Оленья охота короля Витольда

1.

В лесном краю Тюрингии, в городе Гера жил художник Йохан. Он владел небольшой мастерской и рисовал картины для местной ярмарки, а иногда и на заказ богатым горожанам. Йохана все знали как очень доброго человека. Многие считали его чудаком. Жил Йохан вместе с одиннадцатилетней дочерью Хельгой, которая продавала картины и вообще во всем старалась помогать отцу.
Однажды на ярмарку в Геру приехал король Саксонии Витольд Строгий. Такое прозвище он получил в народе из-за сильного и упрямого характера. Сопровождал короля Джакоб, его главный помощник и телохранитель. Оба они были под стать друг другу – высокие, стройные и надменные. Король Витольд считался красивым: черты его лица отличали утонченность и аристократизм. Брюнет с элегантной бородкой был любимчиком многих женщин, но его портили холодные глаза и довольно узкие губы. В отличие от короля, Джакоб был некрасив, с грубым лицом, похожий больше на простолюдина, каковым, вероятно, и был. Кроме того имел неприятную привычку. При разговоре с людьми он смотрел исподлобья, а часто вообще отворачивался в сторону, так что никто никогда не видел его глаз.  И вообще слыл человеком жестоким, так что все его боялись.
Когда король Витольд вместе со свитой обходил ярмарочные ряды, Джакоб обратил его внимание на картины Йохана, на которых были нарисованы олени. Король был страстным любителем охоты, особенно оленьей. Слава о нем как об удачливом охотнике шла по всей Саксонии. Йохан любил рисовать картины с оленями, которые у него получались красивыми.  Особенно художнику нравился известный сюжет обращения в христианство святого Юстаса, когда тот встретил в лесу оленя с распятием между рогами.
– Олени у Вас получаются лучше людей, – остановив взгляд на одной из картин, заметил художнику король Витольд.
– А они, действительно, лучше людей, – подтвердил художник.
Король с удивлением взглянул на Йохана, как будто бы услышал что-то невероятное. Его брови устремились вверх.  Художник смутился. Король бросил взгляд на его руки, которые были испачканы краской. Совсем растерявшись, Йохан стал осторожно вытирать руки о свою холщовую рубаху.
 – Чем же они нас лучше? –  строгим голосом поинтересовался король.
 – Они никому не причиняют боли. Олени красивые и добрые, – простодушно ответил Йохан.
– И все же мы охотимся на них, – произнес с усмешкой Джакоб, – не  хочешь ли ты сказать, что это мы плохие? 
В его голосе сквозил холодок.
– Я говорил только об оленях, которых рисую, – испугавшись, что невольно может обидеть вельмож, пошел на попятную Йохан.
– В Саксонии охота на оленей всегда считалась благородным занятием, – высокомерно заметил король Витольд, – В оленьей охоте нет ничего безнравственного, что нарушало бы мораль. Может, олени и красивей людей, но нам даны также ум и сила, дабы утверждать свою власть над природой.
Король Витольд из-за своего благородства не мог уйти просто так, и купил у Йохана несколько картин с оленями. И действительно, картины были хороши! Неудивительно, что после этого король Витольд пригласил Йохана вместе с его дочерью к себе в замок Кенигплац, чтобы художник мог нарисовать несколько новых картин.  Джакоб при этом сохранял показное равнодушие.
– Ты знаешь, но он мне совсем не понравился, – сказал дочери художник, когда вельможи ушли.
– Кто, король?
– Нет, король просто очень надменный. Но все же он купил картины и пригласил нас к себе. Я же про того, что был с ним. С недобрым лицом.
Спустя некоторое время король Витольд прислал в Геру за художником карету, и Йохан вместе с Хельгой отправились к нему в замок. Сопровождал их веселый простодушный человек – кучер Франц.
Дорога была долгой и пролегала по гористой местности, через густые леса. Карета, слегка покачиваясь, катилась между сосновыми и дубовыми деревьями.  Был солнечный и жаркий день. Когда оставалось ехать совсем немного, карета неожиданно остановилась. Как только уже порядком притомившиеся Йохан с Хельгой вышли из кареты, они увидели причину внезапной остановки. Посреди лесной дороги стояли олени. Они были совершенно спокойные и удивленно смотрели на путников. Самым красивым из них был белолобый молодой олень. Хельга совершенно спокойно подошла к оленям и погладила белолобого красавца.
– И как они Вас не испугались? – удивился кучер.
– Не знаю, но мне показалось, что они сами подошли ко мне,- ответила Хельга, – Вообще, я ведь никогда раньше не видела оленей, разве что на картинах отца.
