Глава 6. Ночное ненастье

Ночь прошла спокойно, ветра почти не было. Утро их вновь встретило моросящим холодным дождем. Первым делом Олег осмотрел ноги своих спутниц. Вполне прилично все поджило. Позавтракав, быстро собрались и стали по травянистому склону спускаться к ручью Бурный. Склон постепенно становился каменистым, Олег снизил темп. Там, где было посложнее, останавливался, проводил по одной за руку. И все же женщины то и дело спотыкались, пару раз Соня упала. Но вот склон выполаживается, стал слышен гул ручья. Поворот, и открылся он сам, стремительно бегущий, бурлящий на перекатах. Олег подошел к ручью, оценивая уровень воды. Конечно, эта переправа посложнее. Но она и должна быть таковой. Припомнил, что ему известно об этом ручье. Пожалуй, вода-то невысокая. И даже убывает. Да, это видно вот по тем камням: совсем недавно они были залиты водой. Кажется, им повезло, пик весеннего паводка минул, вода идет на убыль. Приметив вынесенные ручьем на берег водоросли, Олег подошел к ним, наклонился, пощупал. Да, точно принесены совсем недавно. Вода спадает. Олег приободрился – раз вода спадает, то их не ждут неприятные сюрпризы - и стал готовить переправу. Место присмотрел ниже переката, где русло ручья расширялось, и скорость течения падала. Сняв рюкзак, переобулся в сандалии, закатал штаны выше колен, велев женщинам сделать тоже самое. Те сразу сбросили рюкзаки, полезли за сандалиями, присев на камни, стали переобуваться. Олег шагнул в ручей, пересек его, с сомнением покрутил головой. Все хорошо, кроме выхода. Неустойчивые камни. Он-то вылезет на берег, и не по таким приходилось выходить на переправах. А вот женщины могут и упасть. А ниже вновь формируется стремнина. Как бы такое падение не оказалось роковым. Стропу не натянешь, не к чему ее крепить, вблизи ручья ни одного не то что деревца, даже кустов нет. Прошел вверх по течению. Раз паводок идет на убыль, можно особенно не торопиться, поискать переправу понадежнее. Еще три раза пересекал Олег ручей и нашел-таки идеальное место, словно созданное для таких новичков, как его спутницы. Даже можно разрешить им переправу с рюкзаками. Олег вернулся к женщинам, объяснил им, что будут переходить через ручей по очереди, первой Катя, второй Соня. Он же станет в русле посередине и будет страховать. После чего перенес на другой берег свой рюкзак, сбросил его у самого начала подъема. Потом вернулся к женщинам, помог им вскинуть рюкзаки, вновь вошел в ручей, встал посередине, где течение было самым сильным, и велел Кате переправляться. Женщина кивнула головой, улыбнулась и храбро вступила в ручей. Сделав два шага, схватилась за протянутую Олегом руку. Вот еще несколько шагов, Олег отпускает Катину руку, и женщина, вздымая тучу брызг, выбирается на берег. Обернувшись, кричит Соне, чтобы та подождала, пока она, Катя, не вытащит из рюкзака фотик. Олег улыбается. Раз вода идет на убыль, то можно и не устраивать спешку. Понятно же, что фотографии с первой такой переправы дорогого стоит. Сам хранит такую. Но вот Катя нашла нужную позицию, направила фотик на Соню. Женщина старательно улыбается, входит в ручей. Чуть дрогнула. Олег сразу же напрягся. Но нет, обошлось, идет дальше. Вот схватилась за его руку. Еще шаг, второй, третий. Поскользнулась и припала к груди Олега. Покраснела. Олег ободряюще улыбнулся ей, помог встать на надежный камень. Еще шаги. Вот и берег. Рассмеявшись, Олег легко выбежал из ручья. Переобулись, привели себя в порядок, вскинули рюкзаки и пошли на подъем. Поначалу склон был травянистым и не очень крутым, а потому поднимались легко. Но чем выше они поднимаются, тем круче склон, идти труднее. Впереди уже отчетливо виден курумник, а над ним, немного нависая, край фирна. Олег нахмурился: как бы не пришлось рубить ступени. Обернулся, еще раз напомнил своим спутницам, как надо идти по курумнику и зашагал дальше, медленнее, оборачиваясь через несколько шагов. Да тут еще тучи начали опускаться. Заметив, что Соня идет неувереннее Кати, велел им поменяться местами. Теперь на участках потруднее Олег оборачивался, протягивал женщине руку. Та смущалась, но помощь не отвергала.

