя не тронет.
- Но…
- Так, Дмитрий, поднимайся ко мне, номер квартиры помнишь?
- Да, помню, сейчас подойду.
 
     Я нажал на кнопку звонка и через несколько секунд дверь открылась. На пороге в тренировочном костюме стоял Андрей Илларионович и довольно улыбался.
- Давай, проходи, Шерлок Холмс хренов. Ты где лазил, что ты грязный такой?
- Я бегал.
- Бегал он! Потому, что не туда, куда надо лазил, вот и бегал. Ладно, проходи, давай.
     Раздевшись, я почистил костюм и брюки. Потом помыл руки и, пройдя в кухню, сел за небольшой обеденный стол.
- Что пить будешь? Тебя вон трясёт всего, - сказал Андрей Илларионович и открыл выдвижной шкафчик в кухонной стенке.
- Что нальёте, - безразлично ответил я.
- Виски подойдёт?
- Да, - улыбнувшись своим воспоминаниям, сказал я.
     Андрей Илларионович достал бутылку, открыл крышку и наполнил стаканы. 
- За удачу, она тебя прям так и преследует, - сказал мой начальник, коснувшись дном своего бокала моего, наполовину наполненного.
     Я сделал большой глоток и, выдохнув из себя пары дорогого алкоголя, спросил:
- А запить есть?
- Кто же виски запивает? Там вон, шоколадки лежат, ими можешь закусить, - сказал Андрей Илларионович, махнув рукой в сторону конфетницы.
- Скажи мне, Кулаченков, как тебя надо инструктировать? Я же вроде тебе всё объяснил. Всё подробно рассказал, задачу поставил, а ты представился агентом спецслужб и начал производить какие-то следственные действия.
- Меня Эмма Марковна попросила найти человека, который передавал Терентьеву всю информацию по её фирме.
- Ты бы пообещал, а сам бы сидел спокойно в приёмной. Спал бы с той стервой и получал бы свои деньги. Что тебе не нравилось? Люди о такой работе мечтают. Ты же взял и своими руками всё разрушил.
- Что я разрушил, я наоборот врага там нашёл, - сказал я и отхлебнул ещё виски из бокала.
- Господи, да кому нужны твои враги, кому там легче от этого стало?  Врага он нашёл. Ты что не понимаешь, что в мэрии Эмму твою слили. Не нужна она там никому больше. Хотели спокойно её отправить на пенсию и поменять на фирме всё руководство.
- Терентьева, что ли поставить? - усмехнувшись, спросил я.
     Да кому нужен этот Терентьев, его и не трогали, чтобы он в напряге Эмму держал. Чтобы она не выдержала и сама от всего отказалась. Ушла, так сказать, по своей воле.
- А Родионов, разве он не хотел себе эту фирму получить?
- Сдалась она ему десять раз, он всегда свои проценты там иметь будет. Его интерес в клиентуре, ему связи нужны, сам же видел, какие люди туда приходят.
- А Корсаков?
- Корсаков, как раз от мэрии работу этой фирмы и курирует. Тебя же в этом списке нет. Ты должен был создавать впечатление серьёзной охраны, а вместо этого, вышел из-под контроля и начал всем мешать. Терентьев к тебе бандитов прислал, а Родионов сам подъехал с тобой поговорить. Он даже перепугался, когда ты через Ленинский проспект от него рванул. Спросил меня, где я таких отмороженных на голову сотрудников беру. Кстати, плёнку мне отдай, ты там лишнего наснимал. Не надо нам ни с кем ссориться.
     Я достал видеокамеру, вынул из неё небольшую кассету и передал её Андрею Илларионовичу.
- Что мне теперь делать? – грустно спросил я.
- Ничего, возвращайся в стратегический резерв, я подумаю, куда твою активность пристроить.

 
 Эпилог.

      Не знаю почему, но фирму у Эммы Марковны не отобрали. Может, не захотели, а может, она нашла себе новых покровителей.
     Ловреновича она, конечно, выгнала, и свадьбы с её дочерью у него не было. Через несколько лет его посадили в тюрьму, вместе с бандой «чёрных риэлторов», которой он, как юрист помогал легализовать, отобранное у алкоголиков, жильё. Терентьева, во время участия в бандитской разборке, застрелили в машине вместе с его водителем Алексеем Куприяновым. Узнал я об этом случайно, когда увидел сюжет в передаче «Дорожный патруль». Что случилось с Леной, я не знаю, наверное, она всё так же ходит на доклады к Родионову. Правда, один раз проходя мимо Департамента муниципального жилья, я заметил, что на четвёртом этаже поменяли все окна. Поставили специальные тёмные стёкла, с хорошо отражающим зеркальным эффектом.
     С охранной фирмы я через год уволился. Нашёл себе другую работу, где смог пристроить свою энергию и неотъемлемую тягу к справедливости.
 
Конец.


Москва,Вена,Рига,Мюнхен(апрель-май 2017года)
 


Рецензии
Здравствуйте, Дмитрий!
Замечательный детектив!
Прочла с большим интересом и удовольствием, наблюдая за развитием событий и человеческих отношений!
Вдохновения и новых Вам работ!
С уважением и самыми искренними пожеланиями,Т.М.

Татьяна Микулич   06.06.2017 21:13     Заявить о нарушении
Здравствуйте Татьяна. Я искренне рад, что Вам понравилось моё новое произведение.Попробовал себя в новом жанре, тем более, что повесть отчасти биографическая. Спасибо за добрые пожелания.

С уважением Дмитрий Кулаченков.

Дмитрий Кулаченков   06.06.2017 22:00   Заявить о нарушении