Галерея, Часть 4 - Мелкие останки

 — Возьми меня за руку. — сказал Проводник Гостье. Та послушно выполнила просьбу.

 — Пока-пока! Удачи! — кинула Змея парочке вслед.

Как только герои прошли, дверь за ними бесшумно закрылась, и они оказались в кромешной темноте.

 — Фу! — начала ворчать Гостья, стоило им пройти пару шагов. — Чем это так воняет?!

 — Похоже на запах разлагающегося существа. — спокойно ответил Кролик. — Не отпускай мою руку, и скоро сама всё увидишь.

Внезапно пол под ногами стал мягким. Или нет? Это был уже не пол. Они шли по земле. Запах сырой земли слегка перебивал уже замеченное зловоние, но не настолько сильно, чтобы "прелестный" аромат не чувствовался вовсе. Гостья хотела задать вопрос, но не знала, какой. А Кролик всё шёл и шёл. Всё вёл и вёл.

Проводник резко остановился.

 — Здесь. — сказал он.

 — Что "здесь"? Я всё ещё ничего не вижу. — возмутилась Гостья.

 — Здесь находится сердце этой картины. Скоро увидишь.

Вдруг в темноте засияли два огонька. Это были глаза кроличьей головы трости Проводника. Она стояла, воткнутая в землю, а свет от неё растекался по пространству, открывая взору героев окружение. Но увиденное заставило девушку подумать, что лучше уж было оставаться в темноте. Она поднесла руки ко рту, чтобы из неё не вырвался ужин.

Почва. Сырая, рыхлая. А на ней человеческое тело. Часть тела уже разложилась, часть только переходила в это состояние. Относительно здоровыми можно было только назвать правую половину лица и некоторые участки торса этого человека. Какие-то части тела были и вовсе отрублены и лежали неподалёку. Где палец, где ухо, а что-то опознать было просто невозможно.

И тут Гостью осенило. Лучше бы эта страшная мысль не приходила к ней. Тот человек. Тот осуждённый человек, которого она видела в Суде. Это его она сейчас видела.

Глаз живой части лица приговорённого открылся. Открылся только чтобы пустить слезу и закрыться вновь.

Кролик стоял и, вздыхая, смотрел на страдальца, лишь иногда мотая головой.

 — Э-это... — найдя в себе силы говорить, начала свою мысль Гостья.

 — Да. Осуждённый, которого ты видела в Зале Суда. Всё верно. Это он. — спокойно подтвердил Проводник догадку девушки.

 — Но р-разве одиночество может привести к такому?

 — В Галерее мы видим то, что происходит с человеком не внешне, а внутренне. Как видишь, он предпочёл разлагаться.

 — Предпочёл?! Его же приговорили...

 — Приговор ещё ничего не значит. — оборвал фразу девушки Кролик. — Свою дальнейшую судьбу каждый выбирает сам. Можно сколь угодно много говорить, что кто-то не был достаточно силён или что кто-то был не готов к такому, но это лишь отговорки. Человек властен над собой и своим состоянием. Если он предпочитает ничего не делать и морально умереть, только его можно винить в результате.

 — Так нельзя! Как ты можешь так говорить?! — Девушка села на корточки и закрыла лицо руками. С её стороны доносились всхлипывания.

 — Поплачь, дитя. Жалость и оплакивания — единственное, что ты можешь дать этому человеку сейчас.

 — Как ты...! — Спутница немедленно встала. Грусть смешалась со злостью. — Разве ты не знаешь, что жалость — это низкое  и мерзкое чувство?!

 — Знаю. Но ты не подумай. У меня нет цели оскорбить тебя или эту несчастную душу. Я просто констатирую факты. Пойми, я лишь Проводник. Я показываю истину, я говорю факты, я доношу информацию. Не мне решать, как эту информацию воспримут.

Небольшая пауза.

 — Ну, так что? — нарушил тишину Проводник. — Что ты думаешь? Что ты там говорила про Одиночество, когда видела эту душу в зале суда?

Этими словами Кролик уколол девушку в больное место.

 — Не выставляй меня зло...

 — Информация. Вопрос. Я просто задал пару вопросов. Я не собираюсь делать из тебя злодейку. Дуру, возможно, да, хотя тут мои усилия не требуются.

 — Ты...

 — Можешь не отвечать на вопросы. Просто поразмышляй над ними и прими к сведению те выводы, к которым придёшь. Тебе ещё многое предстоит увидеть, так что пока что можешь держать свои мысли при себе, если того желаешь.

Гостья беспомощно рухнула на землю. Она села, прижав к себе колени. И правда... О чём она только думала? Все люди разные. Не все могут... И как же он всё-таки довёл себя до такого состояния? Что с ним случилось? Неужели никак нельзя было помочь? Неужели нельзя было спасти его? Неужели сам он был настолько слаб, что не смог справиться с сердечной раной. Сердечной... Только сейчас девушка заметила одну деталь. В месте, где у человека должно быть сердце, грудь осуждённого кровоточила. Алые струйки сияли невероятно красивыми оттенками, стекая с тела и питая под ним почву.

 — У него есть шанс вернуться в норму? — тихим и заплаканным голосом спросила Гостья.

 — О. Так ты заметила. На самом деле, у каждого приговорённого есть возможность вернуться к нормальной жизни. Но это не значит, что они обязательно это сделают, так что не надо лишних фантазий, ладно? Повторюсь, возможность избавиться от приговора есть, но не у многих получается это сделать. — Кролик сделал небольшую паузу. — Похоже, тут ты увидела всё. Или желаешь задержаться?

 — Нет. — помотала головой Спутница, — Пошли дальше. Я всё поняла. Надеюсь, когда выберусь отсюда, найду его.

— Думаешь, спасёшь?

— Постараюсь.

 — Что ж. Тогда вставай. Возьми меня за руку, и навестим следующую картину.

Спутница встала. Когда она взяла Проводника за руку, второй рукой тот вытащил свою трость из земли. Всё вновь погрузилось во тьму. И вновь всё пропало. Ни запахов, ни мягкой почвы. И намёка на то, что тут было, не осталось. Снова твёрдый пол и неизвестность.

Проводник зашагал, ведя Спутницу к следующему экспонату Галереи.