Глава 8. Переправа через ручей Заячий

- Олег, на помощь! – отчаянно закричала Катя. – С Соней беда!

Она прыгнула вперед, навалившись всем телом на ноги подруги. Два отчаянных женских крика для Олега слились в один. Резко обернувшись, он поспешил на помощь. Вдвоем им удалось остановить сползание Сони в образовавшейся провал. Затем Олег правой рукой ухватил край надетой на Соню куртки, стал тянуть за него, медленно поворачивая женщину, подтягивая ее к склону.

- Катя, тащи Соню за ноги. Но не к склону, а назад, к себе, чтобы ее тело начало вытягиваться вдоль склона, - отрывисто сказал он. – И сама не отодвигайся от скал. Дополнительного веса снежный пласт над потоком может не выдержать.

Катя кивнула головой и, упираясь ногами в какой-то камень, потянула Соню на себя. Ее тело стало сдвигаться к склону. Олег перехватил Сонину куртку повыше, затем ухватил ее за руку. Вдвоем они вытянули женщину на безопасное место, помогли ей сесть. Соня разрыдалась.

- Ну-ну, - стал успокаивать ее Олег. – Все позади. Зачем ты пошла к середине ущелья?

- Там снег, по нему легче и приятнее идти, чем по камням, - всхлипывая, сказала женщина.

- Этот снежный пласт коварен, - назидательно сказал Олег. – Снизу его размывает ручей. И в этой части ущелья он настолько подмыт ручьем, что превратился в снежный мост. Потому я перед каждым шагом прощупываю его надежность. Если почувствую слабину, то дам команду снять рюкзаки и протаскивать их волоком. А то и самим проползать ненадежный участок.

Соня кивнула головой, всхлипнула.

- Я бы разбилась? Насмерть? Там же высоко.

- Не так уж высоко, метра два от силы. Но поскольку падала бы вниз головой, то без травм не обошлось бы.

- И чтобы мы делали?! – воскликнула Катя.

- Я бы взял лопату и пошел прокапываться к Соне…

- Почему ты один? А я?

- А ты бы осталась у рюкзаков. Тут навык нужен, - улыбнулся Олег. – Вытащили бы мы тебя, Соня. Хорошо, что ручей не прорезал здесь большой туннель. Иногда ручьи в таких снежниках пробивают туннели высотой в полтора-два метра. По ним и ходить можно. Но это под фирнами и когда сильный весенний паводок. Ручей становится полноводным, размывает снег. Когда же вода спадает, небольшой ручеек течет по дну этого туннеля. Приходишь в себя?

- Да. Даже могу уже идти.

- Не торопись. Сейчас мы с Катей и двумя рюкзаками, спустимся со снежника. Потом я вернусь за тобой и третьим рюкзаком. Прошу только: сиди здесь и не двигайся.

- Не буду я двигаться.

Соня постаралась улыбнуться. Олег погладил женщину по голове. Потом они с Катей вскинули рюкзаки – женщина настояла, что сделает это без помощи Олега – и пошли вниз. Соня смотрела им вслед, пока ее спутники не скрылись за очередным поворотом.

Но вот и край снежника. Из-под него с шумом вырывается ручей, таща вниз куски снега. Олег и Катя прошли еще метров двести, пока не вышли на небольшую, относительно ровную площадку. Здесь они скинули рюкзаки. Олег, наказав Кате не отходить отсюда далеко, быстро пошел назад. Дождавшись, когда он скроется за поворотом, Катя достала из кармана фотик и пошла фотографировать то место, где ручей вырывается из-под снега. Зрелище не обмануло ее ожиданий. Ручей здесь пробил туннель, хотя и не такой огромный. Катя стала искать место, откуда выход из ручья выглядел наиболее зрелищным. Поскользнувшись на камне, чуть не упала в ручей, в последний момент вцепившись в торчащий рядом куст. Но снимки сделала. Задорно улыбнувшись – какая я молодчина – вернулась к рюкзакам.

