Бутерброды

Примечание: написано по заданию "Обыграйте аппетитный бутерброд"

У Ксюши была одна странная привычка: она любила сравнивать людей с бутербродами. Ее начальник походил на жирноватый бургер с чуть пережаренной котлетой внутри: вроде симпатичный и аккуратный, дисциплинированный и требовательный к другим, но как случался праздник, так из начальника непременно вылезало что-то неприглядное, грубое, «с душком».

Две ее бывшие одноклассницы точно были диетическими чизбургерами – улыбчивыми, шумными, но скучноватыми, пресными до неимоверности.

А недавно Ксюша познакомилась с Петром Михайловичем. Вернее, с Петей. Это он на заводских собраниях для всех был очень официальным, с именем-отчеством-строгим-взглядом, а для Ксюши, когда удавалось остаться ненадолго наедине, Петр Михайлович сразу превращался в странно скованного, смущенного и краснеющего до ушей Петю, который лез в пакет, извлекал оттуда коробку дорогущих шоколадных конфет и протягивал ее Ксюше.

Первое время Ксюша и сама смущалась подобных подарков, странного немногословного ухажера, все не решающегося не только ее поцеловать, но и просто коснуться ладони. Но потом Ксюша ездила как-то в ресторан по служебному делу и заметила на подносе маленькие французские бутерброды. Это был поистине кулинарный шедевр: на тонком кусочке белого хлеба умещались розоватый паштет, капля белоснежного воздушного крема, лист салата, казавшийся особо сочным и ярким при электрическом освещении. Но больше всего Ксюшу поразила розочка, сделанная из полоски помидора, — она так и просилась в рот. А корица, которой были присыпаны бутерброды, аппетитно щекотала ноздри, манила, очаровывала, и рука Ксюши сама потянулась за лакомством. Это Петя — сразу же поняла она. Ее Петя именно такой: утонченный, очень правильный, заботливый и нежный. И шоколадку он после этого принес с корицей. В кофейню пригласил, где пахло гвоздикой и другими пряностями. А в выходные они поехали на пикник, и Ксюша захватила с собой французские бутерброды. Ее Петя с удовольствием таскал их из корзинки, откусывал, смакуя и явно разделяя Ксюшину любовь к нежному паштету, смешно морщил веснушчатый нос и целовал ее пальцы, когда приходилось стирать коричневые следы корицы с его губ.

— Какая ты у меня славная, — говорил Петя. — Совсем как мимоза, такая же солнечная. Понимаешь, я часто сравниваю людей с цветами. И ты — мой любимый цветок.

Ксюша слушала и улыбалась.

А солнце уже золотило горизонт, и небо обещало быть звездным, романтично-загадочным, по-настоящему майским.