Соня карабкалась по склону и злилась на себя. В их паре она всегда была ведущей, а Катя ведомой. И вот впервые она, Соня, оказалась слабее. Женщина корила себя, но помощь Олега не отвергала. Понимала, что без нее не вскарабкаться на склон. По привычке обернулась: как там Катя? И чуть не поехала вниз. Поймав укоризненный взгляд Олега, покраснела. Но, кажется, склон становится положе: идти легче. Или приноровилась?

Когда Олег велел им поменяться местами, Катя даже опешила. Как? Она пойдет последней? Женщина уже привыкла, что впереди нее идет надежный, уверенный Олег, а позади – Соня. Пусть и не такая надежная и уверенная, как Олег, но все же старшая подруга, которая всегда была Кате опорой, поддержкой. Теперь же позади нее никого. Как то не по себе. Но Олегу виднее, раз он так решил, значит, так нужно. И Катя должна рассчитывать на себя. Страшно и непривычно. Женщина стиснула зубы, вся напряглась.

Пусть и медленно, но они поднимались все выше и выше, удаляясь от ручья. Склон вновь стал круче, стали попадаться крупные камни, валуны. Пока Олег обходил их, пусть и удлиняя путь, но выигрывая во времени. Плохо, что тучи спускаются все ниже и ниже. Как бы не пришлось отступать, ища для ночлега хоть как-то пригодную площадку. Нет, кажется тучи немного поднялись. Или только кажется? Главное, что видимость есть. Теперь надо пройти вот этот участок, на сегодня самый трудный. И вообще, самый трудный из пройденного. Здесь каменные глыбы уже такие, что приходится на них втягивать женщин по очереди. Но уже близок край фирна, вот он, можно даже рукой дотянуться. Дотянуться-то можно, а вот влезть еще нельзя. Надо уходить вправо, повыше. Но вот каменные глыбы они преодолели. Вновь курумник, причем, пологий. И девчата пошли шустрее. А тучи все же снижаются. Надо уже искать место для ночлега. Желательно палатку до дождя поставить. Впрочем, девчата уже с этим делом освоились, быстро справляются. И надо воду найти. При их лимите на топливо топить снег – непозволительная роскошь. С этой стороны воды нет. А вот по ту сторону этого перевала? Наверное, есть. Где-то здесь берет начало безымянный приток Заячьего ручья. Поручив Кате и Соне ставить палатку, Олег отправился на поиск воды, прихватив с собой десятилитровую складную канистру и кружку. Делать вечером большой запас воды он привык с первых походов, после того как однажды утром выяснилось: сидят они в туче настолько плотной, что от входа в палатку не видно концов штормовых оттяжек. Дойдя до края снежника, Олег остановился, обернулся. Катя и Соня уже заканчивали установку палатки. Ветра почти не было, так что дело у женщин спорилось. С юга медленно ползла иссиня-черная туча. Олег покачал головой. Как бы не легла она на этот перевал. Впрочем, раз пик половодья минул, то не страшно провести здесь завтрашний день. Олег усмехнулся, пошел дальше. Метрах в двадцати виднелось ущелье, по которому течет безымянный приток Заячьего ручья. Похоже, спуск в него крутоват. Олег покачал головой, дошел до самого края, осмотрелся. Здесь ущелье только зарождалось, глубина его всего пара метров. Но склон, который им надо преодолеть, почти отвесен. Сам-то Олег легко спрыгнет вместе с рюкзаком, а вот девчатам не спуститься. Пошел вдоль самого края. Внизу бежит ручеек, совсем неширокий, перешагнуть можно. И нужно перешагнуть, поскольку хороший путь лежит по правому орографическому (1)  берегу, а слева - скалы. Но прежде надо сюда спуститься. И еще найти место, где можно набрать воду. Ручеек явно начинается не от их снежника, хотя из-под снежника в него струйками сочится вода. Вскоре Олег увидел место, где легко можно набрать воду. Каменный уступ преграждал ручью путь, образовалось небольшое озерцо, откуда вода изливалась вниз сильной струей. Олег спрыгнул, наполнил канистру, прошел чуть дальше. Остановился, покачал головой. А вот со спуском в ущелье проблема, дальше высота и крутизна склона только нарастают. Впрочем, какая крутизна, дальше отвесные скалы. К тому снежнику, из которого берет начало этот безымянный ручей, не пройти. Точнее, надо искать обход. Где же спуститься в ущелье? Да вот здесь. Сам он спрыгнет с рюкзаком, потом, скинув его, примет девичьи и снимет с уступа самих женщин. Олег легко вскарабкался наверх, еще раз посмотрел на ползущую с юга тучу.

