Бездомный хикикомори

Каждый человек считает, что он не такой, как другие. Что он уникален. Это действительно так. Если подобрать к этому сравнительный образ, то достаточно вспомнить сугроб. Или картину, выложенную в технике мозаики. Каждая снежинка уникальна, но в целом она, как и другие, составляет просто белую массу снега. Каждый кусочек битой плитки имеет своё сочетание формы и цвета, но это можно заметить только если склониться над изображением и вглядеться внимательно. Достаточно подняться, как заметишь, что принцип один и тот же и все кусочки по сути одинаковы.
Я же всегда выпадал из общей картины и не было того самого места, где смог бы удержаться и с уверенностью сказать: я такой же как другие и составляю с ними одно целое.
Я лишняя деталь в конструкторе, лишний кусок пазла. Поэтому меня всегда выбрасывают как мусор. Ведь зачем кому-то деталь, которая не способна состыковаться с другими?
"Я не такой как все" - звучит привлекательно. Но на самом деле никто не хочет отличаться настолько, чтобы выпасть из рамок нормы. Всё это лишь игра и новый принцип объединения толпы под вывеской: "не такие как все".
Даже если мне кто-то скажет, что таких как я много и это только дань моде, я просто промолчу. Потому что у меня не было цели стать таким человеком. И я никогда не встречал похожих на себя. Они лишние фрагменты чужих картин, с которыми я никогда не встречусь. Но их существование не делает мои слова ложью и игрой. Я не похож на других.
Именно поэтому сейчас у меня нет такого места, которое можно было бы назвать домом, нет людей которых считал бы семьёй или друзьями. Нет работы и хобби. И я не существую ни для кого, хоть физически и стою на берегу реки с серыми мутными водами. Как на зло, моросит дождь и небо свинцовое и неприветливое, своим видом вторит моему настроению.

Как можно докатиться до такого состояния? Всё началось в детстве. Мои первые воспоминания связаны с холодом. Я сидел совершенно один, запертый в чужом доме и наслаждался тишиной. Взрослые жили в своём мире, который невозможно было понять, сколько бы не старался. Когда кто-нибудь включал телевизор, я сходил с ума от бессмысленности того, что происходило на экране. Седой мужчина на сером экране молчал или изредко заговаривал с кем-то, но его слова звучали как бессмысленный шум. Наверно я спрашивал об этом у взрослых или же только собирался это сделать, но никто не объяснил мне, зачем они сидят и смотрят в серый экран, на котором ничего не происходит.
До сих пор, когда я уже во взрослом состоянии щелкая по каналам попадал на старый советский фильм, в моей голове начинался шум, которого на самом деле не было. Я ждал, когда наконец пойму, что же происходит, но не вынося больше этого состояния переключал на что-то современное.
Это кажется чем-то важным, потому что моё отношение к миру именно таково, как к этим старым фильмам. Его невозможно понять и он разрушает мозг.
Все дети в раннем возрасте живут бессознательно. Память ещё не работает, сознания нет. Однажды у них наконец появляется первое воспоминание и с этого момента  всё начинается.
До этого самого первого воспоминания я был обычным ребёнком. Веселился, ел, пил, спал играл и радовал родителей. Они любили меня тискать и фотографировать. На этих фото всегда красуется беззубая улыбка, а тело танцует, дрыгает конечностями и обнимает всех и всех любит.
Но однажды пришло сознание и власть управления своим телом. Тогда я оттолкнул родителей и забился в угол. Присутствие других людей забирало свободу и пугало. Они не давали времени привыкнуть к себе, а чего-то хотели.
Взрослые испытали разочарование. Если я отвергал их, то они отвергали меня.
Когда у меня появились сёстры, они быстро заняли место любимых детей. Умницы, послышные, красивые и приятные стали получать всё внимание, любовь, "вкусняшки", новые игрушки и всякие привилегии.
На самом деле, если кто-то говорил, что детство - это лучшая пора жизни, оставалось только ужасаться, что же может быть худшей. Ничего такого, что бы заходило за рамки закона, но мне не хотелось бы возвращаться в это время.
Мои сёстры были единственными друзьями до определённого момента. Они не старались причинить вред или бороться со мной. Мы проводили время вместе и это было здорово, пока не вмешивались родители.
Но повзрослев они взглянули на брата другими глазами. Вчера, когда они выбросили мои вещи в окно, сломали наушники и даже то, как смеялись свысока вместе с моими родителями, я понял, что они навсегда отдалились от меня.