Франц тихонечко слез с кареты и встал рядом с Хельгой, а потом осторожно вложил в руки девочки небольшой кусок хлеба. Хельга стала угощать хлебом оленей, которые ели из ее рук.
– Их, конечно, здесь много, – заметил кучер, – К тому же  недалеко река. Наверное, здесь олени ходят на водопой. Я в этом месте встречал их не раз. Но обычно они очень пугливые.
– А я думаю, что олени умные и знали, что я их не обижу,- по-своему объяснила случившееся Хельга, – Правда, папа?
– Просто ты такая же светленькая, как и они. Ну что, тебе олени понравились?
– Они замечательные! – глаза Хельги излучали восторг.
После того как карета снова тронулась в путь, через недолгое время показался замок Кенигплац, который стоял окруженный лесами на высоком холме над самой Эльбой. Замок был большим и довольно мрачным. А из-за своего расположения казалось, что он, своей темной фигурой, как пастью дракона, готов был поглотить окружавший его живописный лес и чистую с изумрудной водой реку. Йохана с Хельгой обитатели замка встретили с почтением как желанных гостей. В замке им отвели две большие светлые комнаты. Одну для отдыха, а другую – под мастерскую, в которой Йохан должен был рисовать свои картины. Короля в день своего приезда гости не увидели, а вот Джакоб заглянул на минутку, поинтересовавшись, хорошо ли они устроились.  При этом помощник строгого короля был как всегда мрачным.
Вечером Хельга пошла прогуляться. Во дворе она наткнулась на рыжего и внешне какого-то нескладного подростка Матиса, дразнившего гончих собак. Он размахивал перед мордами гончих тряпкой. Собаки громко лаяли, бросались на тряпку и пытались вырвать ее из рук подростка. Матис же смеялся и периодически ударял тряпкой по собачьим мордам, как бы им в наказание, чем еще больше их злил.
– Зачем ты их мучаешь? – попыталась вмешаться Хельга.
– Я их не мучаю, а готовлю к охоте. Гончие должны быть злыми и выносливыми, чтобы могли поймать и затравить оленя, – Матис был доволен своей игрой.
– Но разве хорошо убивать оленей? – не хотела уступать наивная Хельга, глядя на Матиса своими большими темными глазами.
– Но ведь на это и охота. На ней всегда убивают зверей. И будь уверена, что я на охоте не упущу ни одного оленя, – похвастался подросток.
– Но ведь олени красивые и добрые. Люди не должны их убивать.
– Ты просто глупая девчонка. Что ты понимаешь в охоте? – рассмеялся Матис.
– А ты просто злой мальчик. И, по-моему, это ты ничего не понимаешь, – с обидой заключила дочь художника.
Йохан и Хельга прожили в замке несколько недель. За это время Йохан нарисовал несколько картин, к которым король Витольд,  к удивлению художника, не проявил большого интереса. Лишь однажды зайдя в мастерскую, король Витольд спросил, как идет работа. Рассматривая вместе с Джакобом нарисованное Йоханом, король Витольд  обратил внимание на картину с красивым белолобым оленем.
– Где Вы могли такого видеть? – и не дожидаясь ответа Йохана добавил, – Все равно, это всего лишь олень. А ты как считаешь, Джакоб?
Йохану показалось, что Джакоб очень внимательно рассматривает картину.
– Это самый обычный олень, – равнодушным голосом подтвердил Джакоб.
Йохан хотел было возразить, но увидел, как Джакоб нахмурил свои черные густые  брови, и ему стало не по себе. Йохан  промолчал.
– Тебе нравится эта картина? – король Витольд хотел услышать мнение своего помощника.
– Мой король, я ничего не понимаю в живописи, но зато я разбираюсь в оленине, – ответил холодно Джакоб, на что король Витольд рассмеялся.
– А ведь я хотел подарить тебе эту картину, – король Витольд посмотрел на Джакоба.
– Тогда я почту это за честь и буду дорожить подарком, – Джакоб учтиво склонил свою голову в сторону короля Витольда.
Видя безразличие короля к своей работе, Йохан уже подумывал о возвращении домой в Геру, как неожиданно король Витольд заказал Йохану еще одну картину на тему охоты на оленей. 
– Вы все сможете увидеть сами, – предложил строгий король, – Может Вам и не нравится сама охота, но, поверьте, все будет очень красиво.
– Конечно, это стоит того, чтобы увидеть, – подтвердил Джакоб, – А главное – это будет прекрасная картина. Вам всего лишь надо будет задержаться здесь на несколько дней. Но Вы не пожалеете.
Йохан было хотел возразить, но не стал этого делать, зная строгий характер правителя Саксонии и его помощника. И он не знал, как рассказать своей дочери об этом предложении короля.