- Низко идет, - проговорил он, покачав головой. – Низко. Сидеть нам эту ночь в этой туче.

Еще раз глянув на тучу, зашагал к девчатам. Те уже полностью обустроились. Катя заправила примус, ждала только Олега с водой. К Олеговой радости, она быстро научилась управляться с ним. Сам он не был большим мастаком по части обращения с примусами, ими всегда заведовали Митя и Ева. Катя же уже со второго дня стала так ловко управляться с этим прибором, что Олег даже пошучивал об их взаимной любви.

Ветер совсем стих, а потому решили ужинать на воздухе. Вот уже над примусом пристроен котелок, в миски насыпано сухое картофельное пюре, Соня раздала всем по куску сушеного мяса.

- Девчата, похоже, туча к ночи лежит на нас, - негромко сказал Олег. – Видимости не будет. А потому еще раз напоминаю: по нужде отходить только до конца штормовой оттяжки. Присаживаться, держась за нее одной рукой. На всякий случай, я еще закреплю стропу за кольцо над входом. Но ей пользоваться только при крайней необходимости.

Обе женщины смущенно кивнули головами. Поужинав, еще немного посидели, разговаривая о пустяках. Олег осмотрел ноги своих спутниц, убедился, что все зажило. Потом женщины вдвоем пошли за гряду скал, торчавших метрах в пятидесяти от палатки. Когда они вернулись, Олег тоже отправился прогуляться на ночь. Вернувшись, обошел еще раз вокруг палатки, проверяя надежность крепления штормовых оттяжек. К этому его в первых же походах приучил отец одноклассника и друга, благодаря которому Олег и увлекся горным туризмом. Все оттяжки были закреплены надежно, и Олег улыбнулся. Все-таки его спутницы постепенно овладевают нужными в горах навыками. Вернувшись к входу в палатку, присел на большой камень, закурил. Катя и Соня, тем временем, устраивались в палатке. Докурив, Олег вдавил окурок в землю, встал, потянулся. Посмотрел на надвигающуюся тучу. Всполохи зарниц насторожили его: не придет ли сюда гроза? Олег огляделся. Вокруг поднимались скалы, давая надежду, что молния ударит в них, а не в палатку. Да и куда отсюда переносить лагерь? На склонах, идущих к ручью Бурный нет подходящих площадок, в верховьях ущелья безымянного притока Заячьего ручья он тоже таких не видел. Пожалуй, это место надежнее. Олег вздохнул и полез в палатку. А минут через десять по тенту забарабанили крупные капли дождя, поднялся ветер. Засыпая, Олег машинально отметил, что, скорее всего, ветрило сгонит тучу с перевала. И это хорошо, потому что тогда они завтра спокойно переправятся через Заячий ручей, а может, и через следующий, Коварный. Впрочем, несмотря на столь пугающее имя, он не столь сложен для переправы при не очень высокой воде. А пик половодья уже позади. Куда более коварен одноименный перевал. И именно с этой стороны. Но к этому перевалу они не пойдут. Незачем им туда идти. Они пойдут к Туманному озеру. До него недалеко, от силы два дневных перехода. И две переправы. Правда, одна сложная, через ручей Бешенный. Но раз вода спадает, то справятся…