Олег застал Соню на том же месте, где ее и оставил. Он облегченно вздохнул, более всего боясь, как бы женщина не решила погеройствовать. Но нет, Соня сидела спокойно, положив руки на колени. Увидев Олега, улыбнулась. И Олег улыбнулся Соне. Вскинув рюкзак, помог женщине встать. Пошли вниз по уже проложенным следам. Поначалу Соня шла медленно, отставала. Но постепенно разошлась. А вот и сидящая рядом с рюкзаками Катя. Увидев их, вскочила, замахала руками. вскоре вся их маленькая группа соединилась. Дав Соне немного отдохнуть, пошли дальше. Еще один поворот, и стал слышен гул несущейся воды. Они прошли еще немного, и превратившийся в реку Заячий ручей предстал перед ними во всем своем великолепии. Соня и Катя не удержались, восхищенно вскрикнули. Олег же внимательно смотрел на несущиеся потоки воды, на дальний берег.

- Да, - пробормотал он. – Ну и местечко. Увы, выбора нет.

Место для переправы и впрямь не внушало оптимизма. Метрах в двухстах выше ручей Заячий через небольшой уступ изливался из теснины. Метрах в пятидесяти ниже в ручей впадал полноводный сейчас приток, увеличивая массу воды раза в полтора. Переправляться можно было на участке, длиною метров в тридцать-сорок. На этом, левом, берегу – ни кустика, на противоположном, метрах в пяти от берега – заросли ольховника. Выдержат ли, если закрепить за них стропу? Вопрос. Две стремнины: одна ближе к их берегу, вторая, несколько более мощная – почти посередине. Одно хорошо: нижнее течение притока отделяет от ручья невысокая каменистая гряда, образуя тихую – даже и в нынешнее, буйное половодье – заводь.

- Вот от этой заводи и нужно начинать переправу, - тихо проговорил Олег. – Здесь можно будет проверить крепление девчат, успокоить их, дать привыкнуть к воде. А вот дальше… Как дальше, определит разведка. Девчата, - сказал он громче. – Сейчас я с одним из легких рюкзаков перейду этот ручей… Впрочем, сейчас он обратился в достаточно серьезную реку. Так вот, я перехожу эту реку, выбирая трассу понадежнее, переношу на тот берег стропу, если удастся, закреплю ее за кусты. Соня, ты страхуешь меня: держишь крепко другой конец стропы, постепенно выбирая ее так, чтобы была небольшая слабина. Стропа метров на двадцать длиннее, нежели ширина ручья. Ни при каких обстоятельствах не отпускай стропу и не заходи в воду. В крайнем случае я сам отпущу стропу. Не волнуйтесь, выберусь. И не такие переправы были. Главное, запомни, хорошо усвой: если что-то случится, то помочь ты можешь только тем, что будешь стоять, как вкопанная и крепко держать стропу. Катя, ты подстраховываешь Соню, поможешь ей, если потребуется. Когда вернусь к вам, определим порядок переправы. Поняли?

- Да, - дружно отозвались обе женщины.

- Что вы поняли?

- Ну, я должна держать стропу и стоять, как вкопанная, - проговорила Соня.

- А если точнее?

- И, чтобы не случилось, не сходить с места и не выпускать стропу из рук.

- А я должна быть готова помочь Соне, - быстро сказала Катя. – Олег, а пока я не нужна Соне, фотографировать можно?

- Умницы. Раз поняли, то снимайте штаны, ботинки, надевайте сандалии. Оба спальника в одном рюкзаке?

- Да, - ответила Соня.

- В чьем?

- В моем, - отозвалась Катя.

- Тогда я иду с Сониным. Да, вот что еще: подвяжите повыше рубашки. Вода высокая. И все документы, деньги отдайте мне. Фотоаппараты, телефоны уберите в непромокаемый мешок. Он в клапанном кармане моего рюкзака. Впрочем, один фотоаппарат оставьте. Пусть Катя фотографирует. Но перед переправой уберешь его в непромокаемый мешок. В тот, что в клапанном кармане.

- А может, снять рубашки? – озорно воскликнула Катя, протягивая Олегу свои и Сонины документы, деньги.

- Если хочешь – сними, - буркнул Олег, вдруг поняв, что и он сам хочет, чтобы девчата сняли рубашки.

