Глава3. Кошмарный май

…Арнольд позвонил Олегу одиннадцатого мая в самом начале рабочего дня. Настроение у Олега было неважное: скандал на работе набрал вновь обороты. Кашину неожиданно поддержала Клавдия Васильевна, заместительница главбуха, через час предстояла разборка в кабинете у Генерального. Да еще накануне вечером позвонила Маша Северова: Лёня попал в больницу с гнойным аппендицитом, в поход идти не сможет. Олег в ответ только вздохнул: вот и первая неприятная неожиданность.

- Возможность говорить есть? – первым делом спросил Арнольд.

- На всякий случай говори коротко, самую суть.

- Если самую суть, то так: снаряга явно не новая, в походы с ней ходили. И отнюдь не в походы выходного дня. Но у меня создалось впечатление, что этих женщин кто-то, знающий мою систему проверки новичков, неплохо проинструктировал. Правда, это только мое мнение. Петя – он тоже ходили с нами – говорит, что я пытаюсь уберечься от тринадцати…

- Можешь более не опасаться, - грустно усмехнулся Олег. – Лёня не идет. Так что нас  двенадцать.

- Да ты что! – ахнул Арнольд. – Что с ним случилось?

Олег коротко пересказал услышанное от Маши Северовой.

- А может, это все-таки тринадцать наколдовало?

- Брось, - усмехнулся Олег. - скорее уж кто-то оберегает нас от сего рокового числа. А чего это Петя рванул с вами в поход? Никогда с ним такого не случалось.

- А он еще у Северовых попросился, - ответил Арнольд. – Сказал, что с майским походом у него не сложилось, хоть с нами сходит. Ты же знаешь: у него на фирме эта идиотская майская повинность.

Олег усмехнулся: в фирме, где Петя работал старшим менеджером по рекламе, действовало глупейшее правило: между первым и девятым мая центральный офис не работал, объявлялся общий отпуск. Оставшиеся три недели сотрудники центрального офиса должны были отгулять летом, в крайнем случае, в сентябре. Поначалу это ограничение доставляло Команде массу неудобств: они уже привыкли ходить в походы дважды в год по две недели. У Олега даже было желание отчислить Петю из Команды. Но при трезвом размышлении он решил этого не делать: во-первых, парень в целом неплохой, хотя и не без недостатков. А у кого их нет, недостатков-то? Во-вторых, трехнедельный маршрут можно было проложить по местам более дальним, а потому и более интересным. И наконец, оставшуюся неделю от отпуска остальные члены Команды могли использовать для своих личных дел, снимая таким образом напряженности в отношениях с родными.

- Ладно, давай встретимся послезавтра, - сказал он. - Расскажешь все подробнее.

- Договорились. Где встретимся? Может, ко мне приедешь?

Олег замялся: Инга, жена Арнольда, считала походы угрозой для жизни своего обожаемого мужа. Ее статистике несчастных случаев позавидовала бы и КСС. Ехать к Арнольду – значит, спровоцировать неприятный разговор об опасной никчемности туризма. Еще хуже  тащить Арнольда к себе, в Электроугли, с почти неизбежной перспективой оставить его ночевать: не любит Инга такие вот отлучки мужа. Не то, что ревнует, а просто на дух не приемлет.

- Давай на нейтральной. Встретимся в семь на выходе из метро «Менделеевская» и посидим в кафе неподалеку…

Не довелось им встретиться у станции метро «Менделеевская»: утром тринадцатого позвонила Инга и, захлебываясь слезами, сообщила, что ночью Арнольда увезла скорая. Диагноз – корь, заразился от племянника, когда они седьмого мая ходили на день рождения к сестре Арнольда.

- Вот, боялась все походов, - всхлипывая, говорила Инга. – А опасность пришла с той стороны, откуда и не ждала. Ну что за напасть. С самой свадьбы ждала беды и дождалась…

В течение дня Олег переговорил с двумя хорошо знакомыми ему врачами. Прогноз был для Олега беспросветный: если проболеет два месяца, то дешево отделался. Вечером он поехал к Инге.

