Вебсик. Башни Меера. - Эпизод 6

Начало 1-й истории: http://www.proza.ru/2016/10/16/2248
Начало 2-й истории: http://www.proza.ru/2016/12/11/699

Начало - http://www.proza.ru/2017/06/01/1104
Предыдущий эпизод - http://www.proza.ru/2017/06/07/1006


Дом, который выбрал себе в Соловье Ростислав Петрович  – небольшой обычный «земной» одноэтажный особняк из розовых блоков с коричневыми углами стен и обрамлениями окон – нам его на фото когда-то показала Ханни, сам я с земли его не видел ни разу, а сверху его почти скрывали густые ели. «Тарелку» самой Ханни было сразу заметно, она стояла на небольшом холмике среди березок, сосен  и лип. Коптер сел где-то посередине между домами на мощеную пластикатом площадку. От нее к одному и другому дому вели такие же пластикатовые дорожки. У края площадки стоял четырехместный гольфкар, на котором Ростислав Петрович подвез нас к своему дому.
Вблизи маленьким он не казался. Возможно, из-за большой крытой веранды, на которой виднелись плетеные кресла и круглый стол. Влада тут же убежала вперед. Поднявшись следом с хозяином по широким деревянным ступеням, я увидел, что она стоит и гладит рукой поверхность стола.
- Это те самые, да, дедушка? – спросила она.
Ростислав Петрович довольно кивнул и попросил нас подождать, пока он сменит одежду. Влада тут же уселась в кресло. Пока наш хозяин отсутствовал, она мне рассказала, в чем дело.
В детстве, когда ей было лет десять, она и ее мальчишеская компания (других девочек в Загорном, как оказалось, тогда просто не было) подружилась с часто приезжавшим в поселок пожилым человеком в неизменном длинном и широком плаще, скрывавшем, видимо, искалеченную и заметно горбатую спину. Он прихрамывал, но ходил только пешком. Иногда в его руке была трость. Взрослые звали его «Стариком» или «Петровичем», дети – «дедушкой». Настоящего имени его никто из ребят не знал. Жил он в поселке Загорный наездами по месяцу или чуть дольше, неожиданно приезжая и так же неожиданно исчезая. Останавливался «дедушка» в крайнем домике на соседней параллельной улице, недалеко от домика Робертов.
У Влады с «дедушкой» сложились свои особенные отношения с тех пор, когда они с Эдиком Робертом готовили на исторический коллоквиум доклад о «подземных народах». Местом для подготовки доклада была выбрана старая яблоня в саду дома того самого «дедушки», в мощных ветвях которой сидеть было просто волшебно. Эдик быстро надиктовал свою часть и убежал на карьер к отцу (там запускали нового автопроходчика и сын горного инженера Штефена Роберта просто никак не мог пропустить такое событие), и Влада осталась сидеть одна. Диктовала она медленно, подбирая слова и сверяясь с подготовленной накануне фактографией. Снизу послышался шорох. Девочка посмотрела и увидела, что ее веревка с ветки сползла, а около дерева стоит «дедушка» и пытается нагнуться, чтобы поднять и забросить ее снова.
- Дедушка, не надо поднимать, я так спрыгну! – окликнула его девочка. Она спустилась до нижних ветвей и ловко спрыгнула вниз.
- Вы извините, что мы забрались на вашу яблоню, она очень удобная, а мы  доклад о подземных народах готовили, - смущенно сказала она.
- Я слышал, - мягко ответил он. – Только не со всем там могу согласиться с тобой.
Влада посмотрела на собеседника. Он улыбался. Один глаз у него слегка косил, второй смотрел внимательно и добро.
- Конфет для сластен у меня с собой на сей раз нет, а вот твой доклад могу немного дополнить, - сказал старик, приглашая жестом пройти к нему на открытую веранду. Там стояли странные ажурные кресла и такой же стол. Усевшись в одно из кресел, Влада с удивлением обнаружила, что оно очень удобное, а сделано вроде из натуральных прутьев. Старик занял кресло напротив, положил перед собой на стол свою трость и посмотрел на девочку.
- Это плетеная мебель по старинным образцам, - пояснил он. – Когда-то она была очень популярна, особенно в загородных домах. В горах я нашел подходящие прутья, вот и сплел на досуге.
- Сами?! – удивлению Влады не было предела.
- Конечно, сам, - улыбнулся он. – Так вот, о чем я хотел тебе рассказать… Как я слышал, ты говоришь в докладе, что уход под землю – это ошибка. А если допустить, что подземные народы считают, что они - правы? Они образовались в разных районах Земли, укрываясь от варварства и самоуничтожения современного им мира. Но они – плоть от плоти этого мира со всеми его ошибками. В этом их трагедия. Ты знаешь про Марсианскую Автономию?
Влада кивнула.
- Это по сути та же Марсианская Автономия, только на Земле. Но можем ли мы их осуждать, как и они - нас? Древние недаром учили – не суди, и судим не будешь…
