Оленья охота короля Витольда

1.

В лесном краю Тюрингии, в городе Гера, жил художник Йохан. Он владел небольшой мастерской и рисовал картины для местной ярмарки, а иногда – и на заказ богатым горожанам. Йохана знали как очень доброго человека. Многие считали его чудаком. Жил Йохан вместе с одиннадцатилетней дочерью Хельгой, которая продавала картины и вообще во всем старалась помогать отцу.
Однажды на ярмарку в Геру приехал король Саксонии Витольд Строгий. Такое прозвище он получил в народе из-за сильного и упрямого характера. Сопровождал короля Джакоб, его главный помощник и телохранитель. Оба под стать друг другу – высокие, стройные и надменные. Король Витольд считался красивым: черты его лица отличали утонченность и аристократизм. Брюнет с элегантной бородкой, считался любимчиком многих женщин, но его портили холодные глаза и довольно узкие губы. В отличие от короля, Джакоб был некрасив, с грубым лицом, похожий больше на простолюдина. Кроме того, он имел неприятную привычку. При разговоре смотрел исподлобья, а часто вообще отворачивался в сторону, так что никто никогда не видел его глаз.  И вообще слыл человеком жестоким, поэтому все его боялись.
Когда король Витольд вместе со свитой обходил ярмарочные ряды, Джакоб обратил его внимание на картины Йохана с нарисованными оленями. Король был страстным любителем охоты, особенно оленьей. Слава о нем как об удачливом охотнике шла по всей Саксонии. Йохан любил рисовать оленей, они у него получались как живые.  Особенно художнику нравился известный сюжет обращения в христианство святого Юстаса, когда тот встретил в лесу оленя с распятием между рогами.
– Олени у Вас получаются лучше людей, – заметил художнику король Витольд.
– А они действительно лучше людей, – подтвердил художник.
Король с удивлением взглянул на Йохана, будто услышал что-то невероятное. Его брови устремились вверх.  Художник смутился. Король бросил взгляд на его руки, испачканные краской. Совсем растерявшись, Йохан стал осторожно вытирать их о холщовую рубаху.
 – И чем же лучше? –  строгим голосом поинтересовался король.
 – Олени никому не причиняют боли. Они красивые и добрые, – простодушно ответил Йохан.
– Но все же мы охотимся на них, – произнес с усмешкой Джакоб, – не  хочешь ли ты сказать, что это мы плохие? 
В его голосе сквозил холодок.
– Я говорил только об оленях, которых рисую, – испугавшись, что невольно может обидеть вельмож, пошел на попятную Йохан.
– В Саксонии охота всегда считалась благородным занятием, – высокомерно заметил король Витольд. – В ней нет ничего безнравственного, что нарушало бы мораль. Может, олени и красивей людей, но нам также даны ум и сила, дабы утверждать свою власть над природой.
Король Витольд из-за своего благородства не мог уйти просто так и купил у Йохана несколько работ. И действительно, это были настоящие живописные полотна! Неудивительно, что король пригласил Йохана вместе с его дочерью к себе в замок Кенигплац, чтобы художник нарисовал ещё несколько картин с натуры.  Пока строгий правитель проявлял любезность, Джакоб сохранял показное равнодушие.
– Ты знаешь, но он мне совсем не понравился, – сказал дочери художник, когда вельможи ушли.
– Кто, король?
– Нет, король просто очень надменный. Но все же купил картины и пригласил к себе. Я же про того, что был с ним. С недобрым лицом.
Спустя некоторое время король Витольд прислал в Геру за художником карету, и Йохан вместе с Хельгой отправились к нему в замок. Сопровождал их веселый простодушный человек – кучер Франц.
Дорога была долгой и пролегала по гористой местности, через густые леса. Карета, слегка покачиваясь, катилась между сосновыми и дубовыми деревьями.  Был солнечный и жаркий день. Когда оставалось ехать совсем немного, лошади неожиданно остановились. Уже порядком притомившиеся Йохан с Хельгой вышли из кареты и увидели причину внезапной остановки. Посреди лесной дороги стояли олени. Они совершенно спокойно и удивлённо смотрели на путников. Самым красивым из них был белолобый молодой олень. Хельга подошла и погладила белолобого красавца.
– И как они Вас не испугались! – удивился кучер.
