Нарушителю - медаль! , или Безвыходных положений н

                Нарушителю – медаль!,
            или Безвыходных положений не бывает


        – Так-так, Валентин Васильевич! Значит, нарушаете!

        Оборачиваюсь на голос и вижу – двое: ответственный за пожарную безопасность и начальник пожарной дружины предприятия. Молчу.

        – Вы же знаете, что пользоваться электрическими кипятильниками не разрешается.

        А в это время в моей кружке закипает и предательски булькает вода, а это значит, что мне не отговориться, не оправдаться. Пойман я на месте преступления, с уликами, с вещдоками. Ну, виноват – значит, виноват. Ну, что ж, придётся отвечать за содеянное, по всей строгости закона.

       – Пишите, Валентин Васильевич, объяснительную записку. Вставим Вас в приказ – будете наказаны…

                *  *  *

        Да,  буду наказан. Снизят премию за этот квартал – это уж как пить дать. Моя фамилия появится на доске приказов, и объявятся "доброжелатели", начнут склонять, зубоскалить, подтрунивать. Конечно, обидно…

        А как этого всего избежать? Как не допустить? Как найти выход из безвыходного положения? Что предпринять? Что придумать? И можно ли из этой тупиковой ситуации найти выход? Думай, голова, думай! Шевели мозгами, Валентин Васильевич, потому что безвыходных ситуаций не бывает. Говорил же Черчилль: "Никогда не сдавайтесь – никогда, никогда, никогда, никогда, ни в большом, ни в малом, ни в крупном, ни в мелком, никогда не сдавайтесь, если это не противоречит чести и здравому смыслу".

        Ну так я и не буду сдаваться. Но коль уж объяснительной записки мне не избежать, то эту записку надо будет постараться составить так, чтобы собственные недостатки обратить в достоинства, промахи – в успехи, а минусы – в плюсы. И вот уже кажется, что что-то у меня должно получиться. А вот уже и совсем, как у Пушкина,

              И мысли в голове волнуются в отваге,
              И нужные слова навстречу им бегут,
              И пальцы просятся к перу, перо – к бумаге,
              Минута – словеса свободно потекут.

И я пишу:

                "Заместителю Начальника предприятия
                по кадрам и режиму
                Сарычеву В.М.
                от Кузнецова В.В.

                Объяснительная записка
                о нарушении правил пожарной безопасности

        Сообщаю Вам, что такого-то числа я вынужден был нарушить правила пожарной безопасности: на рабочем месте воспользовался электрическим кипятильником для приготовления кипячёной воды, необходимой мне для приёма горячей пищи.

        Регулярные и частые приёмы горячей пищи рекомендованы мне врачом-гастроэнтерологом Диагностического клинического центра № 1, на учёте в котором я состою с такого-то года. К сожалению, для выполнения рекомендаций медицинских специалистов на нашем предприятии в настоящее время нет необходимых условий: нет титанов для кипячения воды, а использование электрокипятильников запрещено. В результате многие сотрудники, проявляющие заботу о своём здоровье, вынуждены нарушать правила пожарной безопасности"…

        Дочитав мою объяснительную до этого места, Замначальника поднимает на меня глаза, желая понять, всерьёз я это или в шутку. Но я сохраняю спокойствие. Поэтому Сарычев продолжает читать мой опус:

        "Неустанная забота о здоровье трудящихся всегда была в центре внимания Коммунистической партии Советского Союза и её Центрального Комитета. В Отчётном докладе ЦК 26-ому съезду КПСС подчёркнуто, что "среди социальных задач нет более важной, чем забота о здоровье советских людей". Выполняя решения 26-го съезда КПСС о необходимости постоянных усилий, направленных на укрепление здоровья советских тружеников, предлагаю …"

        И далее в тексте – описание комплекса мероприятий и план-график работ по проектированию титанов для нагрева воды, их производству, размещению на территории и техническому обслуживанию.

        И после того как Сарычев мельком просмотрел их, возникает пауза. А потом:

        – Я что-то не пойму. Вроде бы за нарушение правил пожарной безопасности я должен тебя наказать, а по твоей объяснительной получается, что я должен тебя представить к награждению орденом?

        – Нет, Владимир Михайлович, – робко возражаю я, – не орденом, а медалью. Как Василия Тёркина:
               "Нет, ребята, я не гордый.
              Не загадывая вдаль,
              Так скажу: зачем мне орден?
              Я согласен на медаль".

        – А чего так скромно? Может, и на орден потянешь? Ты подумай: может, тебе всё-таки орден?

                – "Нет, ребята. Что там орден.
                Не загадывая вдаль,
                Я ж сказал, что я не гордый,
                Я согласен на медаль".

        – Ну, ладно, – говорит Сарычев. – Я подумаю. Иди. Подумаю, что мне с тобой сделать.

        – Владимир Михайлович! – не унимаюсь я. – А я так думаю, что думать надо не о том, что сделать со мной, а о моём проекте, об обеспечении наших работников горячим питанием …

        – Ну, хорошо, – перебивает меня начальник, – иди, иди. Я же сказал, что подумаю. И тебя вызову.

                *  *  *

        К начальнику меня не вызвали. Но зато и не наказали. И титаны с горячей водой установили. Но позже.

        А медалью за нарушение правил пожарной безопасности не наградили. И за мой проект обеспечения работников горячим питанием – тоже. А жаль. Но я ж сказал, что я не гордый и согласен на медаль…

        Ну вот. А вы говорите, что положения бывают и безвыходными – нет, не бывают. Просто надо искать из них выход. И он находится. Просто надо "бороться и искать, найти и не сдаваться". Или, как советовал Уинстон Черчилль: "Никогда, никогда, никогда не сдавайся!"


Рецензии
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.