Тогда она просидела со стариком на веранде несколько часов, а потом переделала свой доклад почти полностью.  Он стал маленькой сенсацией, а самой Владе даже прочили будущее историка. Но она выбрала кибербиологию, в ней, по крайней мере, больше прагматизма. А дружба с «дедушкой» завязалась, и, порой, на веранде его дома собиралась вся их компания.
- Представляешь, это те самые кресла и стол! – сказала мне Влада.  – И веранда очень похожа.
- А я похож на «дедушку»? – вдруг раздался от лестницы незнакомый голос.
Мы обернулись.
По лестнице поднимался сгорбленный человек в длинном плаще мышиного цвета, опиравшийся на мощную палку-«клюшку». Влада ойкнула, но Пусь приветливо побежал навстречу и выдал «маскарад» нашего хозяина. Да, это был он. Дойдя до стола, он выпрямился, скинул плащ и снял со спины «горб» с аппаратурой.
- Вот с этим «довеском» я несколько лет изучал окрестности Загорного, пытаясь в одиночку понять, что такое «Вебсик», который тут проявился, - сказал он, садясь за стол с нами. – Даже в голове не было, что это может быть что-то неземное. Думали, что его создали те старцы своим обобщенным разумом.  Или новая секта изоляционистов возникла. Ей даже название придумали – «сетевой изоляционизм». Мы не сразу связали феномен Вебсика с аномалиями в Соловье, но места аномалий, в том числе со временем, мои регистраторы фиксировали во время моих странствий и передавали дрону, который меня сверху прикрывал. Одиночная разведка, так сказать. А потом, когда я случайно выяснил, что Влада – дочь погибшей на Луне Эльзы, то к этим местам у меня особое отношение стало. И, конечно, их детский контакт с Вебсиком хлопот доставил.
- Вы тут как Кулэге бродили, - вставил я. – Мне Штефен рассказал этот миф.
- Я знаю о нем, думаю, что это не миф, - ответил Ростислав Петрович, принимая из лапок робота чайник с кипятком и шкатулку с заваркой. – Мой особый чай сейчас заварю. От подземных народов состав. Они такой пили на Алтае.
- Ростислав Петрович, а для чего нужен был такой маскарад с плащом и горбом? – поинтересовался я.
- А не совсем маскарад, - улыбнулся он. – В мою бытность у подземных народов пришлось усвоить их практику трансформации скелета для переноски тяжестей в узких проходах, а аппаратура довольно тяжелая, хотя и компактная. Потом, мы решили, что образ горбатого старика-калеки не вызовет подозрений у изоляционистов, которых тут пытались найти. Ну и мое личное восхищение одним старым литературным героем сказалось. Ты про Канан-Дойля и его сыщика Шерлока Холмса слышал?
Я утвердительно мотнул головой.
- В одном из его рассказов сыщик в горбуна перевоплощается. Вот я и последовал примеру, - пояснил он. - Экзоскелет я не использовал, он придает движениям неестественность. Так что, побродил тут горбуном.
Я пододвинул к себе «горб» и внимательно рассмотрел начинку. Многие приборы были знакомы. Некоторые мне раньше видеть не доводилось. Похожие переносные комплексы применялись историками при изучении подземелий.
Робот принес на стол корзинки с печеньем и вафлями, наш хозяин разлил чай по маленьким чашечкам. Отпив глоток почти бесцветной жидкости, я ощутил ее легкий и сладковатый вкус. Настоящие ощущения пришли позже – мир вокруг меня словно стал ярче, цвета – сочнее, а звуки приобрели какую-то «прозрачность». Мне раньше такое пить не приходилось.
Некоторое время мы все молчали, отдавая должное волшебству напитка. Потом Ростислав Петрович сказал:
- Я вот о чем вас хочу попросить, ребятки… Влада уже приобрела грустный опыт жизни с чужим разумом, хорошо, что удалось поправить. Я со своим вторым «я» из подземного народа тоже справился. Семь лет ушло на это. Вебсик, как понимаю, с обобщенными разумами Меера ужиться не смог. Всей их эпопеи мы толком не знаем, о самих башнях в архивах информации почти нет. Вебсика интересовал только их суперкомпьютер, друзей в них себе он не нашел, как я понимаю. Сейчас разумы разделены, но заблокированы в кристаллах. Я склонен думать, что тут есть мера безопасности против их активности. Не исключаю от них попыток внедрения, подобных той, какая произошла с Владой. Поскольку вы мне особенно дороги, то я не хочу вас потерять. Прошу – будьте осторожны. Поняли?
Мы дружно кивнули. По знаку хозяина дома робот принес ему несколько больших кожаных папок, подобных той, в которой он мне вручил рукопись деда Кобелевича. С тех пор она жила у меня на столе в кабинете и собирала особо ценные материалы. Ростислав Петрович раскрыл первую папку и сразу пододвинул ее нам с Владой.

Продолжение http://www.proza.ru/2017/06/11/384


Рецензии