– Не знаю, по-моему, они и сами хотели подойти ко мне, – ответила Хельга. – А вообще, я раньше никогда не видела оленей, разве что на картинах отца.
Франц тихонечко слез с кареты и встал рядом с Хельгой, а потом осторожно передал ей небольшой кусок хлеба. Девочка стала угощать оленей, они ели из её рук.
– Оленей, конечно, здесь много, – заметил кучер. – Здесь рядом река. Наверное, сюда они ходят на водопой. Я в этом месте встречал их не раз. Обычно они очень пугливые.
– Думаю, олени умные и знают, что я их не обижу, – по-своему объяснила случившееся Хельга. – Правда, папа?
– Просто ты такая же светленькая, как и они. Ну что, тебе олени понравились?
– Очень! – глаза Хельги излучали восторг.
Когда карета снова тронулась в путь, вскоре показался, окруженный лесами на высоком холме над самой Эльбой, замок Кенигплац, большой и довольно мрачный. Своей темной фигурой, похожий на пасть дракона, он готов был поглотить окружавший его живописный лес и чистую с изумрудной водой реку. Йохана с Хельгой встретили с почтением как желанных гостей. Им отвели две большие светлые комнаты. Одну для отдыха, а другую – под мастерскую, где Йохан должен был рисовать свои картины. Короля в тот день приезжие не увидели, а вот Джакоб заглянул на минутку, поинтересовался, хорошо ли они устроились.  При этом помощник строгого короля был, как всегда, мрачным.
Вечером Хельга пошла прогуляться. Во дворе она наткнулась на рыжего и внешне какого-то нескладного подростка Матиса, дразнившего гончих собак. Он размахивал перед их мордами тряпкой. Собаки громко лаяли, бросались и пытались вырвать тряпку из рук подростка. Матис же смеялся и периодически ударял ею по собачьим мордам, как бы им в наказание, чем еще больше их злил…
– Зачем ты их мучаешь? – попыталась вмешаться Хельга.
– Я их не мучаю, а готовлю к охоте. Гончие должны быть злыми и выносливыми, чтобы могли поймать и затравить оленя. – Матис был доволен своей игрой.
– Но разве хорошо убивать оленей? – не хотела уступать наивная девочка.
– Но ведь на то и охота. На ней всегда убивают зверей. И будь уверена: я не упущу ни одного оленя! – похвастался подросток.
– Но ведь олени красивые и добрые. Люди не должны их убивать.
– Ты просто дурочка. Ничего не понимаешь в охоте! – рассмеялся Матис.
– А ты просто злой мальчик. И, по-моему, это ты ничего не понимаешь, – с обидой заключила дочь художника...
Йохан и Хельга прожили в замке несколько недель. За это время Йохан создал несколько картин, к которым король Витольд,  на удивление художника, не проявил большого интереса. Лишь однажды, зайдя в мастерскую, король Витольд спросил, как идёт работа. Рассматривая вместе с Джакобом полотна, король Витольд  обратил внимание на белолобого красавца.
– Где Вы могли такого видеть? – и не дожидаясь ответа, – Всё равно, это всего лишь олень. А ты как считаешь, Джакоб?
Йохану показалось, что Джакоб очень внимательно рассматривает картину.
– Это самый обычный олень, – равнодушно подтвердил Джакоб.
Йохан хотел было возразить, но увидел, как Джакоб нахмурил свои чёрные густые  брови, и ему стало не по себе. Йохан  промолчал.
– Тебе нравится эта картина? – король Витольд хотел услышать мнение своего помощника.
– Мой король, я ничего не понимаю в живописи, но зато разбираюсь в оленине, – ответил холодно Джакоб, на что король Витольд рассмеялся.
– А ведь я хотел подарить тебе эту картину, – король Витольд посмотрел на Джакоба.
– Тогда я почту это за честь и буду дорожить подарком, – Джакоб учтиво склонил свою голову в сторону короля.
Видя такое безразличие к своей работе, Йохан уже подумывал о возвращении домой в Геру, как неожиданно Витольд заказал ещё одну картину на тему охоты на оленей. 
– Вы все увидите сами, – предложил строгий король, – Может Вы и не любитель, но, поверьте, зрелище ожидает замечательное!
– Конечно, стоит посмотреть, – подтвердил Джакоб. – А главное – получится прекрасная картина. Задержитесь на несколько дней. Не пожалеете.
Йохан хотел возразить, но не стал этого делать, наслышанный о строгих характерах правителя Саксонии и его помощника. Он уже подумывал, как рассказать дочери о предложении короля.


