Дефицит общения

Как все хорошие девочки, после трудового дня, я легла спать до полуночи, чтобы завтра встретить новый трудовой день без синяков под глазами. Хотя последние десять лет во сколько бы я ни ложилась, высыпаться всё равно не удавалось, и я подозревала, что дело не во времени отхода ко сну.
Проснувшись, я сразу потянулась за телефоном, чтобы понять ещё рано, в пользу чего говорила темнота вокруг, или уже поздно, в пользу его говорила лёгкость в теле и голове, сообщающие о том, что я выспалась. Телефона я не нашла, но так же не нашла я и одеяла, ночной рубашки, в которой ложилась спать, попробовав подняться с кровати, я не нашла и самой кровати.
Как это обычно бывает, когда неожиданно просыпаешься после вчерашней попойки, не понимая где находишься, я сперва запаниковала, затем подумала, что это сон, потом вспомнила вчерашний вечер с котом, телевизором и чаем, успела немного взгрустнуть, вспоминая школьные и особенно институтские годы, параллельно наращивая где-то внутри комок страха, который пытался вырваться наружу криком отчаянья. Но годы педагогической практики воспитали во мне терпение и здравомыслие.
Поняв, что я лежу на полу, голая в полной темноте и тишине, я встала, спокойно и неторопливо, чтобы не задеть головой потолок, который наверняка где-то был. Комок продолжал нарастать. Пол был тёплым, как и воздух вокруг, который казался ещё и свежим, чистым, так что, если бы не положение, в котором я оказалась, то мне было бы очень комфортно. Я стала думать о том, что если провести сюда освещение, водопровод, канализацию, то здесь можно было бы жить. Вопрос оставался лишь в том, где именно?
Я вытянула руки вперёд, а комок страха подскочил к горлу, когда руки, не найдя опоры, повисли в воздухе. Я подумала, что это хорошо, что, если бы я сидела в маленьком ящике, мне было бы гораздо страшнее, а я стою в большом ящике, у которого наверняка есть стенки, до которых я дойду. Сделав маленький шажок, я вытянула руки перед собой настолько, насколько это было возможно, но снова нащупала лишь тёмную пустоту. Ещё шаг – ничего, ещё – пусто. Шаги становились увереннее, но пол под ногами был прежним, а стена так и не давала о себе знать.
Когда я окончательно проснулась и осознала реальность происходящего, то прекратила тщетные перемещения и нарушила тишину криком – это вырвался наконец мой комок страха, перерастающий в панику. Я легла на пол и стала кричать, рыдать, бессвязно звать кого-то на помощь… По началу я не осознавала того, что делаю, затем продолжала делать это по инерции, потом я представила себя со стороны – обнажённую сорокалетнюю женщину, бьющуюся в истерике на полу. Если где-то здесь есть камеры ночного видения, и это чья-то злая шутка, то наверно я выгляжу сейчас в какой-то степени привлекательно. Такая сильная, всегда спокойная, я вдруг сломлена страхом неизвестности, первый раз за долгие годы, проявила слабость, заплакала…
Вскоре мне вспомнилось, что на мне нет даже ночной рубашки, а тем более нет с в зоне видимости носового платка или бумажных салфеток, где в этом месте находится источник воды, мне тоже не известно, так что слёзы в данной ситуации не самый лучший выход. Я легла на спину, и решила ждать пока результат моей истерики исчезнет сам собой. Но противные слезинки затекали в уши, так что я перевернулась на бок и закрыла глаза, так как всё равно видимость была одинаковой, что с закрытыми, что с закрытыми глазами.
«Вот так бы лежать и лежать» - думалось мне, а больше ничего не шло в голову. Позже и мысли о том, что я хочу лежать куда-то исчезли, в голове образовалась пустота, как в том месте, где я находилась. Такая же комфортная пустота, будто ничего не происходит, никогда не происходило и не будет происходить. Я не спала, даже не дремала, но и не думала тоже. Первый раз за многие годы я просто была в этом мире и позволяла миру быть вокруг меня таким, какой он есть.
В какой-то момент я поймала себя на том, что вижу себя как бы со стороны, качающейся на волнах ночного моря, слышу звуки волн, разливающихся и бьющихся о берег, чувствую запах йода и соли, чувствую как вода ласкает моё тело… Я открыла глаза и снова увидела пустоту. Может я задремала, а может в мою голову снова стали приходить мысли.
Я перевернулась на спину и стала смотреть в потолок. Потолка не было видно, но я непрерывно смотрела в него, и мне стало казаться, что мои глаза привыкли к этой темноте, что я стала видеть отдельные детали – какие-то точки, трещинки, мушек, звёзды. Звёзды складывались в созвездия, я наблюдала за ними, выискивая знакомые: созвездие малой медведицы, большой медведицы, гончих псов, домашних котов, бегущих белок, битых тарелок, грязных чашек, мелких первоклашек…
Вспомнив, что на потолке не может быть звёзд, а созвездия мелких первоклашек не существует, я перевернулась на бок. Но лежать мне не хотелось, потому я перевернулась ещё раз и, встав на четвереньки, зашагала вперёд. Так я чувствовала себя увереннее, чем на двух ногах, но тишина пугала.
- Следующая станция «следующая», а предыдущая станция уже была, а потом ещё будет станция… - бессвязно говорила я, чтобы хоть какие-то звуки заглушили тишину.
Я замолчала, прислушиваясь к своему голосу, но он уже стих, что было предсказуемо, так как я замолчала.
- Вот так, - сказала я тихо.
