Почтальон

Шесть  часов утра. Вот уже неделю я не сплю к этому моменту, но лишь ворочаюсь в постели, тщетно призывая сон хотя бы на 15 минут. Безуспешно. Летнее солнце слабо освещает комнату через шторы, но даже искусственная темнота не приносит результата. Пора вставать и собираться на работу.
Я поднимаюсь с кровати, выхожу из комнаты и спотыкаюсь об котёнка. Он пищит, кувыркается и предлагает моему тапку вступить в поединок. Тапок проносится над его головой вместе с владельцем и уходит в кухню.
Здесь непривычно чисто - соседи уехали и теперь гора посуды формируется в четыре раза медленнее. Набираю воду в фильтр и после этого придирчиво осматриваю ковшик на предмет посторонних запахов. Турки у меня нет, так что приходится варить в том, в чем ещё вчера готовились соевые сосиски и яйца мутировавших куриц-несушек. Все вроде нормально.
Наливаю воду в стакан почти до краев из фильтра и переливаю ее в ковшик. Задумываюсь над тем, стоит ли заливать ещё немного воды. Доливаю, чтоб кофейная гуща точно не попала в кружку, и ставлю на медленный огонь. Пару недель назад я отмыл плиту от слоя жира толщиной в палец и прочистил конфорки плиты, так что теперь даже самая слабая из них жарит как сумасшедшая, нужно внимательно следить, но времени мало. Иду в комнату, собираю вещи в рюкзак и переодеваюсь в униформу. Грохот на кухне, бегу туда, котёнок перевернул мусорное ведро, а кофе ещё варится. Даю котёнку поесть, чтобы тот больше не бузил, тот с благодарностью принимает кошачий корм. Кофе кипит, значит готов. Переливаю горячую жидкость в кружку и несу в свою комнату.
Включаю телевизор. Идут утренние новости, по всем каналам как и всегда в последние годы. Диктор восторженно сообщает, что Декрет 71 вступает в силу сегодня, и что это окончательно закрепит победу строя после революции. Выступает Вождь, слушаю его, задержав дыхание. Каждое его слово добирается до моего сердца. Вождь напоминает о событиях прошлого, говорит о будущем, и указывает на то, что мешает настоящему. Готов его слушать и слушать, но нужно торопиться на работу.
Выхожу из дома. Мой дом находится в конце 21 улицы, имени у нее нет, после декрета 6 ни у чего нет имен. Домик расположен в уютном новопостроенном городке, отгороженном от внешнего мира доброжелательной охраной и десятиметровой стеной с колючей проволокой, чтобы никто из “именных” не потревожил наш покой. Открываю нашу социальную сеть и по дороге проверяю ленту. Несколько друзей уже хвастаются, что Декрет 71 дошёл и до них. К словам благодарности Вождю они прикладывают фотографии. Я хмурюсь: на фотографии они держат конверты. Всё-таки через почту решили распространять, значит точно работы будет много.
Подхожу к зданию почты, здесь непривычно много людей, видимо Вождь решил подарить многим счастье. Продираясь к своему рабочему месту, замечаю девушку, что работает по 22 улице в сверхурочные. Обычно я один разношу почту по улицам с 20-й по 25-ю, но из-за наплыва и ее вызвали.
Возле рабочего места места меня ожидают два высоких джентльмена в черных костюмах. Они объясняют мне, что будут сопровождать меня во время разноса почты и помогать мне вручать письмо с Декретом. Объясняют, что некоторые люди сходят с ума от счастья, когда получают что-то подобное, и могут натворить дел. Не спорю с ними, да и в любом случае, кто-то же должен будет нести две огромные сумки с конвертами?
Звучит сигнал о начале рабочего дня, и все почтальоны вместе с сопровождающими идут на выход. Как же красиво вся эта толпа выходила из здания! Чувствовалось, что все мы идём на великое дело. Замечаю, что наш выход снимает телевизионный дрон, зависший неподалеку от здания почты. Возможно, нас даже увидит Вождь!
Первая остановка - 21-я улица, дом 1. Звоню в калитку, дверь открывает женщина лет сорока. Она собиралась на работу, волосы наполовину в бигудях, на теле - халат. С улыбкой вручаю ей конверт с Декретом. Улыбка расплывается по ее светлому лицу, она рада. Вместе с одним из джентльменов она заходит в дом. Через минуту джентльмен выходит один, отмечает что-то в блокноте и говорит нам, что все прошло успешно. Воодушевленные, мы идём дальше. Дом за домом, квартал за кварталом, молодые и старые, одинокие и семейные, все получают этот декрет. Почти все довольны. Вот мама в 33-м доме обнимает пятилетнюю дочурку, та хлопает в ладошки и смеётся. В 37-м доме живут два брата-близнеца, они шутят, что мы перепутали их конверты, смеемся вместе с ними. Вот оно, счастье для всех, и пусть никто не уйдёт обиженным!
Продолжаем работать. Переходя улицу замечаю, как девушка, которую я видел в отделении, точно так же идёт с двумя сопровождающими. Интересно, они тоже всем вручают эти письма?
В 45-м доме возникают проблемы. Дверь нам открывает небритый мужчина средних лет, с тонким шрамом на шее и усталыми серыми глазами. Когда я вручаю ему конверт, он начинает плакать. Ждём, когда он успокоится и примет это счастье от Вождя. Через несколько минут понимаем, что ждать придётся долго. Тогда один из сопровождающих мягко берет мужчину под руку и ведёт его в дом. Там они проводят гораздо дольше обычного, иногда оттуда доносятся шумы. Наконец, сопровождающий выходит, его костюм помят, на рукаве даже порван, видна кровь. Видимо, человек считал себя недостойным такого счастья как Декрет 71.
Продолжаем нашу путь. Улица приближается к концу, сопровождающие начинают заметно нервничать. Они постоянно спрашивают меня, долго ли нам до конца улицы, я пытаюсь их успокоить, но тщетно. 75, 76, 77… 80. У меня осталось 3 конверта и один дом. Мой дом. Проверяю, что один из них принадлежит мне, так и есть. Сердце колотится от счастья - Вождь не забыл про меня. Отдаю два других конверта сопровождающим, они осматривают их, меняются друг с другом и наконец-то успокаиваются. Все правильно.
Заходим когда мне домой. Котёнок спит на кресле, уютно свернувшись в клубочек, глажу его за ушком. Вскрывает конверты, внутри лежит письмо от Вождя, в котором он сообщает нам, что Декретом 71 дарует всем жителям высшее счастье, доступное человеку, и капсула. Каждый из нас берет эту капсулу и кладет ее себе в рот. Хруст - и она раскалывается. Пахнет миндалем. Воздух резко прекращает идти в легкие и наступает счастье.