Понял – и осерчал на себя: не о том сейчас нужно думать, не о том. Соня так посмотрела на подругу, что та смутилась, покраснела. Олег рассмеялся, убрал женские документы и деньги в непромокаемую сумочку, всегда висевшую у него на поясе. Подумал, не стоит сейчас сказать женщинам о том, с какой стороны стропы нужно идти на переправе. Но тут же отверг эту мысль. Ведь Соню через ручей поведет он сам, а при переправе Кати будет на этом берегу и проследит, чтобы женщина и пристегнулась к стропе, и встала правильно.

Женщины принялись торопливо раздеваться. Олег постоял немного, стараясь угадать, где надежнее будет переправа. Из-за пены стремительно мчащейся воды дно просматривалось плохо. Зато хорошо было видно, как быстро прибывала вода.

- Медлить нельзя, - подумал Олег. – А потому не до поиска оптимального варианта. Приемлем первый – идем им. Да и вариантов тут раз два и обчелся. Метров десять влево, метров двадцать вправо. Лучше они или хуже можно оценить только с того берега.

 Он вздохнул, снял ботинки, штаны, аккуратно сложил их на берегу.

- Давайте прилаживать страховки. Мои наставления помните?

- Конечно, - бодро ответила Соня, пытаясь приладить верхнюю часть страховки вместо нижней.

Олег, вздохнув, приладил страховку на Соню.

- Не будем терять время, - сказал он. - Катя, прилаживай страховку самостоятельно. А я начну разведку. Еще раз напоминаю: никакой самодеятельности. Договорились?

- Конечно, - успокоила его Катя. - Ты не волнуйся, все будет в порядке.

- Еще раз напоминаю тебе, Соня: ни при каких обстоятельствах ты не выпускаешь из рук стропу и уж, тем более, не заходишь в воду, - Олег строго посмотрел на женщину. - Ни при каких. Если я отпустил стропу, то ждешь моей команды. Скажу: вытягивать стропу назад, вытягивай. Ясно?

- Конечно, - улыбнулась Соня.

- Я буду помогать ей, - пообещала Катя.

Олег вздохнул, вскинул на плечи Сонин рюкзак  и шагнул в ручей, успев приметить, что трусики у его спутниц пусть и не по последнему писку моды, не эти стринги, но весьма эротичные. Точно, уверился он, кто-то из женщин задумал и разыграл эту комедию: только женщина способна убедить подруг не брать в поход купальники. И эта неведомая Олегу женщина хотела более досадить Кате и Соне, нежели команде.

Заводь оказалась глубокой, сразу же, как говорится, почти по самые ноги. Но зато течения почти нет. С другой стороны заводь ограничивалась каменистой грядой, где уровень воды был сильно ниже колен. Через эту гряду часть потока изливалась в заводь. За грядой сразу же начиналась первая стремнина, шириной метра два. За этой стремниной – каменистая отмель, сужающаяся по направлению течения. За отмелью – вторая, основная стремнина раза в два шире первой. Метрах в десяти выше устья потока обе стремнины сливаются в одну. За второй стремниной – опять каменистая отмель, тянущаяся уже до самого берега. Но вода прибывала, постепенно заливая дальнюю отмель.

Пройдя заводью, Олег поднялся на ближнюю гряду. Сделать это, вопреки его опасениям, оказалось нетрудно: каменный массив, отделявший заводь от основного русла, образовывал в прилегающей к заводи части ступени. Без особых проблем он пересек и каменистую гряду, где уровень воды был чуть выше щиколоток. Хотя отметил, что течение уже здесь быстрое.

- Если кусты на том берегу держат, - решил Олег, – то Соню я переведу. Кате же придется идти одной. Но мы будем страховать ее с обоих берегов. К тому же она на переправах чувствует себя заметно увереннее, чем Соня. Да, так и сделаю: первой переведу через поток Соню, затем перенесу рюкзаки, потом ручей перейдет Катя. А потом я еще раз перейду через ручей, выбирая стропу.