Говорила я, но голос был каким-то чужим. Я села на колени и задумалась о том, что тот, кто говорит может быть вовсе не мной, а кем-то другим, что кем-то другим может быть и тот кто сидит в этой коробке, что и тот, кто думает обо всё об этом может быть кем-то другим, при том, что настоящая я сейчас пью кофе и собираюсь на работу.
Я покрутила головой, чтобы вытряхнуть из неё эти мысли, но мысли не хотели вытряхиваться, а только перемешивались. Я сделала резкий выпад головой вперёд, чтобы удариться ею о стену, но только упала и ударилась об пол, потому что стены не было. Подняв голову, стоя на четвереньках, я секунду думала о том, что пол тоже стена, только под другим углом. И я стала биться головой об пол. Легче мне от этого не становилось, скорее хуже, потому что голова начала болеть и кружиться, но мне надо было что-то делать, и я делала.
Поняв, что пробить окно в полу не получится, а вот голову разбить вполне реально, я успокоилась и легла на живот, сложив руки перед лицом так, что можно было спокойно дышать и смотреть в пол, которого не было видно.
Я перевернулась на спину и стала смотреть в потолок, но его тоже не было видно. Тогда я просто закрыла глаза, надавила на них костяшками ладоней, и в моей и без того кружащейся голове, в которой до сих пор раздавались глухие отзвуки ударов, закрутились яркие звёздочки, что стали складываться к узоры, а затем в картинки и в итоге я уже наблюдала сюжеты из своего прошлого, или будущего, или не своего.
Мне показалось, что я засыпаю, я убрала ладони от лица и легла поудобнее, но поймала себя на том, что лежу, скрестив руки на груди. Вдруг появилось желание просто умиреть, чтобы больше не думать о том где я, зачем, кто в этом виноват и как этого избежать. Я представила, что на самом деле умерла и нахожусь в каком-нибудь аду, раю или чистилище. Затем я вспомнила, как в детстве боялась, того, что, умирая, человек перестаёт видеть, слышать, чувствовать, но продолжает сидеть там, в мёртвом теле в полной темноте, тишине и неведении, замкнутый в своём же сознании… навечно.
- Ну что?, - сказал голос рядом.
Я открыла глаза, но темнота не открыла мне говорящего.
- Что? Кто ты? – спросила я, пытаясь подняться, но ответа не последовало, так что я уже решила, что у меня звуковые галлюцинации и легла снова, но умирать уже не хотелось, так же как и лежать, так что я села и стала прислушиваться.
Голос прозвучал снова:
- Ты готова?
Знакомый, женский, даже скорее девичий голос. Может кто-то из моих учениц?
- Готова к чему? – поинтересовалась я, решив, что если это и галлюцинация, я ничего не теряю пообщавшись с ней.
- Я хотела пообщаться с тобой, потому заперла тебя здесь, - проговорил голос.
- Довольно странный способ заставить человека говорить, - заметила я.
- В других ситуациях ты не хочешь говорить со мной, не замечаешь меня.
- Да кто ты? – спросила я, хотя мне было не важно кто это, потому что мне действительно просто хотелось пообщаться, хоть с кем-то, хоть о чём-то. Поделиться своими эмоциями, а главное, получить хоть какую-нибудь новую информацию.
- Тебе же не важно кто я…
- А где ты? – спросила я.
- Там же, где ты, стою у двери.
- Тут нет двери, - с раздражением заявила я.
- У тебя всегда так.
- Как? Так? – возмутилась я.
- Ты обошла всю комнату? – я не ответила, но голос продолжил за меня, - Нет! Тебе нужно было просто идти по прямой в любом направлении, добраться до стены и пойти вдоль неё, но ты не дошла ни до одной стены, походила кругами, сдалась и решила всё бросить, причинить боль самой себе, а затем умереть.
- Ты следишь за мной? – спросила я, прикрывая руками своё нагое тело, - Что ты за маньячка такая?
- Я помогу тебе, - вместо ответа заверил голос, и я почувствовала тёплую ладонь в своей ладони, - Но я выведу тебя только отсюда, дальше ты пойдёшь сама. Только иди. Понимаешь?
Я кивнула в ответ на вопрос, забыв о том, что собеседница не может меня видеть, но она, кажется, видела, потому что после моего кивка, потянула руку, помогая мне подняться, а потом повела куда-то вперёд. Я с жадностью сжимала нежную, мягкую девичью руку, уверенная в том, что так же сжимала бы склизкое щупальце, если бы оно неожиданно появилось в этом пустом мире.
- Вот и дверь, - сказал голос, и моя рука, повинуясь ведущей, легла на металлическую ручку, - Запомни, что всегда есть рамки, но всегда есть и двери. А теперь иди.
Я нажала на ручку и толкнула от себя, но дверь не поддалась.
Послышался вздох:
- И, найдя эту дверь, нужно её ещё открыть.
Я поняла и дёрнула дверь на себя, она отворилась, впустив в темноту яркий до боли свет.
Стоя на пороге чистой тьмы, я смотрела на чистый свет, не решаясь войти в него.
- Иди, - повторил голос, и я повернулась, чтобы разглядеть его источник.
Это была я. Совсем юная, такая же обнажённая, прикрытая длинными распущенными волосами, ещё не испорченными химической краской.
Я взяла себя за руку и спросила:
- Я ведь сплю?
- Да, ты заперла себя в своём разуме и не хочешь покидать его.
- Но я жива?
- Жива, но страшно опаздываешь на работу.
Я сделала шаг в свет и распалась на миллионы маленьких кусочков, слившись с бескрайним миром, став его частью. Почувствовав себя наконец свободной, я просто летела, видя и слыша всё, что есть, было и будет.
Короткий миг свободного полёта, я вновь натолкнулась на стену и в ней оказалась дверь, ведущая в другой мир… В тот, где я проспала на работу.