Купель

Они обошли эту скалу уже 3 раза – входа нигде не было видно.

Старенькая бабушка Лиана от усталости присела на плоский камень. Выглядела она плохо, как будто вот-вот умрет. Ей было 90 лет. Невысокая, худенькая старушечка, в белом платке и с полностью седыми волосами, лицо как «печеное яблочко». Сейчас цвет ее лица был  землистым – устала бедная. Еще бы, два дня слоняться по горам, ночевать под открытым небом, в ее-то возрасте.
Попала она в «Круг посвященных»  благодаря очень богатому внуку.

От рождения слепой мальчик Сашенька, сын банкира Ерофеева, присел рядом с ней. Ему всего 8 лет. Старая да малый совсем выбились из сил.
Это только кажется, что Крымские горы маленькие и, так сказать, «уютные», но горы – они горы и есть,  любая из них непостижимо больше любого из «человеков».

Уж и план подробный был, и идти сравнительно недолго, и крутых подъемов «в лоб» горе не было, а все равно – устали, изнемогли, на каждом привале ложились и дремали. Теперь вот еще и «потерялись».

Алексей, крупный и серьезный мужчина, начальник охраны банкира Ерофеева, решил сделать еще один привал.

- Сам поищу вход, - сказал Алексей, - а вы отдыхайте, ждите.

Сказал и, скинув тяжелый рюкзак, ушел обходить скалу в четвертый раз.

Юные и смертельно больные Павел и Сонечка, тут же, не сговариваясь, прилегли на мягкую светло-зеленую траву и, как-то одинаково, не мигая, уставились в небо. Может, молились? Они  и всю дорогу были очень немногословны, выглядели крайне болезненно и на вопросы старались отвечать кратко.

Вот и вся небольшая группа из ежегодных паломников к «святому месту», дающему все, чего человек не пожелает.   Попасть в таковые паломники можно только и исключительно по очень большому «блату». Даже сами попавшие в избранные не знали кому, в конечном итоге, уходили их огромные пожертвования. Да и о самом месте им не рассказывали, а просто давали копию  карты и в качестве «бонуса» знакомили с древнерусской рукописью, без начала и конца, кое-как переведенной на современный язык. Ну, что означает, к примеру, это: «… израненный, заполз я во чрево каменное, аки зверь, от врагов укрываючись. И то чрево светом господним исцелило меня…»?
Или вот еще: «…не страшась, вошел я в купель самого Бога…столпы волшебные, источающие небесный малахит…»
Общее представление об этой темной истории было такое: некто, пострадав в бою, прятался от врагов в горах и нашел пещеру, куда и заполз «аки зверь». Пещера оказалась до того загадочной, что нормальными словами ее и не описать. В конце концов, этот некто исцелился каким-то образом от смертельных ран – «чрево» вылечило.
И вот, в соответствии с этой мутной историей, возник целый тайный культ «посвященных», продающих невозможно дорогие билеты «избранным».

Бабушка Лиана расстелила на камне большую льняную салфетку и разложила на нее простую пищу путешественников: хлеб, лук, сыр, копчености, яблоки.
Сашенька немедленно принялся за еду. Лиана пригласила и молодых людей, но те ничего не ответили.

Говаривали про эту бабушку, что была она по молодости красоты неописуемой, а ее доброту и жизнерадостность каждый ощутил на себе. Стали даже понимать ее внука, который просто за иллюзорную надежду продлить ей жизнь отвалил такие деньжищи. 

После перекуса расположились в теньке – хоть день и клонился к вечеру, однако, этот июль в Крыму выдался очень жарким.

Спустя два часа вернулся Алексей.

- Нашел! – сразу же сообщил он, - мы мимо проходили, просто из-за кустов не видно, и там еще камень перед входом.

Он очень вспотел, глаза его блестели, но отдыхать он не захотел, а помог подняться Лиане, взял Сашеньку на плечи и повел свой маленький отряд вверх по склону.

И действительно, какие-то рослые кусты прикрывали вход в пещеру, и без того узенький,  да еще и наполовину засыпанный щебнем. Кое-как щебень раскидали, чтобы Алексею, самому крупному из них, можно было пролезть.
Включили мощные американские фонари и пошли внутрь «каменного чрева».

Ожидали, конечно, чудес с порога, но пещера была обыкновенная: плотный песчаник под ногами, камни, пологий спуск вниз, в темноту. Осторожно шли, смотрели вокруг, под ноги. Молчали.
Вдруг Алексей, идущий впереди, остановился и выключил фонарь. Впереди был отчетливо видно яркое голубое свечение.

