Реалити-шоу

- А почему вы пришли на шоу? – спросила ведущая, склоняя голову на бок, что, видимо, должно было символизировать её внимание к ответу участницы.
- Потому что… - девушка медлила, не находя слов, - Всё равно вся жизнь – камера. Одиночная камера нашего сознания, в которой мы сами боремся со своими страхами, сомнениями. Лишь мы делаем выбор, лишь мы знаем что там, внутри этой одиночки. Ни одна мысль не сможет сбежать без нашего ведома. Но даже если мы выпускаем на свободу свои идеи, они облачаются в такое количество упаковки, что сами по себе становятся незаметны, но иначе никто не смог бы их воспринять…
- Спасибо, Мария, - перебила ведущая, и продолжила, обращаясь к зрителям, - Итак, участница под номером 3 – Мария.
- 18 лет, - ахнула бабушка, отводя лицо от телевизора.
- Да, она самая молодая, - подтвердила мать, не менее обеспокоенным голосом.
- Ты чего? – тронул её отец.
- Ты представляешь,- обернулась к нему мать, - 18 лет. Твоей дочери скоро 15, а эта чуть старше. И на сколько она туда?
Затем началась дискуссия о правилах участия и самом шоу. Отец утверждал, что всё куплено, что это не по настоящему, что сценарии давно написаны и участники подобраны. Мама утверждала обратное. Она искренне верила в то, что участников отбирали зрители посредством смс голосования, что через неделю эти 12 избранных действительно отправятся каждый в свою одиночную камеру. Бабушка же вмешалась в разговор лишь тогда, когда речь зашла обо мне, как всегда из любой темы плавно и незаметно перетекая в мои проблемы, которые видели только эти трое, но не я, сидящая всегда рядом и наблюдающая за этим разговором, будто речь шла не обо мне.
Может проблемы моего образования, зависимости от гаджетов, агрессии, любви к плохой музыке, развращающие меня подруги, отупляющие меня парни… перешли бы, как это бывало к проблемам в личной жизни родителей, к размену квартиры и тому подобным темам, но телевизор оставался включенным, а программа интересной.
- Я пришёл на шоу, чтобы выиграть.
- И сколько времени вы готовы провести в одиночке? – спросила ведущая привлекательного мужчину лет 30 с лёгкой щетиной на слегка выступающем подбородке.
- Столько, сколько потребуется, чтобы выиграть.
- А как же ваша семья? – ведущая снова склонила голову на бок, чтобы участник и зрители поняли, что она внимательно слушает.
- Работы нет, так что остаётся лишь воровать, но за воровство…
- Воровство карается законом, - перебила ведущая, и добавила, обращаясь к зрителям, - Как вам известно, дорогие телезрители, первичный отбор участников производился по критериям возраста (от 18 до 60), здоровья (каждый участник проходил тщательное обследование у всех врачей, включая нарколога и психолога), а так же отсутствию судимостей.
- Одного парня отсеяли, потому что он от армии косил, - вставил отец, но мама цыкнула на него, чтобы он замолчал, и он замолчал.
- Итак, Виктор, - продолжала ведущая, обращаясь к участнику, - Вы не хотели сидеть в тюрьме, потому решили сесть в тюрьму?
- Вроде того, - усмехнулся Виктор.
- Конечно, жена, двое детей, а он отдохнуть решил, выспаться, - иронично заметила бабушка, - Работы нет… если руки есть, то и работу найдёт, а так на попе посидеть каждый сможет.
Дальше началось обсуждение мамой и бабушкой Виктора, перешедшее на обсуждение моего отца, от чего решил вмешаться он, а я поставила на стол тарелку с недоеденной картошкой и ушла, пока разговор не перешёл опять на обсуждение меня.
- Вика, - окликнула бабушка, - А доесть?
- Виктория! – позвал отец, - Мать готовит…
Мама крикнула что-то про посуду, но я уже не слышала.
«Ты смотришь одиночку?» - написала Даша.
«Да» - ответила я и включила трансляцию через интернет.
Место Виктора занимал парень лет двадцати с чем-то. Ведущая сказала, что он что-то закончил, где-то служил, где-то работал, семьи нет, кота подарил подруге.
Все 12 были опрошены, из кухни по прежнему доносились споры, Даша считала своим долгом писать мне своё мнение по поводу каждого из участников. Больше всего её впечатлила Мария – самая юная из участников. Как сказала ведущая, ей исполнилось 18 в день кастинга. Она только закончила школу и занималась всяким по немного, как многие девушки её возраста – что-то рисовала, что-то мастерила, что-то фотографировала, на чём-то играла, где-то пела, в чём-то участвовала. Но для Даши эта Мария казалась образцом для подражания.
«Герой нашего времени» - написала я, и получила ответ: «Героиня». Решив не развивать тему литературы с Дашей, я задумалась над тем, что на роль Печорина больше подхожу как раз я. И может быть…
«А ты смогла бы?» - угадала мои мысли Даша.
Смогла бы я переехать из этой квартиры… Из этого мира, в место, где меня никто бы не трогал, где за мной наблюдало бы гораздо большее количество народу, где меня обсуждали бы гораздо тщательнее, чем теперь, но где я бы не слышала и не видела бы это? Место, где я могла бы читать, рисовать, танцевать… Да хоть ходить голой по свой камере, если мне вздумалось бы?
«Мне кажется это так страшно, - написала Даша, - Не видеть маму, подруг, не знать что твориться в мире...». Конечно, вернёшься через год, а все ходят в каких-нибудь нелепых платьях, неудобных туфлях и безвкусных плащах, но лишь тебе они кажутся нелепыми, неудобными и безвкусными, потому что тебе тут не было и ты не была подготовлена к этой моде.
Я не стала писать эту мысль Даше, и на её вопрос не стала отвечать. Я включила музыку, вышла из соцсети и закрыла глаза.
Прошёл месяц, все в классе обсуждали «одиночку», многим нравилась Мария, которую теперь все называли Маша. Лишь один участник выбыл за это время – не выдержал, но никто особо его не замечал. За последующий месяц обсуждения утихали, но вскоре возобновились с новой силой. Потому что правила изменились. Теперь каждый участник мог наблюдать за другими участниками. Ещё через какое-то время они стали общаться друг с другом, а потом стали проводиться голосования…
Через три месяца с момента начала шоу, я перестала его смотреть. Даша иногда рассказывала мне о том, что творилось на проекте, но меня он перестал интересовать.
Людям нравится наблюдать за конфликтами других людей. А мне хотелось посмотреть как живут свободные люди – в своих замкнутых мирах, - и помечтать о том, что я могу быть так же свободна, где-то в своей одиночной камере.