Соня проснулась среди ночи. Почему-то было очень темно, темнее, чем в предыдущие ночи, хотя по законам природы в это время года каждая следующая ночь должна быть светлее предшествующей. Хотя бы не темнее. Снаружи буйствовал ветер, креня палатку. Минуты две женщина лежала неподвижно, прислушиваясь к его завываниям. Но организм настойчиво требовал, чтобы Соня вылезла наружу. Женщина прислушалась: Олег и Катя сладко спят, даже посапывают. Облегченно вздохнув, Соня нащупала на подвеске, устроенной в самой верхней точке палатки, которую Олег почему-то называл люстрой, налобный фонарик, напялила его на голову, зажгла, решив, что при его свете сможет отойти от палатки подальше. Да, Олег предупредил: отходить не далее конца штормовой оттяжки. Но сама мысль о том, что надо присесть возле палатки, вгоняла женщину в краску. Потом вылезла из спальника, села, нащупала замочек молнии и приоткрыла вход в палатку. Высунувшись под тент, нашла свои сандалии, проворно обулась. Расстегнула застежку тента. Сразу же под него ворвался ветер, отбросив полог наверх. Вдруг пространство под тентом на мгновение озарилось призрачным светом, и тут же раздался оглушительный гром. Соня вздрогнула, поняв, что на их палатку легла грозовая туча, весь воздух пропитан водой, а возникающие молнии проносятся совсем близко и с грохотом ударяют в скалы. Женщина попятилась. Но организм все настойчивей и настойчивей требовал своего. Соня, стиснув зубы, попыталась выбраться наружу. Ветер прижал ее к штормовой оттяжке, а рукава рубашки сразу же намокли. Соня заползла назад, под тент и, вздохнув, стянула трусы, засунула их в палатку, решив, что так она сможет быстрее пописать и вернуться в палатку. Еще вспышка, совсем близко, и тут же оглушительный грохот грома. Стиснув зубы, женщина выползла наружу. Луч налобника тонул в плотной туче, выхватывая из мрака жалкие сантиметры пространства. Соня попыталась встать, но сразу же была повалена ветром. Уцепившись за штормовую оттяжку, все-таки приподнялась. И тут молния пронеслась совсем рядом, на миг выхватила из тьмы ближние скалы и, ударившись во что-то, оглушила Соню раскатом грома. Закусив губу, дрожа от страха, женщина добралась-таки до конца оттяжки, попробовала присесть, повернувшись к ветру задом. Тот тут же задрал ее рубаху, натянул на голову. Кое-как высвободившись из объятий мокрой ткани, Соня поспешно облегчилась и неуклюже поползла к входу в палатку. Позади нее вспыхнула еще одна молния, тут же раздался оглушительный раскат грома, а почти следом за ним грохот падающих камней. Соня настолько испугалась, что готова была разбудить Олега. Но падение камней прекратилось, ночную тишину нарушало только завывание ветра. Забравшись под тент, женщина стала застегивать полог. Ветер рвал ткань из ее рук. С трудом, но она справилась с непокорным пологом. Дальше уже проще: расстегнула застежку внутренней палатки, прошмыгнула вовнутрь. Огляделась: ее спутники крепко спят. Облегченно вздохнула, натянула трусы, выключила и положила на люстру фонарь, забралась в спальник. И тут же задрожала всем телом, то ли от холода, то ли от пережитого ужаса, то ли и от того и другого одновременно. Вновь раскат грома, но уже более тихий. Гроза уходила в сторону. Соня закрыла глаза, попыталась уснуть. Но сон не приходил. Доносились раскаты грома, уже глухо, где-то падали камни. Потом по тенту вновь забарабанил дождь. Под эти звуки женщина незаметно уснула.

  1/ Встречающиеся в туристских текстах сочетания «левый орографический» или «правый орографический» по отношению к берегу реки, склону хребта, стороне долины, ущелья и т.п. означают, что они находятся слева или справа относительно горы или возвышенности, от которой берет начало река, отходит хребет, ущелье или долина.
Проще говоря, надо мысленно представить себя на месте вершины и, глядя в сторону реки, хребта, ущелья и т.п., легко определить их левую или правую сторону. Это и будет их неизменное обозначение – орографически.

*****
фотография из интернета


Рецензии
Вот почему моя жена никогда не ходила со мной в походы.
С уважением
Владимир

Владимир Врубель   01.05.2019 14:16     Заявить о нарушении
Спасибо, Владимир, за отклик. Моя жена, напротив, ходит со мной в горные походы. В некоторые мы вообще ходили вдвоем, в том числе, и в январе на Кольский полуостров.
С признательностью, Александр

Александр Инграбен   01.05.2019 21:24   Заявить о нарушении
На это произведение написано 11 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.