Былое

 Что ни говорите, а умели наши доблестные калачевские речники в далеком прошлом что – нибудь экстравагантное выкинуть, смеша вселенский речной  народ. К примеру: на буй повариху среди Цимлянского водохранилища с парохода высадить, не буду  уточнять, с душа в каком виде ее разяренные достали. Ведь предупреждали ее по - хорошему!

- Да не пересаливай же ты безбожно пищу! Почему у тебя макароны по флотски колобком покатились? Где тебя дуру готовить только учили? На буй высадим!

-Ничого зъйисте, - отмахивалась от всех хохлушечка, - заййлысь дуже вже!

Не поверила! Голодная и выпившая без закуски команда зверю подобна. Цветастый, красивый, коротенький фартук ей все же оставили. То – то было удивление и развлечение всем туристам с идущего следом пассажирского теплохода.

 Когда их команда по тревоге «Человек за бортом» снимала ее матерящуюся с качающегося буя. Да только ради этого бесплатного незабываемого зрелища стоило обязательно в круиз пойти.

 В каком еще скажите кинофильме, в те целомудренные времена, можно было бы увидеть такую пикантную пышнотелую эротическую сцену, да еще среди пляшущих волн, где берега виднелись лишь далеком туманчике на горизонте.

Паровики!  Старые добрые многочисленные пароходы – это особые истории и предмет особой гордости бывшего завода КССЗ. Как прекрасно и красиво они дымили  своими  черными трубами. Порой «одаривая» половина города и огороды Черкасова  въедливым черным дымом.

 Механики на таких пароходах очень ценились в те времена, асы своего черного дела. Умение пар держать в котле – это вам не шутки, я вам доложу. Без пара машина отрегулированная как надо не закрутится,  как бы там капитан в рубке не рулил, а ход парохода зависел только от механика.

 Конкуренция за престиж своего парохода между механиками была  нешуточная. Если сходились два парохода в одном водохранилище, то между ними обязательно разворачивались ярые «смертельные» гонки, за честь родного парохода.  Нещадно дымя черным дымом, костьми ложились, чтобы не уступить сопернику первенство.
Вот так однажды  «Виктория» с «Менделеевым схлестнулись в такой гонке не на жизнь, а насмерть.

 Половина водохранилища, а это сто километров, прошли с переменным успехом, вот уже и узкий канал на горизонте показался, так тупо оба в него и влетели, не уступив друг другу и десяток метров. Но не суждено было им в тот день шлюзоваться в 13-м шлюзе, каждый свой откос так и нашел на полном ходу, пробив свои баржи.

 Из порта затем пригоняли пустые  с плавкраном, перегружали уголь, а неудачников протрезвевших капитанов  гонки отправили  прямиком  на понижение  в должностях всерьез и надолго. Но зато не посрамили честь родного парохода. И не где – нибудь, а в самом престижном месте Калача в «гадюшнике -зебре» никто не посмел за бутылкой  обозвать их родной пароход  черепахой, а капитана трусом.
 
И все же, среди доблестных паровиков, пароход «Крым» был всегда вне конкуренции. Удивительное дело, делал эти пароходы один завод, один проект, а вот  он все же выделялся среди других и все тут. Пальму первенства все пытался у него перехватить «Челекен», но кто ее добровольно отдаст.

Когда я еще работал на «Крыме» мотористом, вышли мы из Ростова утречком порожнем в Усть –Донецк под уголь. Впереди нас на три часа раньше вышел «Челекен» тоже « пустышка» с такими же двумя баржами как у нас. И вот началась незабываемая гонка, приз: кому сразу под погрузку становиться, а кому на рейде сутки болтаться, поражение и беславье глотая от обиды.

Механиком у нас был А. Андрухов трезвый  молчаливый до ужаса, но выпивши бездонная бочка анекдотов, дело свое знал и любил. Поставленную «военную» задачу от капитана быстро понял, так дымку на весь Дон подогнал, чудо , а не дым, впоследствии аж  до Горького отмывались. Впереди нас по такому же дыму безошибочно определяли невидимого догоняемого «кролика».

 И вот последний засемафоренный перекат перед Усть- Донецком остался и мы уже своими баржами его пароход обгоняем. Перекат на то и перекат, чтобы одному проходить, двоим не разойтись, раз такое дело, догнавши к вечеру «Челекен» на мель и выдавили. Его пустые баржи стало течением разворачивать, так мы своим «рогом» быстро их на место поставили. Закомолдин  Христофорыч, старый ас, свое дело туго знает.

 Правда, на барже  «Челекена» полутонные кнехты сбили за борт, только на тросах и остались висеть. Если бы утонули , то перекат минимум на сутки пришлось бы перекрывать, но ведь не утонули же. Загрузились первые благополучно. Судоходчики с Ф. Рогозой  наши гонки не оценили по достоинству, забрав у «гонщиков по талону. И после таких памятных гонок «Челекен» с механиком Макарьевым, худющим, бывшим узником Освенцима, уже не пытался больше оспаривать пальму первенства у «Крыма». Доказавшему на практике свое превосходство.
 
