провинциальная драматургия

Провинциальная драматургия

Хотите верьте, хотите нет, но эта история, действительно, случилась на излете времен застоя в небольшом провинциальном городке в центре России. 
В городке тогда был отличный Дворец культуры, может, есть и сейчас, только наверняка обветшал и обезлюдел. А еще в городке был довольно большой градообразующий завод, станция техобслуживания автомобилей без единой запчасти и, как сейчас говорят, креативный директор Дворца культуры. Он закончил  институт культуры в Химках, приехал по распределению в родной городок и прочно осел здесь, сумев развить местную самодеятельность и создать неплохой драмкружок.
 Кружок поставил пару классических спектаклей, но они не имели  успеха. Классика не очень интересовала аборигенов. И тогда руководитель Дворца и драмкружка, назовем его по-простому, Василий Иванов, решил, что не боги горшки обжигают и что он вполне может сам написать хорошую пьесу на местном материале. Вернее, не совсем на местном, потому что Василий, как уже говорилось, был человеком креативным и зацикливаться на проблемах городка не собирался. Он собирался на их примере выйти на общечеловеческие ценности, дотянуться до глубин человеческого сознания.
Материал для пьесы Василий нашел без особого труда, ведь весь город жил только за счет завода.
 Пару недель Иванов посидел на заводе, вник в проблемы, познакомился с инженерами, лаборантами, кое с кем из рабочих. Поговорил с людьми, прочел учебник по современной драматургии и картина окончательно прояснилась. Почти месяц Иванов писал пьесу. Он не предполагал, что это так сложно. Недоедал, недосыпал, перечитал всех классиков и извел горы бумаги, но все же написал. Прочитал ее на заводе, пьеса всем понравилась. Она получилась хорошая и правдивая, да и как ей не быть таковой, если Василий брал ситуации, характеры и даже отдельные реплики своих героев прямо из жизни!
Ведущего инженера центральной заводской лаборатории звали по пьесе Валентин Петрович, но все сразу поняли, что это никакой не Валентин Петрович, а  начальник лаборатории Олег Иванович Осипов. В пьесе он был строг, но справедлив. Украшением творения Иванова стал образ молодой талантливой лаборантки Ольги. Почти все знали, что это не Ольга, а действительно молодая и красивая лаборантка Галя Седлецкая, за которой Василий небезуспешно приударял последнее время.
Ярким получился и отрицательный персонаж, некий сухарь и женоненавистник, главный инженер предприятия. У персонажа не было имени и отчества, он именовался просто "главный инженер". Сразу появились подозрения, что это бывший муж Галочки Седлецкой, но подозрения, как говорится, к делу не пришьешь.
Из других действующих лиц можно отметить хапугу-слесаря со станции техобслуживания, вредную вахтершу на проходной завода и ворюгу повара из общественной столовой. А еще  душевного и вдумчивого председателя месткома завода.
Еще через месяц, после долгих репетиций, во дворце культуры состоялась премьера. Спектакль имел огромный успех, о нем даже писала в короткой заметке главная областная газета "Призыв". В городке заговорили об Иванове, а он, поймав Христа за бороду, начал подумывать о написании второй пьесы.
Правда через пару дней Иванова неожиданно вызвал к себе главный инженер завода. Целый час вся центральная заводская лаборатория, откуда вышло большинство самодеятельных артистов, томилась и гадала, как оно обернется. Обернулось плохо. Иванов пришел сам не свой, белолицый, с трясущимися руками. После выяснения подробностей, председатель месткома, лаборантка Седлецкая и начальник лаборатории Осипов отправились за правдой прямо к директору завода.
- Ишь, чего удумал, критик недорезанный! - горячились они. - Искусство не убьешь!
Иванов проводил их и приободрился.
Директор завода сам вызвал Иванова. О чем они говорили, Иванов никому не сказал, только крепко задумался, глядя куда-то ввысь. Домой он шел пешком, потому что любимый "Москвич" третий месяц мурыжили на станции техобслуживания. Иванов не придал этому значения, все так же задумчиво поужинал пустым чаем и под глухое бурчание супруги сел переписывать пьесу.
Новая пьеса продвигалась быстрей, сказывался некоторый опыт. Тема была по-прежнему производственная, прибавилась лишь параллельная линия духовного обновления рабочих других предприятий, в частности, станции техобслуживания и общественной столовой.   Дней через десять обновленная пьеса была готова, а через двадцать - прошла торжественная премьера во Дворце культуры.
Почти весь городок собрался на премьеру, о работниках завода нечего и говорить. Затаив дыхание, зрители следили за мучительным и драматичным исправлением главного инженера. По ходу пьесы он осознавал, в какой тупик может завести его собственный стиль руководства. Как только осознал, сразу  перестал пить, есть, курить, спать и начал читать Достоевского. В четвертом акте зал взорвался аплодисментами. Именно там мудрый председатель месткома одного из отделов прямо спросил главного инженера:
- Вы знаете наших людей, с которых можно брать пример?
Главный, покачав тяжелой от недосыпа и Достоевского головой, ответил:
- Знаю! Это и начальники отделов, и лаборантки, и простые автослесари и даже вахтеры на проходной! А главный пример - наш директор, который работает день и ночь, день и ночь, день и ночь...
Последнее "день и ночь" утонуло в громе аплодисментов, спектакль  имел еще больший успех.
Завод сразу выделил драмкружку солидную материальную помощь. Были куплены новые декорации, костюмы, звуковая аппаратура. Кое-что перепало в виде премии и самому Иванову. Но он не был бы собой, если б остановился на достигнутом. Творческий зуд буквально сжигал его изнутри, и Василий, не почивая на лаврах, начал третью переработку  пьесы. В ней главный инженер защитил диссертацию, лаборантка сделала важное научное открытие, председатель месткома получил новую квартиру. Директора выдвинули на руководящую должность в министерство. Он долго обдумывал это предложение, не спал и не ел неделю, запоем читал классиков русской литературы и бродил по цехам, прощаясь с родным предприятием. "Здесь останется частичка моего сердца!", - признавался он всем встречным рабочим, инженерам и вахтерам.
Работа шла невероятно быстро, через несколько дней Иванов на отремонтированном "Москвиче" повез пьесу самому директору завода. Чего устраивать какие-то читки, ставить надо - и баста!
Директор сразу нашел время для прочтения, но пролистав страниц пять как-то неуверенно сказал:
- Однако...
Иванов посуровел и спросил:
- То есть?
- А то, что уж больно все розовое и одни положительные герои. В жизни так не бывает!
- Еще как бывает! - ответил Иванов. И был тысячу раз прав!

...Третий вариант пьесы зрители так и не увидели, не успели. Грянула перестройка, и завод вскоре загнулся. А с ним и вся художественная самодеятельность.
Сергей Муравкин