***

    Близкий друг Толона Лаб произнёс:
    - Вероятно, она сама не желает покидать это место. Она привыкла к нему, хоть оно и причинило ей муки и страдания. Она не готова отказаться от него.
    - Но что же делать? - чуть не плача проговорил Толон.
    Решение пришлось принять Амриле.
    - Если Мельта не желает покидать это место, мы не смеем отнестись к её желанию неуважительно, заставляя покинуть его. Одновременно мы не можем и оскорбить её пренебрежением, просто оставив здесь и забыв о ней. Полагаю, друзья мои, наилучшим выходом будет выстроить над ней дворец достойной красоты и с роскошным убранством, - Амрила ласково улыбнулась. - Кроме того, нам не следует и оставлять её одну. Кто-то должен постоянно находиться с ней и почаще беседовать, говорить ей о чём-либо, возможно, она слышит нас...
    - Я готов! - воскликнул Толон.
    - Я готова! - вторила Просвила.
    Амрила нежно погладила их по щекам:
    - Мы все готовы к этому, - проворковала она, - но, предполагаю, что в данном случае лучше других Мельте поможет Лавона.
    Лавона появилась в обществе зорков недавно, но о ней уже говорили многие. Ей было что рассказать о своих делах, поведать то, что вмещают в себя пределы знаний, положенные для зорков.
   Лавона была весьма долголетным зорком и всю жизнь она странствовала от вселенной к вселенной, от мироздания к мирозданию в ЛИТВЕ,
    ЛИтвою называлась небольшая искусственная вселенная без собственной прочной оболочки и шургалы. Она не могла существовать обособленно. Обычно она находилась внутри какой-нибудь вселенной, принадлежавшей богу или богине ордием. Литвою обычно правил один или множество КЛЯКОВ - аников, обладающим особенными способностями. Ордием давал ей пристанище в своей вселенной на время своего нахождения в начальных измерениях - РОВЕ, МАХАБЕ, КОРКЛЕ. Потому что она являлась чем-то вроде иммунитета, вакцины, прививки от попадания во вселенную ордиема огромного количества аников, способных причинить немало бед, в том числе и отобрать вселенную. Когда вселенная ордиема переходила в измерение, ближние к Рдовому Гнезду, она могла перебросить по энергетическому каналу лИтву в ров, отдав её под оболочку другому богу ордием или богине, только основавшему свою вселенную. ЛИтв было меньше, чем вселенных ордиема , их ценили, как вакцину, зачастую вокруг одной лИтвы объединялись в союзы, пользующиеся иммунитетом от неё. Они же её и питали, но кляки правившие лИтвами, впускали в неё и определённое число зорков. Находясь в лИтве, зорки наделяли её население энергией благ, но не всегда получали отдачу от молитв и поклонения и поэтому зорков-лИтвийцев спонсировали нужной энергией от зоркских сообществ ташкал.
    ЛИтвы образовывались из пузырей, возникавших в ровах в небольших количествах.
    Если в Мироздании правил Род богов аури и однажды оно очищалось от низших существ, лИтвы не уничтожались, а по возможности, передавались в другое Мироздание, где начинал своё правление новый Род аури. Правда выход из Мироздания в Мироздание не всегда был благополучен для лИтв, до трети из них могла попасть в пространство из Хаоса и в таком случае кляки и зорки растворялись в нём, а масики и мундры животных, пожелавшие остаться в лИтвах, просто прекращали своё существование.
    Лавона в своё время была направлена на работу в такую лИтву. Находясь в ней, она не могла иметь детей, хотя и была замужем: в лИтве могло пребывать лишь ограниченное количество зорков. Но, с другой стороны, лИтва была особенным миром, про который можно многое рассказать.
    Рассказами Лавоны зорки и надеялись привести Мельту в чувства.
    Итак, над Мельтой сиял хрустальный купол её нового дворца, а вокруг её неподвижно лежащего тела были разостланы толстые ковры и расставлена удобная мебель.
    Зорки расселись на коврах и низеньких креслах вокруг Мельты на таком расстоянии, чтобы она могла слышать их голоса. Струя яркого света падала на её лицо, замершие остекленевшие глаза.