Уровень воды на ближней стремнине был по колено. Олег сразу ощутил силу напора, возникло сомнение в осуществимости переправы. И все же он решил дойти до конца. Может, даже, еще раз пройти переправу со вторым рюкзаком по закрепленной стропе: уж больно сомнительны другие места переправы. Да и есть ли они? Пожалуй, он сразу угадал наилучшую. Точнее, наименее плохую. Преодолев первую стремнину, он легко прошел по отмели и вошел в дальнюю, более мощную…

…Катя, напрочь забывшая о своем обещании помогать Соне, с восторгом смотрела на пересекающего бурную реку Олега. Вот он взобрался на каменную гряду, преодолел ближнюю стремнину, вышел на отмель. Достав фотик, сделала несколько снимков: Соня, смотрящая, как ручей мощным потоком вырывается из теснины, ущелье, по которому они спустились сюда, с ручьем, вырывающимся из снежного плена, горы и конечно Олег, так спокойно и уверено идущий через эту реку, которую почему-то считают ручьем.

- Как же ловко он идет, - с восхищением прошептала она. – Вот молодец. Да и река не столь уж страшная, как нам показалось вначале. А почему бы и мне не перейти ее следом за Олегом? Действительно, почему? Стропа же натянута, я буду держаться за нее. Олег, конечно, сперва нахмурится, но потом обязательно похвалит меня. И идти надо левее стропы, потому что Соня смотрит вправо и увидит меня, если я зайду с той стороны. Испугается и помешает осуществить задуманное.

Решено – сделано. Катя убрала фотик в клапанный карман Олегова рюкзака, в тот мешок, где уже лежали их мобильники. Затем она решительно вскинула рюкзак на плечи и шагнула в воду. Разом позабыв все наставления Олега, она даже не прикрепила карабин к стропе. Припомнила, что та женщина, что рассказывала им о случившемся с Оксаной, говорила, что та пошла не с той стороны стропы. Отмахнулась. Олег же идет, в общем-то, без помощи стропы. Пройдет и она, Катя.

- И вода не такая уж холодная, - подумала Катя. – А дальше будет мельче. Я же видела: самое глубокое место – у нашего берега. Главное – не поскользнуться.

Она выбралась на гряду и, сделав еще пару шагов, вошла в стремнину. Мощный напор воды ошеломил ее. С трудом она сделала-таки шаг, попыталась шагнуть дальше, но даже не поняла, почувствовала тщетность своих усилий.

- Вот тебе и не страшная река, - успела еще подумать Катя. - Надо выбираться назад.

Она попыталась развернуться, но поток воды оторвал ее от стропы, повалил, поволок. Катя попыталась за что-нибудь зацепиться, отчаянно задрыгала ногами. Но тут она головой ударилась о камень, и почувствовала, что проваливается в черноту…

...Соня, завороженная красотой и мощью потока, рвущегося через узкую щель между скалами, не следила за переправой Олега: стропа в меру натянута - ну и ладно. Не обращала она внимания и на Катю. Нет, если бы потребовалась помощь, она бы тут же позвала подругу. Но ее помощь пока не нужна, пусть попрыгает от восторга, пофотографирует... Стропа вдруг дернула ее руку. Соня нехотя отвела взгляд от ручья и... обомлела. Катя с рюкзаком на плечах браво идет по гряде. Соня хотела крикнуть, но язык будто к гортани прилип. Вот Катя сделала шаг, еще один, еще... Вдруг она, беспомощно взмахнув руками, повалилась на бок. Поток подхватил женщину и поволок ее. По воде поплыли какие-то тряпки.

Не отдавая себе отчет, что она делает, Соня, не раздумывая, выпустила из рук стропу и прыгнула в воду: Катя гибнет, надо спасать. И тут же, поскользнувшись, упала ничком, целиком погрузившись в воду.

- Вот и конец, - вдруг поняла она. - Здесь я и останусь. Доченьки мои, Верочка, Машенька, простите свою непутевую мать. Простите и прощайте...


Рецензии
Мне как-то пришлось переправляться через реку Колыму.
Читал и сравнивал с событиями описанными в главе.
Так всё доходчиво и будто сам там был.
С уважением.

Владимир Винников   22.11.2018 06:49     Заявить о нарушении
Спасибо, Владимир, за отклик. С признательностью, Александр

Александр Инграбен   22.11.2018 13:41   Заявить о нарушении
На это произведение написано 9 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.