2.

              В день охоты, с самого раннего утра королевский егерь в сопровождении ищейки выслеживал по всему лесу оленей. Отряд охотников во главе с самим королем Витольдом, выдвинувшись к лесу, организовывал эстафету. По пути ожидаемого следования оленей они расставляли гончих собак.  Лучники на лошадях также ожидали своей очереди. Небольшой отряд пеших охотников продвигался по лесу медленно и тихо. А уже за ними двигались крадущиеся лошади со своими всадниками. Делали все осторожно, чтобы излишне раньше времени не напугать оленей, которых без ненужной тревоги склоняли к продвижению до цепи замаскированных лучников. Сами олени, теснимые охотниками и собаками, сначала отошли в глубину леса, а потом уже по созданному коридору направились в направлении реки.  Постепенно стадо оленей загонялось охотниками к излучине  Эльбы, так что дальше им бежать было некуда.
                На саму реку были спущены две большие лодки, в каждой из которых сидело по несколько человек, вооруженных длинными рогатинами и копьями.  Эти люди должны были не дать оленям уйти вниз или вверх по реке. А на другом берегу Эльбы, напротив излучины, засели лучники с собаками, на тот случай, если кому-то из оленей удастся переплыть реку. Все предвкушали большую охоту.
Художник Йохан расположился с мольбертом на высоком холме. В нескольких шагах от него на конях обозревали окрестности король Витольд вместе со своим  помощником Джакобом и егерями.
В этом месте Эльба делала изгиб, и с холма открывался замечательный вид на большую поляну, окруженную водами реки. В дальнем углу поляны Йохан заприметил Матиса, которого узнал по рыжей копне волос, который помахал художнику рукой, после чего с несколькими гончими укрылся в зарослях кустарника.
– Ну что, Джакоб, сегодня будет славная охота! – повернулся к своему помощнику король Витольд. В его глазах промелькнула искорка, – Надеюсь, сегодня мы не упустим ни одного оленя.
– Разумеется, мой король, – ответил Джакоб и было заметно что он тоже предвкушал яркое событие.
Егеря  одобрительно кивали головами, сдерживая свое нетерпение приступить к охоте.
Вначале все было тихо, и только издалека раздавался приглушенный лай гончих. Потом показалось, что лай приближается, и король вместе с Джакобом и егерями на конях удалились в лес.  На какое-то время все затихло. Йохан начал было уже скучать, как на поляну внезапно выбежало несколько оленей. Им было непривычно оказаться на открытом пространстве, и они испуганно озирались по сторонам. Через несколько мгновений вышли еще несколько оленей. Теперь Йохан мог их хорошо рассмотреть. Какие же они были прекрасные и как же они были напуганы. Йохану показалось, что он видит их глаза, полные страха. Из глубины леса отчетливо слышался шум приближающихся к поляне людей и собак. Олени не знали куда идти. Из леса все ближе к ним раздавался лай гончих, а впереди была широкая река. Олени бегали по поляне, не зная где искать спасение. И вот из леса выбежали гончие, а за ними вслед показались люди. Олени оказались в смертельной западне.
Йохан хорошо видел, как олени в отчаянии метались из стороны в сторону и как набрасывались на них собаки. Среди оленей был хорошо заметен белолобый красавец, которого они с дочерью встретили на пути в замок. Несколько оленей ринулись в воду и стали переплывать Эльбу. Река в этом месте быстрая и глубокая, так что оленям было тяжело плыть. Тут же с другого берега реки раздался лай, а из кустов вышли лучники, которые стали целиться в плывущих оленей. Когда один олень все же выбрался на берег, в него тут же вонзилось несколько стрел, и он упал замертво. Тогда остальные олени стали плыть по течению, и  были встречены людьми на лодке, которые стали бить животных шестами и копьями.   
В то же время несколько оленей, остававшихся на поляне, попытались прорваться назад в лес. Среди них был и красавец белолобый. Со всех сторон на оленей летели стрелы. Из последних сил животные побежали в сторону густых кустов, туда, где их поджидал Матис со своими злыми собаками. Едва белолобый исчез в зарослях, как Йохан услышал звонкий лай собак, преследующих оленей. И в тот же миг в их сторону через поляну промчался на коне Джакоб. Художник не мог ошибиться в этом. Джакоб сжимал плетку и даже издалека  было заметно его злое лицо.  Едва сподручный короля влетел в заросли, Йохан услышал его резкий крик и почти тут же раздался визг собак, словно олени ударили их своими ногами или задели рогами. Все это могло показаться странным.
– Что бы там не случилось, теперь им точно конец, – подумал Йохан и от огорчения бросил кисти на землю. Художник больше не хотел смотреть на охоту.
Все произошло так стремительно, что Йохан не успел ничего нарисовать. 
Последнее, что он увидел, это как собаки крутились вокруг лежавших на поляне оленьих тел, ожидая, когда их начнут разделывать и они получат свою награду.
Все было кончено.
Вокруг мертвых оленей суетились радостные лучники. Им было весело, потому что охота была успешной.
Йохан собрал кисти и уже намеревался возвращаться в замок, когда король Витольд окликнул его.
– Вы не присоединитесь к нашему пиршеству?
– Просто я беспокоюсь за свою дочь, – попытался оправдаться художник, – Хельга осталась в замке одна.
– Разве Вам следует за нее волноваться? Девочка тоже могла бы быть здесь. Впрочем, Ваше дело. Я надеюсь, картина оленьей охоты, которую Вы напишете, будет красивой.
 – Убийство не бывает красивым, – тихо, так чтобы король не слышал, сказал Йохан.
Он шел по направлению к замку и встречал женщин и детей, которые в хорошем настроении спешили на охотничий праздник.

3.

