20 глава. Диспут о культуре

    На фотографии слева направо  Гена Коломейцеав, Витя Сапунов, Лида Худякова, Витя Шадрин, Гена Литовченко...

                И неудачный опыт - тоже опыт.
                Общеизвестная истина.

  В одиннадцатом классе учились самые высокие, крепкие парни, потому, наверное, и казалось Лине Сергеевне, что смотрят они на неё свысока. Присматривалась к ним молодая учительница, но большинство словно  за семью замками и открывать ни один замок не желают.
    Самостоятельные, мужиковатые, с наглецой во взгляде на худенькую, тщедушную "учителку". Каждое лето они помогали колхозу - работали наравне со взрослыми в поле и на сенокосе. Кое-кто уже покуривал, кто-то и бражкой угощался в компаниях... О таких девчонки даже сочинили частушки:

А наш Санечка Харламов
Он прославится опять,
Будет в рейс водить машины,
После рейса обмывать.

Ну и Толя не отстанет,
Будет в рейс машины гнать,
После рейса будет Чащин
Ещё чаще обмывать.
В одной яме вспомнит бога,
В другой яме – его мать.
 
    Завидуя Римме, Лина Сергеевна решила  поговорить о культуре и воспитанности. Объявила о  диспуте. Расстроилась, увидев недовольные лица, но решила не отступать. Прочитала по теме всё, что нашла в библиотеке, сделала выписки из сборника афоризмов, приготовила вступительную речь. И с девочками-ведущими обсудила их выступления.

    Звонок с последнего урока... За окнами уже синяя ночь. Школа почти пустая: ученики разбежались. Учителя разошлись.

 Спешит в класс. Боже, лучше бы не спешила!.. Вот, вся «культура» на виду: несколько парней  сидят уже одетые. Боже, и в шапках! И когда успели одеться?  Валя  и Лида  тоже в пальто и тёплых платках. Не урок - потому, верно, и чувствуют себя вольготнее.

   А ещё...  Ох, не учла Лина Сергеевна, что они тоже устали от уроков, и проголодались, и домой торопятся. А некоторым - ещё домой, до соседней деревни то есть, по морозу топать...

    Витя Шадрин опоздал, распахивает дверь, недовольно оглядывает класс:
-  Вы ещё заседаете? А я думал, без меня закончили.
 
- Тебя ждали, - ехидно отвечают.
- Да садись ты, ещё не начинали.
   
    Во взгляде красивых голубых глаз Пети Лагунова читается презрение к  теме, да и в словах тоже:
- Ну, чо, не знаем мы разве, чо такое культура. А кто не допёр – пусть сам  прочтёт в книжке.

- Петя, - строго успокаивает его Лина Сергеевна, - если хочешь выступить, можем дать тебе первому слово, но шапку сними.
   
   Успокоился, посмотрел искоса на молоденькую учительницу, снял шапку, уселся поудобнее. Посматривает  с насмешкой. Лина разозлилась на себя. Постояла секунду (показалось – вечность!), подняла голову. Как назло, выученный доклад выскочил из памяти. Полностью! Какие-то слова нашлись всё-таки:

- Как мы понимаем культуру поведения? В течение своей жизни человек совершает много поступков - как хороших, так и плохих.

- Естественно! – не удержался от иронической реплики  Толя Чащин, небрежным движением откидывая с глаз  пышный чуб. 

- Больше плохих, чем хороших, - ехидно добавил худенький сосед. 
- Да замолчите вы! -  пропало терпение у Гали Щукиной.
- Продолжать можно?
- Можно, - разрешил Петин нагловатый  бас.

- Вот сейчас вы наглядно показали, что не умеете себя культурно вести. Перебивать говорящего невежливо!

   Саша Щербин зевает. Генка, изображая усиленное внимание, строит гримасы...  Лина Сергеевна продолжает, чувствуя, как начинают алеть щёки, и не замечая, что  казённые, книжные слова отскакивают от слушателей, уставших от уроков и от школы:

-  Наша культура построена на уважении к человеку, его труду, отдыху, к его чувствам.
- Уважение, уважение… - ёрзая за партой, недовольно бурчит Литовченко, - у нас время  отдыха, а тут сиди…

- Сиди! – сердито  одёргивает его рассудительная соседка. Лина Сергеевна заглядывает в блокнот.

- Калинин сказал: «Культура поведения охватывает своим содержанием все стороны и проявления человеческой жизни – от умывания лица до самых вершин его мысли».

- А Харлам не умывавшись сёдни, - не удержался Чащин. Хоть и вполголоса, но все услышали.
- Не бреши, по сопатке получишь, - лениво сердится добродушный Шурик.
- Глянь на свою мордулю! - Девчонки подсовывают ему зеркальце. Тот, любуясь своим отражением, приглаживает светлые волосы.    

  Лина Сергеевна заканчивает мысль:

- Вы думаете, что ваша жизнь не имеет связи с общественной? Так  рассуждает  равнодушный обыватель. Равнодушие – страшное зло!

- Зло – это когда  по домам не отпускают, - ворчат на задней парте.

- Заткнитесь наконец-то, - сочувствуя учительнице, рассердился Гена Коломейцев.
   
- Товарищи, тише, - как заправский лектор, обращается к классу тонким голоском ведущая, Галя Иус. - Повестка дня: «Культурное поведение человека».  Начнём разговор с внешней культуры. Взгляните на класс, какие примеры вы видите? Некоторые даже не соизволили снять верхнюю одежду. Вон на Лиде триста одёжек, а мы говорим о культуре.