- …внезапно проснулась ночью, а он хрипит. Я ему «Арнольд, Арнольд…», а он не отвечает. Вызвала скорую… Господи, лишь бы выжил… Кто ж знал, что Арнольд раньше корью не болел… Хотя Римка-то наверняка знала, не прощу ей этого…

Олег молча выслушал причитания Инги, подосадовав, что не умеет утешать рыдающих женщин. Когда же она смолкла, протянул ей листок с телефонами.

- Возьми. К этим врачам в случае чего можешь обратиться. Скажешь, что от меня, помогут. Прежде всего, ориентируйся на Артура Львовича, он один из лучших специалистов по детским болезням, поразивших взрослых.

Просидев еще минут десять, Олег распрощался с Ингой. Из электрички позвонил Пете, договорился на завтра встретиться: больше получить информацию не у кого, Коля уже в пути.

Петя пришел к месту встречи, опоздав минут на пять.  Олег поморщился: эти Петины нарочитые опоздания на встречи, в которых более заинтересована другая сторона, коробили. Произойди эта встреча тремя днями ранее, Олег бы точно высказал бы Пете все, что думает о такой его манере. Но сегодня настроение у Командора было иным. Генеральный однозначно поддержал Олега, протежировшей Кашиной Клавдии Васильевне пришлось написать заявление об увольнении по собственному желанию. В случае отказа Генеральный пригрозил довести дело до увольнения по статье. Оказывается, к заместительнице главбуха накопилось много претензий. Дошли до небольшого кафе в одном из близлежащих переулков, где – как точно знал Олег – можно было без помех и недорого посидеть и поговорить.

- Не бери в голову, Командор, - сказал Петя, выслушав пересказ разговора с Арнольдом. – Ничего такого я не приметил. Ты же знаешь, Арнольд считает свою систему проверки новичков уникальной, хотя она основывается на элементарных походных требованиях. Да иначе и быть не может. Так что любой имеющий опыт маршрутных походов пройдет его тестирование. Это я накололся, поскольку ранее ходил с матрасниками. А Катя и Соня, похоже, ходили с более серьезными группами, вот потому все требования Арнольда воспринимали как вполне естественные. Мое же впечатление: девчонки, что надо, обузой не будут. И снаряга у них на уровне. Даже палки инвалидные приобрели. Правда, спальники легковаты, да ведь не зимой идем.

Олег чуть заметно усмехнулся. Идею снаряжать новичков вместо альпенштоков инвалидными палками он позаимствовал у Всеволода, ходившего с такой и вне гор. Действительно, по конструкции эти палки близки к альпенштоком, а дешевле в разы. Что у Всеволода с ногой, Олег, разумеется, не выпытывал. Какая-то травма или болезнь. Но по горным кручам Всеволод передвигался не хуже самых опытных скалолазов. Выбирая же маршрут, сокращал равнинные и пологие участки до минимума.

- Не выяснил, кто этих женщин привел в Команду?

- Нет, Командор. Как-то не получилось поговорить об этом. Предполагаю, что пассии Тараса. Он же охоч до женского пола. Но вряд ли сам, скорее всего, Тарас через Мишку все это провернул. Лидка-то ревнива, чисто фурия. Потому и Оксану тогда на ту выходку спровоцировала.

Олег непроизвольно вздрогнул. Вновь Оксана.

- А ты откуда знаешь?

- Сам Тарас и рассказал. По пьяни. Маргаритка-то, младшая из Оксаниных дочерей, от Тараса. Он, ведь, и после женитьбы к этой дурочке наведывался. Оксана не Лидка, она Тарасу все позволяла. Тарас даже ее порол.

- Небось, сбрехал по пьяни-то.

- Не сбрехал, Командор. Сам убедился.

Петя усмехнулся, помолчал немного.

