Серебряный век 2

      После выпитой текилы, я, разгорячённый, стал показывать свой фирменный удар пыром, обводящий стенку, когда мяч, по моим же утверждениям не закручивался, а непредсказуемо планировал. Механика удара была такова, я бил чуть ниже середины мяча и весьма сильно, резко вскидывал колено вверх, направляя мяч всем телом. Да, это дворовый футбол. Но как то, в студенческие годы,  местной команде небольшого городка с углового в девятку я всё же закрутил.

      Друзья дружно посмеялись.

     Сергей Петрович стал снова что говорить о Хлебникове. Что то простенькое прочитал.
     Я в ответ высказал мысль о том, что поэзия Блока слишком стерильна, он черпал энергии слов у своих друзей. Это же всё видно.

     Потом, прошлись по Маяковскому, моему любимому Северянину - "вологодскому рыбаку".

     Нет, на самом деле, в то время было товарищество. Маяковского - шестнадцатилетнего пацана, приютили Бурлюки. Одели его, накормили. Выпестовали.

     Это время сильно этим товариществом.

     А, сейчас. Бездарность бездарностью погоняет.

     Ну, и конечно, Пушкин.

     Повести Белкина - лучшее в прозе. Он же, там, слово "подсушил". Этот же приём Толстой подхватил.
     А, в поэзии, гений словесности - разлюли малина. Другое. Диапазон сумасшедший.

     Поэты серебряного века Пушкина не поняли.

     Как же время всех раздевает...