2.

В день охоты, с раннего утра, королевский егерь в сопровождении ищейки выслеживал по всему лесу оленей. Отряд охотников во главе с королем Витольдом организовывал эстафету. По пути ожидаемого следования оленей расставляли гончих собак.  Лучники на лошадях ожидали своей очереди. Небольшой отряд пеших охотников пробирался по лесу медленно и тихо. А уже за ними украдчиво двигались всадники. Делали все осторожно, чтобы не вспугнуть оленей, которых без излишней тревоги склоняли к продвижению до цепи замаскированных лучников. Сами олени, теснимые охотниками и собаками, сначала отошли в глубину леса, а потом уже по созданному коридору к реке.  Постепенно стадо оленей загонялось охотниками к излучине  Эльбы, так что дальше бежать было некуда.
                В тоже время на реку спустили две большие лодки с людьми, вооруженными длинными рогатинами и копьями, чтобы не позволить оленям уйти вниз или вверх по реке. А на другом берегу Эльбы, напротив излучины, засели лучники с собаками, на тот случай, если кому-то из оленей удастся переплыть реку. Все предвкушали большую охоту.
Художник Йохан расположился с мольбертом на высоком холме. В нескольких шагах от него на конях обозревали окрестности король Витольд вместе со своим  помощником Джакобом и егерями.
В этом месте Эльба делала изгиб, и с холма открывался замечательный вид на большую поляну, окруженную рекой. В дальнем углу поляны по рыжей копне волос Йохан заприметил Матиса, который помахал художнику рукой и с несколькими гончими укрылся в зарослях кустарника.
– Ну что, Джакоб, сегодня будет славная охота! – повернулся к своему помощнику король Витольд. В его глазах промелькнули искорки. – Надеюсь, сегодня не упустим ни одного оленя.
– Разумеется, мой король, – подтвердил Джакоб, он тоже предвкушал яркое событие.
Егеря  одобрительно кивали головами, сдерживая свое нетерпение приступить к охоте.
Вначале ничто не нарушало видимого спокойствия, лишь издалека раздавался приглушенный лай гончих. Потом с его приближением, король вместе с Джакобом и егерями на конях удалились в лес.  На какое-то время все снова затихло. Йохан уже заскучал и тут внезапно на поляну выбежало несколько оленей. С непривычки оказавшись на открытом пространстве, они испуганно озирались по сторонам. Через несколько мгновений вышла ещё стайка оленей. Теперь художник мог хорошо их рассмотреть. Какие же они были и прекрасные, и напуганные. Йохан видел их глаза, полные страха. Из глубины леса отчетливо слышался шум приближающихся к поляне людей и собак. Олени не знали где искать спасение, упираясь в реку. И вот из леса выбежали гончие, а за ними вслед показались люди. Олени оказались в смертельной западне.
Йохан хорошо видел, как несчастные животные в отчаянии метались из стороны в сторону и как на них набрасывались собаки. Особенно выделялся белолобый красавец, которого они с дочерью встретили на пути в замок. Несколько оленей бросились в воду. Эльба в этом месте быстрая и глубокая, поэтому преодолеть ее сложно. Тут же с другого берега реки раздался лай, а из кустов вышли лучники, которые стали целиться в плывущих оленей. Когда одному все же удалось выбраться на берег, тут же в его тело вонзилось несколько стрел, и олень упал замертво. Остальных, поплывших по течению, встречали люди на лодке и забивали шестами и копьями.   
В то же время несколько оленей, остававшихся на поляне, среди которых и красавец белолобый, попытались прорваться назад в лес. Со всех сторон на них летели стрелы. Из последних сил олени ринулись в сторону густых кустов, туда, где их поджидал Матис со своими злыми гончими. Едва белолобый исчез в зарослях, как Йохан услышал звонкий лай собак, преследующих оленей. И в тот же миг в их сторону через поляну промчался на коне Джакоб. Художник не ошибся: сподручный короля сжимал плётку и даже издалека  было заметно его злое лицо.  Едва вельможа влетел в заросли, Йохан услышал резкий крик. Почти одновременно раздался визг собак, словно олени ударили их и ногами, и рогами. Это показалось странным…
– Что бы там не случилось, теперь им точно конец, – подумал Йохан и от огорчения бросил кисти на землю. Художник больше не хотел смотреть на эту облаву.
События произошли так стремительно, что он не успел ничего нарисовать. 
Последнее, что Йохан увидел, это как гончие крутились вокруг лежавших на поляне оленьих тел, ожидая, когда их начнут разделывать и они получат свою собачью награду.
Всё закончилось.
Возле мертвых оленей суетились лучники. Они смеялись. Охота оказалась успешной.
Йохан собрал кисти и уже намеревался возвращаться в замок, когда король Витольд окликнул его.
– Вы не присоединитесь к нашему пиршеству?
– Просто я беспокоюсь за свою дочь, – попытался оправдаться художник. – Хельга осталась в замке одна.
– Разве Вам следует за нее волноваться? Девочка тоже могла к нам присоединиться. Впрочем, Ваше дело. Надеюсь, картина оленьей охоты, которую Вы напишете, получится красивой.
 – Убийство не бывает красивым, – тихо, чтобы король не слышал, ответил Йохан.
Он шел по направлению к замку и встречал женщин и детей, которые в хорошем настроении спешили на охотничий праздник.