- Это произошло в том году, когда мы на Алтай ходили. С нами тогда были Стаховы. Кстати, Ирина Стахова – старшая дочь Оксаны. Ты это знал?

- Нет.

- Так вот, в середине сентября случайно встретил Тараса и Мишу. Зашел в кафе перекусить, а они мне от ближнего столика руками машут. Присоединился. Заказали по двести, кое-какой закуски, разговорились. Выяснили, что и я, и Тарас присутствуем в сем кафе виртуально, поскольку официально оба еще в командировках. У меня-то случайно так сложилось, решил отгул себе устроить. Наше начальство на отгулы скупо. А Тарас заранее так распланировал. С билетом для отчета вопрос решил, поручив взять его своему подчиненному, с которым в командировку ездил. Посмеялись, разумеется.

- Зря Тарас в такие дела подчиненных вовлекает. Погореть может.

Олег даже поморщился.

- Его проблемы. Так вот, Тарас и Миша в кафе ждали Стаховых. Тем надо было ехать к Оксане, чтобы забрать мальчика.

- Ничего не понимаю. Какого еще мальчика?

- Я тоже поначалу не понял. Тарас растолковал, что Стаховы весьма оригинально решили одну проблемку. В их семейно-деловом тандеме ведущей была Ирина. Возникла проблемка. С одной стороны, нужен ребенок. Не наживать же богатство незнамо для кого. С другой стороны, выпадение Ирины из дела на время беременности, родов, первого года жизни ребенка могло привести к крупным и невосполнимым потерям. А потому Ирина заставила мать зачать от Игоря. Та заартачилась, но Ирина быстренько утихомирила мать, заставила ее подчиниться. Ну чего ты так смотришь? Нормальная житейская ситуация: деловая, способная дочь и никчемная мать.  Тем более, Оксана Ирину не растила, не воспитывала. Девочка с трех лет жила с сестрой отца Тараса и Оксаны. Женщина презирала Оксану и воспитала девочку в духе своих воззрений. В общем, Ирина Оксану и в грош не ставит, считает ее дурой и шлюхой. Последнее, надо сказать, небезосновательно: четверо детей от разных отцов.

Петя хохотнул. Олег хотел, было, прервать разговор, но не стал. Во-первых, сам его затеял. Во-вторых, надеялся, что удастся вернуть разговор к новеньким. И, наконец, полагал, что Петин рассказ хоть немного прояснит подоплеку случившегося почти девять лет назад. Закурил. Петя последовал его примеру и стал рассказывать о том, как приехали в какой-то дачный кооператив, где Оксана работала сторожихой, как они втроем ее выпороли. Рассказывал смачно, со скабрезными подробностями. Олег старался не вслушиваться в его пошлые излияния. Можно, конечно, было попросту отключиться, уйти в себя. Но тогда мог пропустить именно то, что его интересовало. Но к разговору о новеньких Петя так и не вернулся. Единственным светлым в рассказе Пети было известие, что Оксана где-то год назад вышла замуж. Поняв, что ничего интересного он не услышит, Олег прервал разговор и ушел. Было ощущение, что после разговора с Петей сам Олег перепачкался липкой грязью. Понял еще, что ему не хочется больше ходить с Петей в походы. Хотя в этот придется пойти, поздно уже переигрывать. К тому же, Петя единственный, кто видел новеньких в тренировочном походе. Приехав домой, сразу же принял душ, ощущая потребность смыть с себя всю эту грязь.

На следующий день – новая неприятность: не может идти Настя Киселева, по работе не отпускают. За свою работу Настя, в отличие от Лидки, держалась зубами и когтями, упрашивать ее было бесполезно, поэтому Олег ограничился коротким:

- Жаль.

