Галерея, Часть 1 - Виконтесса Мари-Лаура

— Вы приговариваетесь к пожизненному ношению титула Одинокого Волка! — с этими словами Судья с головой шакала стукнул своим молоточком.

— Нет! Нет! Послушайте, умоляю! Я не заслуживаю этого! Я невиновен! — хнычущего, брыкающегося во все стороны и разбрызгивающего вокруг слюни и сопли юношу под руки оттаскивали двое крупных волкоголовых мужчин в чёрных костюмах.

— Дорогуша, кажется, всё закончилось. Нам пора идти.

Девушка даже голову не повернула в сторону голоса, а лишь продолжала причитать, не осознавая, что обращаются именно к ней:

— И к чему вся эта истерика? Что такого страшного? Что вообще в этом приговоре плохого? Не понимаю...

— А чего непонятного? — к девушке повернулась престарелая львиная голова в цилиндре, — Нет ничего хуже одиночества. Все это знают.

Девушку это немного разозлило, и она хотела было возразить да начать перечислять все так любимые ею достоинства одинокой жизни, но кто-то положил ей на плечо руку в белой перчатке.

— Милая моя, повторюсь, нам уже пора. — голос был настолько спокойным, что вызывал какое-то странное чувство неудобства, а некоторых такой безэмоциональный голос может и вовсе вывести из себя.

— А Вы, собственно, кто? — юная леди наконец обратила внимание на звавший её всё это время голос и с недоверием подняла глаза на стоявшего рядом молодого человека с головой красноглазого белого кролика. Положив одну руку на плечо зазнайки, в другой руке незнакомец держал элегантную трость с аккуратной кроличьей головкой с опущенными ушами на верхушке.
Девушка находилась в местном зале суда всего пару часов. Она не знала, как попала в это место и для чего необходимо её присутствие. Поначалу она просто сидела и тихо наблюдала, стараясь не привлекать к себе внимания, но сейчас было видно, что нрав этой девушки не так прост. В большинстве случаев «посетители» просто сидели и ждали, пока им не скажут куда идти и что делать. Они просто смотрели за происходящим, чувствуя свою чужеродность, и старались не нарушать гармонии мира, в котором оказались (весьма мудрое решение, если подумать). Но эта самопровозглашённая королевка никогда не сидела сложа руки, если ей что-то не нравилось. Настоящий человек действия (только самооценку бы снизить немного). Спустя какое-то время она уже чувствовала себя частью этого мира и спокойно высказывалась по любому поводу. Ещё немного и, казалось, она столкнёт судью, отберёт у него молоточек и начнёт командовать.

— Проводник.

— Ну, ладно, мистер Проводник. А мы, собственно, где? — и вот тут Проводник не знал чему стоит удивиться больше: наглости гостьи или её способностям к адаптации.

— Расскажу в другом месте. Пойдёмте. — Кролик подал ей руку, чтобы помочь встать. Так же спокойно и безэмоционально, как и говорил. Создавалось ощущение, словно каждое его действие было пропитано этой странной неприступностью.

Любопытство взяло верх над наглостью. Сгорая от желания узнать, что это за дурдом, девушка встала, проигнорировав жест Кролика, и поспешно направилась к выходу. Проводник на это лишь вздохнул и покачал головой, опираясь обеими руками на трость. И почему ему не дозволено вести себя с гостями так, как он считает нужным?

Выйдя вместе с гостьей из Зала Суда, Проводник усадил девушку в коридоре на одну из лавок рядом с дверьми. В отличие от самого Зала Суда, где каждая поверхность была буквально натёрта до блеска, здесь всё казалось посеревшим и пыльным, а со стен штукатурка уже была готова спрыгнуть сама.

— И чего мы здесь забыли? Почему никуда не идём? Какой смысл было покидать... м-м-м...ну, тот суд?

— О таком, о чём мы будем сейчас говорить, не принято болтать у всех на виду, а тут редко кто появляется.

— Понятно. А теперь... — девушка подняла руку с выпрямленным указательным пальцем.

— Погоди, — Кролик приложил свой палец к губам юной леди, которая, не ожидая столь дерзкого вторжения в своё личное пространство, тут же нахмурилась и скорчила недовольную рожицу, — Не всё сразу. И не надо командовать. Задавай вопросы постепенно, спокойным тоном, не спеши. Если вдруг повысишь голос, будешь молчать, как сейчас, и ничего не узнаешь.

Кролик убрал палец. Она глубоко вздохнула. Вопросов море, а решить, с какого начать, непросто.
— Ладно. Думаю, прежде всего нужно узнать, где я. Итак, где я?

— Смотря что ты имеешь в виду.

— Какой миленький ответ. Ещё расплывчатее и пафоснее нельзя? Это что, сон?

— И да, и нет.

— А как это? — наглость вновь начала уступать любопытству, голос гостьи стал мягче. В нём чувствовалась задумчивость, появилось желание расположить к себе.

— Ты спишь и думаешь, что видишь сон. На самом деле, ты находишься в месте, очень далёком от твоей реальности и всем с ней связанным. Но мозг воспринимает это как сон.

— Ладно... — ответ Проводника мало о чём ей говорил, — Что это за мир?

— Это — Галерея Одиночества. Здесь можно увидеть абсолютно все проявления и виды одиночества, а также различные исходы влияния одиночества на людские жизни. К нам постоянно поступают новые экспонаты. — последнюю фразу Проводник произнёс так, будто гордился этим фактом и ему не терпелось похвастаться.

— А только что... Это было...

— В Зале Суда всё начинается. Там же всё и заканчивается: выносят приговоры, отменяют приговоры, назначают, сокращают и продлевают сроки...

— А почему я здесь? Неужто и мне когда-то вынесли приговор в этом вашем Зале Суда?

— Да, вынесли. Но ты здесь сейчас не совсем по этой прричине. Ты здесь, чтобы кое-что увидеть и кое-что осознать. В конце своего путешествия ты наверняка скажешь, что урок прост и очевиден, однако, будь он для тебя столь "прост и очевиден", ты бы сейчас здесь не сидела. И опережу твой вопрос, пускай и сам просил сохранять терпение. После вынесения приговора люди просыпаются, абсолютно забыв это место.

— И приговор действует без их ведома?

— Можно и так сказать. Но послушай. Разве в твоём мире человек, понёсший наказание, никогда не чувствует даже самую малость, что такая судьба заслужена им не просто так?

Молчание.

— Настоятельно рекомендую поразмыслить. Потом дашь свой ответ. Кстати говоря, частичка людей остаётся здесь. Мы называем их Отражениями. Внешне от своих хозяев они не отличаются. С их помощью за дальнейшей судьбой побывавших тут можно следить и наблюдать. Не буквально, конечно... Поймёшь, как только увидишь. Они – часть картины. Они – главные герои картин. Они создают картину.

— Тогда чего же мы ждём?! — улыбаясь (причём совершенно не понятно, почему), девушка с какой-то неуместной радостью вскочила и развела руки в стороны, встав спиной к Проводнику. — Чем скорее я всё осмотрю, тем скорее вернусь домой! Ведь так? — юная леди опустила руки и обернулась, ехидно улыбаясь и смотря в глаза Проводнику. Всё же было не совсем ясно, с чего такие радости.

Неужели её наглость и самоуверенность вернулись так быстро? Хотя в её возрасте многие страдают перепадами настроения. А может, она ожидает какого-нибудь геройского приключения? Из этого могла бы выйти забава. Но не здесь. Это не место для забав и приключений.