3.

Хельга, узнав о случившемся, горевала о несчастных оленях.
На следующий день во время утренней прогулки Йохан повстречался с Джакобом. По внешнему виду сподручного короля, как всегда холодного и собранного, художник предположил, что тот не мучается угрызением совести.
– Вы его убили? – с опаской поинтересовался Йохан.
– Кого? – переспросил Джакоб.
– Белолобого оленя. Самого красивого, – пояснил Йохан.
Джакоб не удостоил художника ответом. Йохан отчетливо уловил усмешку на лице вельможи.
Хельге не хотелось больше оставаться в замке, и она стала просить отца поскорее вернуться домой, в Геру. Йохан, не теряя времени, стал рисовать картину оленьей охоты короля Витольда. Он хорошо понимал дочь и торопился поскорее выполнить заказ, чтобы забыть о случившемся. Прислуга не отходила от него и была готова, согласно распоряжению короля, выполнять любые прихоти художника. Сам король несколько раз интересовался  его работой.
Хельга показывала равнодушие к работе отца, хотя в действительности лукавила: ей было интересно посмотреть на картину.
– Ты не должен рисовать гибель оленей, – наконец не выдержала она.
– Но ведь это правда. Их всех убили, – возразил ей отец. – Может, мне и неприятно рисовать такое, только это всего лишь картина.  Для неё король Витольд меня и пригласил.
– Не верю, что никто из оленей не смог спастись. Это несправедливо, – настаивала Хельга, – и ты должен рисовать не смерть, а спасение.
– К сожалению, в жизни много несправедливости, – с грустью ответил Йохан.
– Как ты можешь так говорить? Ты просто не мог всего видеть. Ты был далеко. Олени не могли все погибнуть. Слышишь, НЕ МОГЛИ! – неожиданно почти закричала на отца Хельга.
– И тем не менее, это так.
– Кому нужна такая твоя картина? – не унималась Хельга.
– Королю Витольду Строгому. Разве ты не видишь какие здесь порядки?
– Но раньше ты рисовал другие картины. Ты рисовал живых красивых оленей для добрых людей.
– А ты много встречала добрых людей? Может, этот мальчишка Матис или живодер Джакоб – добрые? Все они готовы убивать и радуются при этом. Да и в Гере многие ли покупают мои добрые картины?
 – Как бы мало людей их не покупало, ты всё равно не можешь рисовать картины, где оленей убивают.
Йохан молчал. Из глаз Хельги брызнули слёзы. Она закрыла глаза ладонями и выбежала из комнаты.
Во дворе она наткнулась на Матиса.
– Ну что, доволен? – спросила она мальчишку с нескрываемой ненавистью.
– Чем? – удивился Матис.
– Как чем? Разве ты не убивал оленей? Может, пожалел их? – выпалила ему в лицо Хельга.
– Нет, – ответил обескураженно Матис.
– Что нет?!
– Я хотел, но..., –  внезапно Матис словно проглотил язык.
И тут Хельга заметила стоявшего чуть в стороне Джакоба, который зло смотрел на Матиса. Мальчишка его тоже увидел.