- Лида, - решила вмешаться учительница, - может, ты что-нибудь скажешь?
- А чо я? – отворачивается Лида. – Мне домой надо, ещё два километра до Черниговки топать по темноте и морозу, у меня дома делов куча.

      Сапунов шапку стянул с головы, взлохмаченные волосы смешно торчат во все стороны.
- А где Коля Аникеев? - спрашивает Галя.
- Ушёл.

- Он, наверное, считает себя достаточно культурным, а так ли это? – продолжает лектор. – Матери он грубит, учителям тоже, никакого уважения к окружающим.  Захотел – ушёл.

- А может, у него срочная надобность! – усмехаясь, защищает его Лагунов, и докладчица переключается на новую мишень для критики.
- Посмотрим на Петю.

      Петя самодовольно выпрямляется: дескать, смотрите – мне не жалко.
- Скромный мальчик  потеет, но по-прежнему упрямо сидит в пальто. Со всем согласен.
- А вот и не со всем, - самонадеянно уточняет критикуемый.

- У этого скромного мальчика – поразительное равнодушие к общественным делам. Разве его интересуют дела класса? Правда, он в отличие от Коли не ушёл, а  великодушно остался, но сколько раз он уже произнёс: «Хватит, домой пора!», а?

- А чо? Правда, пора!
- Тебя не интересует культура?
- А кого она интересует?

- Ты за всех не говори, - это не выдерживает Гена Коломейцев. Спешит, захлёбываясь словами, ни на кого не глядя: – Если мы сельские, то по-свински и жить должны? По-свински друг к другу относиться?

-  Чем человек отличается от животного? – подхватывает его мысль Лина Сергеевна. Слабое оживление в классе.

- Техникой.
- Силой.
- Сила и у зверя есть...

- Умом и воспитанием, - перехватывает инициативу учительница. -  Настоящий человек  будет думать не о себе, а о других.
- Вот Генка пусть  и думает! У него голова большая, – Лагунов, не спрашивая разрешения, выходит из класса.

    Гена сел, отвернувшись обиженно. Молчат все, смотрят на Лину Сергеевну. Она тоже молчит ошеломлённо. Вернулся Лагунов, разделся: «Ух, жарко!». Сел.

    Тамара, запинаясь, рассказывает, как правильно вести себя за обедом, в какой руке нужно держать вилку и нож. Переговариваются, хихикают...         

   Лина Сергеевна обводит класс огорчённым взглядом. Гена Коломейцев пытался помочь. Витя Сапунов и несколько девочек сидели тихо, слушали. У остальных -  апатия или смешки... А! Стало до слёз обидно... Махнула рукой:

 - И вообще… можете идти.

    Радостно застучали крышки парт, затопали ботинки, зашуршали валенки. Прощальные возгласы:"До свидания"...  И вот класс пуст.

   Лина сидит одна, подпирая пылающий лоб руками. Валяются на столе бесполезные листки с записями цитат и вопросов... Спазм перехватывает горло. И, как заноза, мучительная мысль: «Всё провалила. Ну, какой же ты учитель? Не смогла ни в чём убедить..."
 
   Колючий комок отчаяния мешает дышать.
   
 Очнулась от ласково обнимающих Катиных тёплых рук:
- А я-то думаю, куда ты подевалась? О чём зажурилась?
   
   Слёзы хлынули на разбросанные листки, на пальцы, испачканные мелом.

- Ну вот, мне и руки мыть не надо, тут целый фонтан воды вылился на них. Возьми носовой платок и не хнычь, а то  я с тобой вместе зарыдаю. Что за шекспировская трагедия?

- Я... я не смогла ничего! Диспут о культуре хотела... И... ничего не получилось!

   Катя гладила по голове, как маленькую, рассказывала что-то, пробовала шутить – кое-как успокоила. А может, просто запас слёз закончился? 

- Я теперь, зарёванная, как пойду? Увидят.

- Разошлись уже все!
- Точно - никого? – Не хотелось, чтобы кто-нибудь видел такую.

- Я кашу вкусную сварила. И булочка есть к чаю.

  Только сейчас Лина почувствовала голодные спазмы в желудке. Ещё бы!  Во второй смене уроки шли подряд да ещё этот диспут... Подумалось: а ведь и ученики тоже, наверное, голодными были... Шевельнулось сочувствие... Вздохнула горько.

    Лишь за кашей и чаем отвлеклась от мрачных мыслей. А после ужина провалилась, как убитая, в крепкий сон.
 
    Она не знала, что хоть и маленькие, но плоды всё-таки были. Не видела, как после диспута Гена Коломейцев подаёт Вале Неупокоевой пальто. А она страшно засмущалась, покраснела:

- Не надо, не надо, я сама!
  Но всё равно  было приятно.
 Об этом Валя вспоминала на встрече выпускников через много лет.

   А диспутов с ними больше не проводила. Пятиклашки были ближе сердцу и важнее! А ещё - приближался Новый Год!

             Продолжение  на  http://www.proza.ru/2017/07/21/1672


Рецензии
Диспут прошел в полном соответствии с эпиграфом об отрицательном опыте.
Ох, непросты ребята! Не проймешь их общими фразами. Ну, ничего, научится ещё пылкая Лина. Главное, есть у неё стремление, неравнодушие к ученикам.
А ещё какой показательный опыт извлекли ученики, сами того не осознавая. Способность к сочувствию, сопереживанию.

Богатова Татьяна   13.02.2020 15:31     Заявить о нарушении
Действительно, Таня, отрицательный получился опыт))) Со вздохом,

Элла Лякишева   15.02.2020 08:43   Заявить о нарушении
На это произведение написано 25 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.