Кто из нас не слыхал в те времена о непревзойденном шутнике  -Тузнике в те времена, не было рейса чтобы он его спокойно провел, обязательно что – нибудь,  для смеха, где – нибудь да отмочит.  В войну он служил технарем на аэродроме, но имел столько баек про свою службу, я  считаю, что трижды героя ему по ошибке только не дали. Даже в те тяжелые времена никогда не терял своего оптимизма. Царствие ему небесное. Заслужил!

   Когда только начали строить новые крупнотоннажные суда то с названием уже давно определились - назвав их в честь канала Волго- Дон. А вот с прохождением их по каналу произошла большая заминка. Высокие речные эксперты однозначно высказали свое мнение, что прохождение таких судов практически по каналу невозможно. Решив все – таки впоследствии определить свои гипотезы опытным путем.

 В первые рейсы на Волго – Донах в канал отправлялись опытные капитаны, с большой осторожностью для себя осваивали они еще нехоженый речной узкий канал. И здесь их изрядно напрягали встречные суда, с которыми была большая проблема при расхождении. А когда еще в эфире звучал грозный голос: «Вниание я Тузник! Иду полным ходом! Всем судам срочно обеспечить мое прохождение!» То и вовсе стопорили свои машины пережидая в удобном месте.

 Недоумевая откуда неизвестно взявшееся крупнотоннажное судно, не оповестившее о нем диспетчером шлюза. Когда же из - за поворота навстречу им выскакивал маленький стопятисильный буксир - плотовод, нетерпеливо спрашивали: «Где там Тузник следом идет» Он гордо отвечал: «Я и есть Тузник! Посторонись!».

 Однажды в пятом шлюзе при подъеме на охранника направил ископаемый немецкий автомат, приказав мотористу нажать на клапана МО. От этих имитационных выстрелов охранник с испугу упал на асфальт, забыв про свою винтовку. Правда, в шестом шлюзе его уже нетерпеливо ожидала милиция вместе с ВОХР. Конфисковали  раритет, но «слава о доблестных охранниках» пятого шлюза осталась на века.

Или же тонущий плот матрасами затыкает, откачивая от течи. Пугая молодых судопропускниц на шлюзах, предупреждая, что сейчас тонут прямо в шлюзе.
В последний раз мне довелось с ним встретиться перед началом навигации 1973 года. Он уже в то время был неизлечимо болен раком, и лежал в постели.

 И вдруг на барже, к которой были ошвартованы теплоходы собралось куча народу, со смехом слушая рассказчика. Оказалось Тузник появился, изможденный весь болезнью, он всегда был для всех Тузником и только Тузником без имени и отчества, смеша народ своими байками. Затем за руку со всеми попрощался  и ушел, отвернувшись, утирая непрошенные слезы.

 И каждый из нас точно знал, что видим мы его в последний раз, после этой прощальной встречи даже месяца не прошло как его не стало. Дал ему Бог напоследок сил, прийти на завод и попрощаться с друзьями - речниками.

Шутник Семен Иванович Цыганков, родной старший брат легендарного Вани Цыганкова, еще с юношеских лет имел славу заядлого  поисковика, собирая по балкам да полям трофейное оружие. Милиция к нему с «гостевым» визитом регулярно наведывалась  конфисковывая целый арсенал его «доблестных» поисков.

 Один раз ему удалось даже развеселить весь наш городок. Нашел в балке танковый снаряд, не долго думая тут же приволок его к памятнику - танку на горе « Хорошем» , зарядил и бабахнул им по противоположному  луговому берегу. Бабы с колхозного поля  рысью убегали , думали , что опять война началась.

 Так что, если вы думаете , что на горе стоит памятник - танк нерабочий, то ошибаетесь, Правда заварили на нем все люки потом, Семен  Ивановича опасаясь. Впоследствии он всю жизнь в КССЗ проработал на речном транспорте капитаном.
Так и не расставшись со своим хобби заядлого поисковика, имея дружеский легкий характер. Отчаянный, мог на теплоходе в МО и снаряд даже распиливать со знанием дела, профессионал со стажем, одним словом.

 Мне пришлось в прошлом  у него теплоход принимать, когда он на пенсию уходил. На прощание  мне от него даже ракетница боевая в виде презента досталась, жаль, практиканты ее у меня увели уже на другом теплоходе.

 Уйдя на пенсию, Семен Иванович устроился сторожем на лодочную станцию. Бракушам спуску не давал, за реку ему было обидно. Один раз с трофейным ружьем двух браконьеров задержал. Они у него всю ночь Дону молились, прося прощения за свое варварство. Долго еще с памятными синяками на плечах от его приклада ходили. Вот я и говорю: "Да были! Были речники в свое время!" Жаль! Были да быльем поросли.



.