– Ну, тебя, – махнул он рукой на Хельгу и, уже не обращая на неё внимания, пошел прочь. Приблизившись к Джакобу, Матис заискивающе поклонился. На лице вельможи читалось презрение. Хельге показалось, что Матис дрожит от страха.  И вообще она решила, что они с Матисом говорили о разных вещах.

4.

В тот вечер Хельга повстречала кучера Франца. На небольшой тележке он вёз мешок овса. Наверное, для того, чтобы покормить своих коней.
– Ты что такая расстроенная? – спросил девочку кучер Франц.
– Все из-за охоты, – ответила Хельга, опустив глаза. – Вы тоже там были?
– Меня в тот день не было в замке и вообще, знаешь, я не люблю охоту.
– А мне казалось, что здесь все охотники. И все очень злые люди. Они убили всех-всех оленей и еще так радовались. Они даже оленят поубивали, – Хельга с надеждой посмотрела на кучера Франца, ожидая, чем он  ответит.
– Мне тоже очень жаль оленей, и я бы ни за что не стал их обижать. Но ты ошибаешься, здесь есть хорошие люди. Злых, конечно, хватает. Может, я с тобой соглашусь, их очень много. Но добрые все же есть.
– Я их не видела, – Хельга снова опустила глаза.
– Ты их просто не разглядела. Добрые люди не всегда показывают себя. Им приходится как бы прятаться за маской. Это ведь очень тяжело – жить в окружении злых. Но, добрые здесь есть. Очень умные и очень добрые. С одним из них ты хорошо знакома.
– Правда?
– Правда, – подтвердил кучер Франц.
– И кто же он?
Кучер Франц улыбнулся и пожал плечами.
– Понимаешь, моя девочка, иногда очень трудно распознать человека: злой он или добрый.
– А олени умеют распознавать людей?
– Олени ко всем добрые.
– Но Вы сами говорили, что они не ко всем доверчивы. Вот и Вас они тогда не испугались.
– Со мной всё просто. Я часто езжу по этой дороге и подкармливаю их. Возможно, что олени меня уже знают и привыкли. Но вот тебя они, действительно не испугались. Это удивительно. Получается, что они и вправду могут распознавать людей.
– А Вы их больше не видели? После охоты.
– Нет, не видел. Но я тоже очень надеюсь, что хотя бы кто-то из них спасся. А вообще ты должна понимать, что вы с отцом делаете очень хорошее дело. Ваши картины дарят людям добро.
– Здесь картины моего отца никому не нужны.  Даже королю они не понравились, – огорчилась Хельга.
– Ты опять ошибаешься. Здесь они очень нужны, уж если кто-то вас сюда пригласил. Ведь именно за тем, чтобы твой отец рисовал тут свои добрые картины… – кучер Франц с хитринкой посмотрел на Хельгу.
– Король? – предположила она.
– Не думаю. У того, кто вас сюда пригласил, ваша добрая картина висит в гостиной на самом видном месте. Но это не король.
Хельга казалась обескураженной. Она не понимала, о ком говорил кучер Франц.
 – Вот вы с отцом уедете, а добрые картины останутся. Может и люди, которые будут их видеть, постепенно начнут становиться добрее, – сказал ей напоследок кучер Франц.

