Малыш

  Деревню занесло снегом, и можно было подумать, что она будет спать под этими сугробами до первого весеннего тепла, но жизнь продолжалась, неторопливая, размеренная - и изо всех печных труб вились сизоватые дымки.
   Снежная выдалась зима в тот год и удивительно светлая, стояли солнечные дни с лёгким морозцем. Зимнее солнце невысоко поднималось, но и этого  было достаточно, чтобы порадовать землю накануне Рождества, и в холодных лучах торжественно серебрились деревья, покрытые инеем.

   Большой рыжий пёс Малыш любил такую погоду, радовался снегу, играл, что-то ища в сугробах, зарывая нос в снег, принюхивался, потом  будто находил, раскапывал лапами, визжал и лаял. Его морда была запорошена снегом, а умные тёмные глаза светились лукавством. Все деревенские ребятишки любили Малыша за его добрый весёлый нрав, а маленький Саша особенно гордился таким другом, потому что Малыш жил в их дворе с тех самых пор, как его совсем маленьким щенком нашёл на просёлочной  дороге Сашин дедушка. Малыш был ещё очень молодой пёс и любил поиграть с мальчишками, особенно охотно бегал за ними, когда те с громким смехом катались на санках с горки.

  Сегодня  Саша тоже собирался пойти покататься на горку. Бабушка  не хотела отпускать его на улицу, но дед – он что-то мастерил, сидя в уголке, – разрешил погулять. Погода, говорит, хорошая, пусть мальчишка погуляет. А Саше только этого и надо. Обрадовался он да бегом к ребятам.
   Горка, где любили кататься ребятишки, была за околицей, откуда открывался красивый вид на поля, лес и небольшую  речку. Сейчас всё было белым-бело: зима превратила такие знакомые, родные места в заколдованную снежную сказку.

   На горке собралось уже много детворы. Кто на санках катался, кто на лыжах, а кто посмелее, так и на ногах, стоя, по ледяной дорожке вниз скользил. И Малыш здесь же вертелся: то к одному подбежит, приластится, то другого за ворот из сугроба тащит. Смех да шутки кругом.
   Веселье было в самом разгаре, когда Саша, запыхавшись, подошёл к горке. Тут Малыш его увидел и помчался навстречу. С разбега чуть было не сшиб мальчишку  с ног, положив передние лапы ему на плечи и лизнув в щёку. Саша рассмеялся, погладил пса по лохматой спине:
   - Пойдём, Малыш, наверх! - и отдал верёвку от санок Малышу. Тот, подхватив её зубами, стал тянуть саночки. 

   Два раза Саша съехал с горки, один раз упал в большой сугроб, потеряв рукавичку, да спасибо Малышу – отыскал её в снегу. Потом ребята позвали Малыша поиграть с ними, пёс побежал на зов, а Саша в это время собрался уходить. Соседский Егорка, вытрясая снег из валенка, окликнул его:
   - Сашок, ты уже домой?
   Но Саша только рукой махнул, будто согласился, но спустившись с горки, пошёл не в деревню, а в сторону леса.
   «Рано иду, - думал он. – Вон как светло! Но нужно ещё поляну найти».
   Саша катался бы до вечера с горки, но сегодня, в канун Рождества, у него было ещё особое дело.

   Недавно он слышал, как Петька с Кирюшей говорили про разные чудеса. Говорили, будто под Рождество, как только первая звезда на небе появится, в лесу звери на поляне собираются и пляшут, радуются. А звери-то разные: зайцы, лисы, волки, но никто никого не  обижает. Один мальчик, сын лесника,  в прошлый сочельник видел зайца, пляшущего вокруг пня. Он-то и рассказал Петьке эту историю. Вот посмотреть бы самому хоть краешком глаза! И задумал Саша в лес сходить, никому ничего не говоря.
   Саша, конечно, боялся волков, но если они в это время такие смирные, то и его тоже ведь не тронут. А может, и не заметят. Он будет наблюдать, где-нибудь спрятавшись, а потом потихоньку  уйдёт. Будет, что ребятам рассказать, вот они удивятся! Не будут «маленьким» называть, да и какой он маленький, если совсем скоро шесть лет исполнится? 
   Где только  поляну  искать, на которой звери собираются?