Хельга обо всем узнала и была удручена случившемся. Ей было очень жаль оленей.
На следующий день во время утренней прогулки Йохан повстречался с Джакобом. Тот как всегда был подтянут и строг.
– Вы его убили? – спросил Йохан.
– Кого? – удивился Джакоб. Вельможа не ожидал подобного вопроса от художника.
– Белолобого оленя. Очень красивого, – пояснил Йохан.
Джакоб не удостоил художника ответом. Йохан отчетливо уловил усмешку на его лице.
Хельге не хотелось больше оставаться в замке, и она стала просить отца поскорее вернуться домой в Геру. А Йохан стал рисовать картину оленьей охоты короля Витольда. Он хорошо понимал свою дочь и торопился поскорее выполнить заказ,  чтобы потом забыть случившееся. Королевская прислуга не отходила от него и была готова согласно распоряжению короля выполнять любые прихоти художника. Сам король несколько раз интересовался работой художника.
Хельга показывала равнодушие к работе отца, но в действительности она лукавила. Девочке было интересно посмотреть на картину.
– Ты не должен рисовать гибель оленей, – наконец, не выдержала она.
– Но ведь это правда. Их всех убили, – возразил ей отец, – может, мне и неприятно это рисовать, но это моя работа.  Для нее король Витольд меня и пригласил.
– Я не верю, что никто из оленей не смог спастись. Этого не может быть. Это не справедливо, – настаивала Хельга, – и ты должен рисовать не смерть, а спасение.
– К сожалению, в жизни много несправедливости, – с грустью ответил Йохан.
– Как ты можешь так говорить? Ты просто не мог всего видеть. Ты был далеко. Олени не могли все погибнуть. Слышишь – НЕ МОГЛИ!- неожиданно почти закричала на отца Хельга.
– И тем не менее, это так.
– Кому нужна такая твоя картина? – не унималась Хельга.
– Королю Витольду Строгому. Разве ты не видишь какие здесь порядки?
– Но раньше ты рисовал другие картины. Ты рисовал живых красивых оленей для добрых людей.
– А ты много встречала добрых людей? Может, этот мальчишка Матис или живодер Джакоб добрые? Все они готовы убивать и радуются при этом. Да и в Гере многие ли покупают мои добрые картины?
 – Как бы мало людей их не покупало, ты все равно не должен рисовать картины, где оленей убивают.
Йохан молчал. Из глаз Хельги брызнули слезы. Она закрыла глаза ладонями и выбежала из комнаты.
Во дворе она наткнулась на Матиса.
– Ну что, ты доволен? – спросила она мальчишку с нескрываемой ненавистью.
– Чем? – удивился Матис.
– Как чем? Разве ты не убивал оленей? Может, пожалел их? – выпалила ему в лицо Хельга.
– Нет, – ответил обескураженно Матис.
– Что нет?!
– Я хотел, но..., –  внезапно Матис словно проглотил язык.
И тут Хельга увидела стоявшего чуть в стороне от них Джакоба, который зло смотрел на Матиса. Мальчишка его тоже увидел.