5.

Прошло несколько дней. Йохан нарисовал большое полотно, на котором точно изобразил увиденное на охоте. Олени, выбравшись из леса на поляну, разбегались в разные стороны, но везде их поджидали охотники. Фигуру короля художник поместил в центр.  Строгий и красивый король Витольд гордым победителем возвышался над поверженными оленями. Картина получилась яркой и красочной.
Король Витольд, осмотрев работу художника, остался, вроде бы, довольным.  Он расплатился с Йоханом и не стал удерживать мастера от немедленного возвращения домой, в Геру.
Долго собираться не пришлось. Вещей немного. Йохан подумал, что король Витольд просто забыл предложить ему карету. Хельга же была рада идти пешком, только бы поскорее оставить замок Кенигплац. Девочка только что не бежала. Когда вышли из замка, Хельга обернулась. Ей показалось, что кто-то смотрит им вслед. И она увидела, как чуть в сторонке от входа в замок стоял Джакоб и провожал их взглядом. И что-то очень необычное показалось Хельге в том, как вельможа смотрел на них… 
Они все дальше уходили от замка, и неожиданно девочка поняла, что так её удивило. Джакоб не прятал глаза!  Да, вот ещё что: они были добрыми!
Наконец, замок исчез из виду. Шли по уже знакомой лесной дороге. Хельга повеселела, и на том самом месте, где прежде встретили оленей, решили сделать остановку.
Сразу Йохан и не заметил этого. Художник только услышал смех дочери.
– Ну вот, а ты не верил! – воскликнула девочка.
Насколько удивился Йохан, когда, обернувшись, увидел рядом с дочерью несколько оленей и среди них красавца-белолобого!
– Как такое могло случиться? – Йохан не верил своим глазам.
– А, по-моему, ничего удивительного, – спокойно ответила Хельга.
– Но я же сам все видел: этот красавчик никак не мог спастись. Я это действительно видел.
– Значит, ты видел не всё, – Хельга светилась от радости.
 – Это настоящее чудо! Господь…
 – Господь здесь ни при чём, – перебила отца девочка.
– Ты говоришь так, словно всё знаешь, – Йохан никак не мог прийти в себя.
– Просто знаю, что всегда надо верить в лучшее! И всегда найдется тот, кто встанет на сторону добра.
Художник задумался.
– Знаешь, наверное, ты права.
Их возвращение домой было счастливым.


Рисунок Татьяны Никольской

ВИДЕО-ВЕРСИЯ НА ЮТУБЕ: https://www.youtube.com/watch?v=R2xZVqtvs-w&t=808s


Рецензии
Благодарю за подаренное чудо!
Очень поучительная и добрая сказка!
С уважением,Елена Останина.

Елена Останина   26.03.2019 08:32     Заявить о нарушении
Спасибо Елена! Очень-очень приятно, что Вам сказка понравилась! С уважением ЮЕ

Юрий Николаевич Егоров   26.03.2019 09:59   Заявить о нарушении
На это произведение написано 10 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.