   До леса Саша добрался довольно быстро, лес был недалеко, и дорога, что к нему вела, была хорошо укатана: дальше дорога к большому селу поворачивала, и по ней часто ездили, а вот в самом лесу пришлось по глубокому снегу пробираться.   
   Красиво в зимнем лесу! Солнышко ещё не скрылось, и снег искрился, блестел. Берёзки стояли в лёгком кружевном инее, а на ёлки большие снеговые шапки намело.
   Долго идти по снегу Саша не смог: устал быстро, стало жарко. Но тут и подходящая поляна попалась. Мальчик остановился, снял рукавички. Кругом высились большие ели, их нижние лапы под тяжестью снега почти до земли опустились. Где-то вверху деревьев раздалось недовольное карканье – это вороны уже устраивались на ночлег среди еловых веток. На снег упало несколько сломленных веточек. Саша поднял одну, со смолистой шишкой: решил лесной подарок домой отнести.

  На этой поляне  и остался мальчик зверей поджидать. Снег немного под одной  ёлкой расчистил, забравшись под колючие ветки, поставил саночки и сел. Отсюда вся поляна, как на ладони видна, а самого Сашу сразу-то и не заметишь: его надёжно еловые ветви  укрывают.
   Скоро стало прохладнее, пришлось надеть рукавички. Потом пошёл небольшой снежок, и мальчика стало клонить в сон, но он знал, что спать нельзя, ведь он должен всё  увидеть. Время от времени Саша то закрывал глаза, то снова с трудом  открывал,  а над поляной кружились снежинки, и в этой круговерти вдруг показалось, будто заяц промелькнул. Саша широко открыл глаза, но на поляне никого не было. Снова одолевал сон, опять хороводом вертелись снежинки, из них появлялись не то снежные, не то настоящие зайцы;  взявшись за лапы, они причудливо танцевали и кланялись, откуда-то звучала тихая красивая музыка. Чудеса, да и только!
 
   Но вот в заячий хоровод стремительно ворвался кто-то рыжий.  Лиса? Но сегодня все звери дружат, и нечего бояться. Почему же зайцы бросились врассыпную? Нет, ведь это не лиса, это – волк! И несётся он, проваливаясь в снегу, прямо на Сашу! Вот страх-то!
   Саша крепко зажмурил глаза, но «волк» уже здесь, прыгнул на мальчишку, повалил его на спину, визжит, лижет лицо.  Малыш!
   Да, это был он, рыжий пёс. Когда Саша ушёл с горки, Малыш играл с ребятами, но вскоре стал беспокойно вести себя: мальчишек не слушался, озирался по сторонам, скулил.  Потом пёс стал отбегать от ребят и  лаять. Ребята не могли понять, что такое с ним происходит, подзывали его, но пёс не подходил.  Последний раз оглянувшись  на ребят, Малыш стрелой помчался с горки в сторону леса, только его и видели.

   В лесу пёс вскоре  и нашёл Сашу, который сначала принял его за волка.
   Когда Малыш стал тормошить мальчика, тот кое-как стряхнул сонное оцепенение. Непослушными руками - в одной так и была зажата еловая веточка, - обнял Малыша, погладил, а пёс за шубку его тянет, рычит. Еле-еле выбрался Саша из-под ветвей, а Малыш помогает: то тянет его за рукав, то носом подталкивает. Трудно было до дороги добраться, санки слишком тяжёлыми вдруг стали, а сугробы выше, но вместе с Малышом  все-таки дошли.

    Здесь Саша на саночки сел, а  верёвку к ошейнику Малыша прицепил, и так, как барин в настоящих санях, найденной веточкой правя, почти до самой избы доехал.
  Уже заметно вечерело, когда они с Малышом во двор вошли. Дедушка на крыльцо вышел, он хотел отправляться искать внука – что-то долго нет мальчишки, заигрался, наверное.  А Саша  тут - как тут  и Малыш с ним. 
    Ничего пока Саша дедушке не стал рассказывать о том, что с ним приключилось, а про веточку сказал, что нашёл – так оно и было.
   Перед самым порогом в избу Саша крепко обнял Малыша и тихонько на ухо, чтобы дедушка не слышал, спросил:
   - Малыш, ты видел, как зайцы плясали? Ты ведь тоже был на празднике? Правда? Я засыпал, а ты не мог оставить меня в лесу. Спасибо, Малыш!
   Пёс радостно завилял  пушистым хвостом. В вечерних сумерках его глаза светились каким-то необычным светом, напоминавшим свет далёких таинственных звёзд.