- Нашли, -  сказала Лиана и, почему-то, улыбнулась.
- Нам бы Вашу такую уверенность, - хмуро сказал Павел.
- Я первым пойду, - предложил Алексей.
- Давайте, вместе пойдем, - возразила Лиана.
- Вместе, - сказал и Сашенька.

Так и пошли: Алексей впереди, за ним Лиана, держа мальчика за руку, потом Павел и Сонечка, тоже держась за руки.
У молоденькой Сони было красивое худенькое личико, а синяки под глазами делали ее глаза большими и круглыми, как у совы. С самого начала было известно, что жить ей осталось три месяца. А Павлу больше на целую вечность – еще год. Вот и злился он, и разговаривал мало.  И он верил и не верил в этот последний их совместный поход.

Проход расширился и вывел в огромную круглую пещеру, освещенную ярким голубым светом.

Люди замерли. Не понятно было, на что раньше смотреть: на огромные столбы, явно искусственного происхождения, с круглыми отверстиями по всей высоте, из которых изливался голубой свет, освещающий все вокруг, или на потолок, украшенный  металлической мозаикой. Или на «купель»,  стоящую в центре «пещеры».

«Купель существует!» - вот что ясно стало каждому сразу же.
 
Она, купель, тоже казалась огромной, где-то два метра на три, а высотой в метр.

Была она сработана из материала, похожего на темное вулканическое стекло, а внутри ее двигалась какая-то масса, напоминающая темно-голубую воду. Но это была точно не вода – это тоже было сразу понятно каждому, кто смотрел на это непонятное, возможно, неземного происхождения, нечто.

- Что вы видите? – спросил Сашенька, потому что окружающие его взрослые люди молчали уже очень давно.
Лиана стала ласково рассказывать ему об окружающем их непонятном.

- Я пойду, - вдруг перебил ее Алексей.
И уже двинулся по направлению к купели.
Но тут Лиана крепко ухватила его за руку.

- Нет!

Она смотрела на него так, как когда-то «роковая красавица Лиана» смотрела на своих любовников, готовых броситься по ее приказу в жерло вулкана.

- Я пойду. Я самая старая. Мне даже самой себя не жалко, - хохотнула старенькая бабушка, - помоги мне.

Алексей помог ей, что называется, перевалиться через бортик купели. Никакого всплеска они не услышали. Тем не менее, Лиана ушла в купель с головой, и видно ее не было. Жидкость, если это была жидкость,  имела свойство быть абсолютно непрозрачной.
Все замерли, даже, казалось, перестали дышать. Прошла минута, другая…

- Йааааахххх!!!! – сказала голова молодой и прекрасной женщины, показавшаяся над бортиком купели.

Женщина была жгучей брюнеткой, кареглазой, с выразительным и невыносимо прекрасным лицом. Над бортиком купели показались ее совершенные руки, и она легко выпрыгнула к обалдевшим  «посвященным». Тело у богини оказалось таким же совершенным, как и лицо.

- Не бойтесь, глупенькие, - сказала богиня, - это я – Лиана.

Зачерпнув рукой немного темно-голубого вещества, Лиана провела по глазам Сашеньки. Бедный ребенок немедленно громко заплакал. Потому что прозрел он внезапно. И было это непонятно и пугающе, и прекрасно, и волшебно.
Лиана присела и обняла его,  прижав к себе.

- Я такой себе тебя и представлял, - сказал красавице Сашенька, глядя на нее сквозь слезы.

Павел помог Соне опуститься в купель, а потом прыгнул туда и сам. Некоторое время спустя из купели вышли двое молодых и явно здоровых людей. Свое преображение влюбленные восприняли как-то даже очень легко: уединились, стали разговаривать, прерывая друг друга поцелуями.

Последним вошел в купель Алексей.

- Два дня не мылся, - так объяснил свое решение сорокалетний начальник охраны банкира Ерофеева.

Из купели вышел к Лиане молодой,  лет 25-ти, мужчина.

- Ты мне и прежним нравился, - смущенно сказала ему Лиана.

Алексей краснел и молчал. Прекрасный мужчина  влюблен в прекрасную женщину – это было ясно.


 «Я, было, решила писать мемуары:
тары и бары, тары и бары.
Потом я решила исчезнуть:
ведь, дни все те же и те же,
а ткань жизни все реже.

Отмените и сжальтесь!
Не гасите мне свет надежды!

Теперь напишу предисловье.
О тебе.
О себе.
Малышах.
И великих мечтах  у их изголовья», -
прокомментировала последние события Лиана  только что сочиненными стихами.

Пора было возвращаться в мир людей и под страхом смерти хранить свою волшебную тайну.