И дальше все шло в этом же духе. Миша Хвостов попался – по его словам – на грубом нарушении правил торговли. Подписка о невыезде. У Евы в Израиле умирает дядя, едет прощаться. Лешу тормознуло-таки начальство: фирма расширяется, его ждет назначение на руководящую должность… Олег стал даже вздрагивать, заслышав звонок мобильника. Числа двадцатого – Олег не запомнил точно дату - позвонила Инга, благодарила за то, что свел ее с Артуром Львовичем, сказала, что недели через две-три Арнольда выпишут из больницы. Олег грустно усмехнулся: в поход-то все равно пойти не сможет.
Вечером двадцать шестого мая позвонил Петя Самойлов и долго мямлил, мол, неожиданно узнали о международной фармацевтической выставке, их фирма будет обязательно участвовать, ему там быть руководителем экспозиции… Олег чертыхнулся, конечно: что ж, все ясно, идут они вшестером. Он сам, Лидка с Тарасом, Митя и две новенькие женщины, имена которых он в очередной раз забыл. Но в душе порадовался. Не хотелось ему после того разговора брать в поход Петю. Надо озаботиться обратными билетами. Впрочем, наверняка Митя уже занимается этим, у него и все паспортные данные в картотеке. А о том, что и Петя Самойлов не идет, он уже знает, не может быть такого, чтобы Петя не предупредил завхоза раньше, чем Командора, жаден Петя до денег. Но все равно, надо денька через два позвонить Мите. И надо собрать всех идущих, выяснить, что закуплено, что нет – как-никак, перед ним отчитались только Ева и Леша.

…Двадцать восьмого утром позвонил Митя.

- Командор, - по голосу чувствовалось волнение и тревога. – Ночью отвез Машу в роддом, схватки начались. – Не доносила она до срока. Час назад позвонили – родила. Сам понимаешь…

- Понимаю, Митя, - подавив тяжкий вздох, ответил Олег. – Обратные билеты еще не брал?

- Не брал. Извини уж, не до билетов было.

- И к лучшему. Кто родился-то?

- Мальчик.

- Что ж, расти будущего туриста. И не сходи с ума, все будет о’кей…

Так, обратные билеты ложатся на него. Жаль, что сегодня нет с собой денег: завтра ехать к заказчику, не до билетов будет. А время-то уходит. Тридцатого утром Олегу пришла гениальная мысль: поручить обратные билеты Тарасу. Или Лидке, благо она уже безработная, свободного времени навалом. Из электрички позвонил Тарасу.

- А я как раз собирался тебе звонить, Командор, - услышал он спокойный голос. – Не идем мы с Лидкой. Мама Лидкина заболела, что-то с сосудами. Так что Лидка – к ней, а я – с маленьким Лешей.

- А почему бы Лидке не взять с собой и сынишку? – поинтересовался Олег. - Заболевания сосудов не заразны.

- Ты что, с ума спятил! – раздался в трубке возмущенный Лидкин голос. – Ты понимаешь: мама больна! Как я туда заявлюсь с ребенком, маме же нужен уход и покой.

Олег молча отключился. Хотел узнать, что для Лидки существеннее? Вот и узнал. И в ситуации, когда надо бы хуже, да некуда. Он тяжело вздохнул и принялся искать в записной книжке телефоны новеньких: надо срочно встретиться с ними, поставить в известность о том, сколь сильно изменилась ситуация. Звали их Катя и Соня, это Олег установил методом исключения. Договорились встретиться в тот же день, вечером. Для себя он решил, что в поход пойдет даже один: слишком уж настойчиво добивался отпуска именно в июне. И хотя Кашина предстала в этом конфликте отменной дрянью, не будет Олег уважать себя, если вдруг выяснится. что все его веские доводы – туфта. Да и шепотки пойдут, почему это Олег Данилов принялся выживать Машу Кашину. Бухгалтерские дамы, и так имеющие на него зуб из-за ухода Клавдии Васильевны, точно расстараются, а к ним присоединяться и другие…

