Сон

        Прочитала рассказ о вещем сне и вспомнила, как меня полгода мучил один и тот же сон: мы с сыночком переходим через речку по шатким мосткам, которые под нами прогибаются. Мы бредём по щиколотку в воде. Я крепко держу семилетнего сына за руку, шаря ногой по доске, практически на ощупь, шаг за шагом передвигаемся к берегу. Под нами мутная коричневая вода, такая вода течёт по Туре, где  драгой добывают золото.
        Сердце моё сжимается от страха: река широкая, доски скользкие – того и гляди смоет течением. Мало-помалу мы выходим на берег, но перед нами высокая насыпь. Мы карабкаемся по песку, он осыпается, мы сползаем вниз к воде и так много раз, изнемогая от усталости, лезем наверх, туда, где наше спасение, где благоухает сад и поют птицы. Каким-то образом мне удаётся вытолкать сынишку к травке, цветам,  деревьям, я плачу от радости и просыпаюсь. В слезах, благодарю Бога, что это только сон. Но дня через два сон повторяется, как сказка про белого бычка.

А перед Новым годом у нас заболел сын. Так как я работаю с хирургом, аппендицит определила сразу. Мы отправились в приёмный покой больницы, хирург посмотрел, сказал, что надо понаблюдать, положили в отделение. Я правдами и неправдами осталась с сыном. Утром пришла зав.отделением, накричала на меня, осмотрела моего мальчика и выписала домой с диагнозом - грипп, абдоминальная форма. Спорить не стала: я всего лишь медсестра, могла ошибиться. Врачам привыкла доверять.

        Мы из хирургического отделения прямиком отправились в детскую поликлинику к педиатру. Доктор, успокоенная, что хирург исключил острую патологию, назначила нам лечение. День прошёл, таблетки пьём, животик болит меньше, но болит. Мы с мужем бьём тревогу: едем в детскую больницу, добиваемся, чтобы положили в стационар. Нас кладут, но в инфекцию, и мне не разрешают быть рядом. Нутром чувствую, что врачи ошибаются, что медлить нельзя, а что делать не знаю - меня никто не слушает, относятся как к матери-истеричке.
 
        Нервы мои на пределе, уливаясь слезами, прошу Раису Григорьевну, хирурга заводской поликлиники, с которой я работаю, посмотреть сыночка. Она после работы идёт в детскую больницу, осматривает Димулю, ставит диагноз аппендицит и рекомендует срочно перевести в хирургию. Муж на руках  несёт сына из одного корпуса в другой. В срочном порядке оперируют -  гангренозный аппендицит. У меня перед глазами картина: исхудавший, бледненький, с раскинутыми ручками, с капельницей он умудряется сказать:
- Мама, ты из-за меня не выспишься.
 А я, глотая слёзы, бодро улыбаюсь:
- Всё хорошо, сынок, всё  хорошо, ты скоро поправишься.
Но не тут-то было: начался ограниченный перитонит. Чего нам только не пришлось пережить, а сыночку всё вытерпеть.Он проболел три месяца. Слава Богу, тогда всё обошлось. Я всю жизнь благодарна своему доктору Раисе Григорьевне Жаминовой.

         То ли вещий, то ли нет, но тот страшный сон перестал мне сниться.