  - Стой! Кто тут у нас такой?
  Два парня в спортивных куртках стали позади и окликнули меня. Я осмотрелся и обнаружил, что на набережной больше никого не было.
  - Чего... Вам?
  Не оборачиваясь я напрягся. От них исходит угроза. Сейчас во мне столько злости, что было бы неплохо подраться. Они ведь хотят этого.
  - Курить есть?
  -  Нет. Не курю.
  - Врёшь! Сейчас получишь.
 Моя спина почувствовала замах. Я сорвался с места и из всех сил и хотел побежать, но меня схватили за рукав,
  - Ты чего это?!!
  Я уставился на трещину в асфальте , а воображение наполнилось сценами избиений и убийств, в которых жертвой являюсь именно я.
Поэтому я сделал вид, что готов сдаться, а сам выждав момент резко рванул к ближайшим жилым домам. И бежал так долго, что давно должен был оторваться, но страх не давал оглянуться.
Очередной пример глупости. Разве не мне хотелось прыгнуть в реку и исчезнуть совсем недавно, а теперь я пытаюсь сохранить себя от опасности.
В конце концов бежать больше не было сил. Я вошёл в какой-то подъезд и сел у стены. Чужое жилище источало незнакомые запахи. Не хотелось даже думать о их источниках. Когда я поднял голову, то увидел дыру в крыше, с небрежно наброшенными на неё досками. И между ними текли струи дождевой воды прямо на мой капюшон.
Это здание под снос. Или же остатки дома. Снаружи послышались шорохи. Возможно, это бомжи возвращаются в своё убежище. Ах да, я тоже бомж. Мне не нужно смотреть на них свысока.
Но мысли прервал звонок мобильника. Стандартная мелодия тихая, но вибрацию нельзя было не заметить. Я достал блестящую раскладушку и открыл её.
Послышался  голос тёти. Она узнала, что родители вышвырнули меня из дома и приглашает к себе.
Тёмное будущее отступило, когда я сел со всеми за общий стол и вдохнул запах свежепеченых пирожков. Согревшимь и вовсе стал забывать, где находился час назад. Над головой есть крыша. Живот сыт. Есть эллектричество для зарядки телефона. Всё вернулось на круги своя.

Утро началось с запаха кофе и громких разговоров. Я разлепил глаза и увидел, что сплю на старом диване, а подушка лежит на полу. Мокрая одежда сушится, а на мне женский халат. Чужие стены напомнили, о том, что произошло.
Я находился в проходной комнате, в которую в любой момент мог кто-то войти. И это произошло, стоило только подумать. Незнакомая девушка в короткой майке и шортах вошла и взяла со стола сигареты. Она почувствовала на себе взгляд и посмотрела в мою сторону. Я приоткрыл рот, но не заговорил.
  - Привет, - сказала она и, улыбнувшись, вышла. Но улыбка была с примесью чего-то неприятного, как мне показалось. Я стал копаться в своём телефоне и невольно вслушивался в разговоры на кухне.
  - Ты можешь оставаться здесь, если захочешь. Я всегда рада гостям.
  - Кстати о гостях. Тот  странный парень на диване это...
  - Ах, это мой племянник.
- У меня от него муражки по коже.
  - Да?
- Ну, он выглядит симпатичным, но посмотрел на меня так, словно хотел убить.
- Ха-ха, тебе показалось.

Я воткнул в уши наушники и сделал музыку погромче, чтобы не слушать смущающих вещей. На самом деле, я больше всего на свете не люблю сплетен о себе. И поражаюсь людям, которые обсуждают кого-то прямо в его присутствии. Это похоже на психологический садизм.
Ох, вот и моя любимая песня. Она настолько заводит, что не замечаешь, как начинаешь танцевать, или дергать конечностями. Либо головой, как я сейчас. Едва ли не стукнулся ей об стену. Мельком заметил чьи-то мягкие тапочки в виде свиней и посмотрел в ту сторону, выключив музыку.
Тётя оказывается некоторое время говорила со мной.
  - Ты слышешь меня?
  Я посмотрел на её словно окровавленные руки и видимо удивление отразилось на лице, вопреки обычному каменному выражению, потому что женщина тоже посмотрела на свои руки и улыбнулась.
  - Ах, это я готовлю борщ и как раз резала свеклу. Но вспомнила, что закончилась сметана. Сходи купи пожалуйста. - Деньги на столе.
 Я подскочил и стал бегать по комнате в поисках штанов.
  - Что ты ищешь, одежду? Я постирала её. Она воняла. Да... Что же тебе дать... Мой муж ниже тебя ростом. Даже не знаю...
  Сново в комнату вошла та девушка. Я запахнул цветастый халат, словно обнаженная барышня перед незнакомцем.
  - Тётя Таня, что случилось? - проявила она участие.
 Мне хотелось вытолкать её, чтобы не лезла в чужие дела, которые её не касаются. Но это же я.
  - Да вот, хотела послать Серёжу в магазин, но его штаны мокрые и не знаю, что ему дать.
  Девушка предложила свою помощь, чтобы сходить вместо меня. Я уже даже с облегчением вздохнул, но дама отказалась.
  - Нет, ты и так уже много мне помогала. Я хочу приучить этого лентяя к труду. Его родители много жаловались на его безделье, но со мной это...
Словно бы спохватившись она одернула себя.

Продолжение:
https://zelluloza.ru/books/4368/#book