Новенькие оказались симпатичными и сложенными настолько женственно, что сразу же возникали сомнения в их спортивности. Выслушав Олега, они переглянулись и сказали дружно: в поход идем. Олег испытал разом три чувства: удивления, досады и радости. Удивления - потому, что не ожидал быстрого и однозначного ответа, досады - ну и команда ему досталась в этот поход, не дай бог еще раз такую. Ну а обрадовался он тому, что идет все-таки не один: шесть лет назад он рванул в одиночку на Хамар-Дабан и не чаял выбраться. После той авантюры заклялся ходить в походы без спутников, пусть хоть таких, совсем зеленых. Выпадет крайняк, так хоть перевяжут, накормят, а то и до людей дойдут с вестью, что там, в горах, гибнет человек, что помощь нужна…

…Соня с трудом удержала тяжкий вздох. Идут втроем. Тяжко же им придется. И вряд ли Олег ходил со столь беспомощными женщинами. И самое жуткое: он-то уверен, что кое-какой походный опыт у них с Катей есть. Будь неладен тот час, когда они согласились на эту ложь. А мосты-то сожжены напрочь: с работы уволены, сегодня перебрались в пригородную гостиницу, цены в которой им не по карману. Нет у них выбора. Даже признаться во лжи нельзя: скажет Олег жесткое «нет», и что им делать?

- Да, - твердо сказала Соня. – Мы идем.

Катя с мольбой посмотрела на подругу: неужели она согласится, неужели она не понимает, как Кате страшно. Но Соня твердо сказала: идем. И Катя послушно повторила:

- Мы идем.

А еще Кате вспомнились слова той женщины, что, мол, Командор способен и руку поднять на новичков. И особенно он строг к новеньким женщинам, потому как законченный женоненавистник. А защитить их могут только она, да какой-то Тарас. Теперь же выясняется, что ни эта женщина, ни Тарас в поход не идут…

И Соня вспомнила рассказ о наказании Оксаны. «Если по совести, то мы заслужили порку, еще не выехав из Москвы, - грустно подумала она. – Тем, что солгали, переложили свои проблемы на плечи совершенно незнакомого нам человека, испортили ему отпуск»…

...Что ж, раз состав определился, надо брать обратные билеты. Невезуха продолжала править бал: билеты удалось взять на самый неудачный поезд, пресловутый скоро-медленный, да еще в купейный вагон. Хорошо хоть, что вместе, а то туда из-за всех этих пертурбаций со сдачей билетов едут в разных купе и на верхних полках. Впрочем, может и к лучшему, что поход сокращается на один день и вернутся они в Москву не в воскресенье, а в субботу.

Решив вопрос с билетами, Олег принялся за прокладку нового маршрута: никаких восхождений, по ущелью ручья Туманный поднимаются к озеру, а далее идут осыпными склонами к водораздельным хребтам…


Рецензии
Всё больше и больше узнаёшь
о команде, и не всё можешь
принять, как должное.
Видимо, мы в своих провинциях
здорово отстали от продвинутых
"столиц". Уходящая мы "натура" -
после нас придут Ирины, Лидки,
Игори...
С улыбкой, однако:

Тамара Злобина   22.11.2018 18:43     Заявить о нарушении
Спасибо, Тамара, за отклик. Эта глава как бы предопределяет скорый распад команды. Не все ее члены были честны.
Должен Вас огорчить: прототипы Пети, Насти, Ирины и Игоря - провинциалы и принадлежат к поколению, которому сейчас лет 65-75. Разумеется, они не совершали тех поступков, какие я приписал им в этой повести, но совершали другие, тоже некрасивые. Например, прототип Игоря был прямым виновником гибели трех рабочих.
С признательностью, Александр

Александр Инграбен   22.11.2018 22:07   Заявить о нарушении
Да, "Олег" тоже провинциал

Александр Инграбен   22.11.2018 22:09   Заявить о нарушении
Да, очень похоже на то,
что группа распадётся,
потому что перешагнула
некоторую черту
"дозволенности".

Тамара Злобина   23.11.2018 09:19   Заявить о нарушении
На это произведение написано 12 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.