– Ну, тебя, – махнул он рукой на Хельгу и, уже не обращая на нее внимания, пошел прочь. Приблизившись к Джакобу, Матис заискивающе поклонился. На лице вельможи читалось презрение. Хельге показалось, что Матис дрожит от страха.  И вообще она решила, что они с Матисом говорили о разных вещах.

4.

В тот вечер Хельга повстречала кучера Франца. На небольшой тележке он вез мешок овса. Наверное, для того, чтобы покормить своих коней.
– Ты что такая расстроенная? – спросил девочку кучер Франц.
– Это все из-за охоты, – ответила Хельга, опустив глаза, – Вы тоже там были?
– Меня в этот день не было в замке и вообще, знаешь, я не люблю охоту.
– А мне казалось, что здесь все охотники. И все очень злые люди. Они убили всех-всех оленей и еще так радовались. Они даже оленят поубивали, – Хельга с надеждой посмотрела на кучера Франца, ожидая, чем он ей ответит.
– То, что случилось, это очень плохо. Мне тоже очень жаль оленей, и я бы ни за что не стал их убивать. Но ты ошибаешься, здесь есть хорошие люди. Злых, конечно, хватает. Может, я с тобой соглашусь, их очень много. Но добрые все же есть.
– Я их не видела, – Хельга снова опустила глаза.
– Ты их просто не разглядела. Добрые люди не всегда показывают кто они. Им как бы приходится прятаться за маской. Это ведь очень тяжело – жить в окружении злых. Но, как я сказал, добрые здесь есть. Очень умные и очень добрые. С одним из них ты хорошо знакома.
– Правда?
– Правда, – подтвердил кучер Франц.
– И кто же он?
Кучер Франц улыбнулся и пожал плечами.
– Понимаешь, моя девочка, иногда очень трудно распознать человека: злой он или добрый?
– А олени умеют распознавать людей?
– Олени ко всем добрые.
– Но Вы сами говорили, что они не ко всем доверчивы. Вот и Вас они тогда не испугались.
– Со мной все просто. Я часто езжу по этой дороге и подкармливаю их. Возможно, что олени меня уже знают и привыкли. Но вот тебя они, действительно не испугались. Это удивительно. Получается, что они и в правду, могут распознавать людей.
– А Вы их больше не видели? После охоты.
– Знаешь, нет, не видел. Но, как и ты, я очень надеюсь, что хотя бы кто-то из них спасся. А вообще ты должна понимать, что Вы с отцом делаете очень хорошее дело. Ведь ваши картины дарят людям добро.
– Здесь картины моего отца никому не нужны.  Даже королю они не понравились, – огорчилась Хельга.
– Ты опять ошибаешься. Они здесь очень нужны и кто-то ведь сюда вас пригласил. Именно за тем, чтобы твой отец рисовал здесь свои добрые картины, – кучер Франц с хитринкой посмотрел на Хельгу.
– Король? – предположила она.
– Не думаю. У того, кто вас сюда пригласил, ваша картина висит в гостиной на самом видном месте. Но это не король.
Хельга была обескуражена. Девочка не знала, о ком говорил кучер Франц.
 – Вот вы с отцом уедете, а добрые картины останутся. Может и люди, которые будут их видеть, начнут становиться добрее, – сказал ей напоследок кучер Франц.

