Я не буду молчать!

«Я не буду молчать!»
Это произошло, когда мне было семнадцать лет.
В мире нет слов, чтобы описать ту боль и страдания, а главное позор, что я пережила.  После этого, я больше не могла воспринимать окружающих меня людей как людей, я видела уродливых прямоходящих чудовищ. Так я думала не только о мужчинах.
Я испытывала отвращение, ненависть и страх.  Хотелось рвать ногтями их лица, в то же время мой разум скукоживался от страха, и мне очень хотелось свернуться калачиком и рыдать.  Так продолжалось долгих пять лет, пять лет страданий и депрессии. 
Я не обращалась в центры поддержки  жертв насилия, я ненавидела то, как нас клеймили – Жертва. В Царской России преступников клеймили раскаленных железом, каждый мог видеть их прегрешения на их лбах. Так же я чувствовала и себя.
Я же… я же не была жертвой.
Жертва обезличена, это всегда дрожащее и беспомощное, жалкое существо. Во мне же была сила и решимость, мечты. Так было, пока это животное не сломало мне жизнь.
Некоторые просто не понимают слова – Нет.
Во всем виноваты Медиа и разговоры в стиле: « Женское Нет, означает – Да». Но нет – это всегда нет. 
Женщина обязана отдаться мужчине, ведь каждый из них считает себя неотразимым и самым-самым, все то, что ему каждый день говорила мама.  Потакая всему, что он делал, она вырастила чудовище.
«Молчи, или я выбью из тебя все дерьмо» - Так он сказал , когда бил меня кулаками по ребрам и разрывал на мне одежду. Удар по лицу заставил меня перестать плакать и пытаться кричать, только тихо выть было мне дано.
Он содрал с меня одежду, очень спеша, попутно разрывая то, что не мог снять.  Ударив еще раз кулаком в живот, он выбил из меня дыхание и я чуть не вырвала. Он взял меня за горло и сильно сжал, чуть ли не душа. А затем, он приступил к осквернению меня.
Если девушка не даст парню, она – Шлюха.
Если девушка даст парню, она – Шлюха.
Я же стала жертвой.
Когда он проделывал это со мной, хрипя и стона, я тихо молилась, чтобы это поскорее закончилось. Его пот каплями падал на меня, но я не чувствовала этого, думала, это были мои слезы.
Когда он закончил, он застегнул штаны и несколько раз пнул меня в живот, сказал, чтобы я даже не думала идти в полицию. И ушел.
Так я пролежала до рассвета, никто не нашел меня в кустах у бара «Малевита».

Его звали Август, это все что я о нем знала.
Сперва, он показался мне очень милым и застенчивым, приятным парнем лет двадцати. Короткая русая  стрижка и голубые глаза ангела, но кто знал, какое чудовище глядело на мир сквозь призму этих глаз. Чудовище, сокрытое ото всех двумя линзами из голубого стекла.
Мы болтали с вечера до ночи, сидя в баре, он купил мне несколько коктейлей, а затем, захотел провести домой. Я не отказалась.  Отойдя от бара на приличное расстояние, он неожиданно изменился, став жестким и колючим как еж.
Он потребовал от меня «отработки» его денег, не просил, а именно требовал моей любви. Я испугалась, и сказала «Нет».
Когда он бросился на меня, я начала кричать, но Август дал мне сильную пощечину и повалил на землю, ухватив меня за руки и потащив подальше от людей в кусты.
Остальное вы знаете сами.
В нашем обществе считается позорными рассказывать о подобном. Как будто это что-то непотребное для ушей обычных людей, выстроивших для себя зону комфорта. Зону комфорта, где нет насильников, убийц и грабителей, а также несчастных случаев. Всякое проникновение в эту зону встречалось негодованием.
Лицемерные сволочи, не знаю, кого же я тогда ненавидела больше.
Когда я пришла в себя, то думала только о том, как вернутся домой и смыть с себя его запах и выделения.  Не знаю, как я дошла домой незамеченной прохожими и особенно матерью. 
Несколько часов я терла себя мочалкой и пемзой, намывая тело гелями и мылом; царапая и чуть ли не срывая кожа терла себя. Я чувствовала его запах на себе и ничего не могла сделать.
Я скрыла это ото всех и жила в аду воспоминаний и чувств о произошедшем. Варясь в чане из собственных эмоций, в основном отрицательных.
Я ощущала себя уязвимой и беспомощной, загнанной ланью.
Я больше не видела это чудовище, хоть спустя время, раздобыв пистолет, часто наведывалась в тот бар и гуляла в окрестностях. Все чего я хотела – это искалечить эту тварь.
Искалечить, как он искалечил меня или убить, избавить мир от этой сволочи.
На мое счастье, он полностью исчез из моей жизни, пропал навсегда. Полиция бы не смогла ничего сделать, ведь прошло много времени, а я смыла с себя все улики.
Через четыре месяца я узнала что беременна, беременна ублюдком от этой твари. И я сделала аборт. Не хочу, чтобы мой ребенок был плодом насилия и боли, ведь это всегда плод любви. Что бы я могла дать своему ребенку?
Если бы у него были такие же голубые и чистые «ангельские» глаза, и русые волосы, уверена, я бы ненавидела бы его всеми фибрами своей души. Ненавидела того, кого должна была любить всей душой.
Я бы не смогла каждый день смотреть в те же глаза, что были и у того кто насиловал меня.
Окончив старшую школу, я уехала в университет и начала заниматься спортом и единоборствами, училась сражаться.
К черту самооборону, я желала быть воином, как те образы, что рисовало в голове мое воображение, когда я читала про солдат. Они стали моими кумирами, моим примером для подражания.  Тренировки закалили меня, сделали из меня вначале палку, а затем стальной меч, меч которым я могла убивать с одного удара любого врага.
Но я не могла долго жить ненавистью и страхом, я желала добра и теплоты.
Мир и жизнь калечит нас, делая жестокими и беспринципными, холодными и безразличными к другим людям.  Всего один плохой человек может испортить жизнь, осквернить душу множеству других людей, делая их такими же холодными и жестокими, как и он сам. Не половым путем реплицируя себе подобных моральных ублюдков.  Будьте сильными, будьте добрыми и сострадательными. Защищайте и помогайте близким и любимым вам людям, и тем, кто окружает вас.  Сделайте так, чтобы ваша зона комфорта и круг друзей включали в себя весь мир. Моральные сволочи же должны быть изгнаны из цивилизованного мира, выброшены подыхать на помойку.
Чем я могу закончить этот рассказ.
Что хотела донести до вас.
Решайте сами.
Я же… Я же не буду молчать.
Кейтлин Флейм.