5.

 Прошло несколько дней. Йохан нарисовал большое красивое полотно, на котором точно изобразил увиденное на охоте. На картине Йохана олени, выбравшись из леса на поляну, разбегались в разные стороны, но везде их поджидали охотники. Фигуру короля художник поместил в центр картины.  На холсте строгий и красивый король Витольд возвышался над поверженными оленями. Картина была яркой и красочной.
Король Витольд, осмотрев работу художника, остался, вроде бы, довольным.  Он расплатился с Йоханом и не стал удерживать мастера от немедленного возвращения домой в Геру.
Долго собираться не пришлось. Вещей было немного. Йохан подумал, что король Витольд просто забыл предложить ему карету. Хельга же была рада идти пешком, только бы поскорее оставить замок Кенигплац. Девочка только что не бежала. Когда вышли из замка, Хельга обернулась. Ей показалось, что кто-то смотрит им вслед. И она увидела, как чуть в сторонке от входа в замок стоял Джакоб и провожал их взглядом. И что-то очень необычное показалось Хельге в том, как он смотрел на них. 
Они все дальше уходили от замка, и неожиданно девочка поняла, что так ее удивило. Джакоб не прятал свои глаза!  Да, вот еще что: его глаза были добрыми!
Наконец, замок исчез из виду. Шли по уже знакомой лесной дороге. Хельга повеселела, и они решили сделать остановку. Это было то самое место, где они встретили оленей, когда ехали в замок.
Сразу Йохан и не заметил этого. Художник только услышал смех дочери.
– Ну вот, а ты не верил! – воскликнула девочка.
Каково было удивление Йохана, когда обернувшись, он увидел несколько оленей, стоящих рядом с дочерью. И среди них был красавец-белолобый.
– Но как же это может быть? – Йохан не верил своим глазам.
– А, по-моему, ничего удивительного, – спокойно ответила Хельга.
– Но я же сам все видел. Этот красавчик никак не мог спастись. Я это, действительно, видел.
– Значит, ты видел не все, – Хельга светилась от радости.
 – Это настоящее чудо! Господь…
 – Господь здесь ни при чем, – перебила отца Хельга.
– Ты говоришь так, как будто бы ты все знаешь, – Йохан никак не мог прийти в себя.
– Просто я знаю, что всегда надо верить в лучшее! И всегда найдется тот, кто встанет на сторону добра.
Художник задумался.
– Знаешь, наверное, ты права.
Их возвращение домой было счастливым.


Рисунок Татьяны Никольской


Рецензии
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.