Могу я считать тебя своей?

Это был обычный и в то же время необычный день, какой бывает только в начале семестра. Сергей, студент-медик третьего курса, радостный и счастливый бодро шел на первый учебный день. Жил он в пригороде, у бабушки. По привычке проснулся рано, сел в электричку, затем трамвай и, вот, впереди здание альма матер. Радостное ожидание встречи с сокурсниками, а главное с Ниной!
Как не хотелось прощаться, расставаться на каникулы. Он ехал домой, а она оставалась работать в своей клинике. Как нестерпимо больно было расставаться. Как прожить две недели без её глаз, объятий, поцелуев? Как это не видеть её целых две недели? И вот, наконец, скорое свидание!
Ступени учебного корпуса, холл, вот одногруппники. Радость, объятия, приветствия. Вот и Олег. Почему он как-то напряжен?
- Привет!
- Привет!
- Как дела?
- У меня всё отлично? А вот у тебя…
- ???
- Нина выходит замуж!
- ???
- Да, да!
У Сергея будто что-то оборвалось внутри.
- Когда? – вырвалось из груди каким-то сдавленным, неестественным, почти звериным, похожим на кашель, голосом.
- Сегодня… Регистрация в одиннадцать.
- Прикроешь меня?
- Дурной, что ты задумал?
- Я только в сторонке постою …
На часах около восьми. Сергей, конечно, знал, где живет Нина. Тут рядом, за зданием учебного корпуса её общежитие-барак. Сердце где-то в горле. Душат слёзы. Ноги ватные. В голове кипящий котел. Кое-как собрав себя в клубок, Сергей двинулся к общаге. Шел, не разбирая дороги, в голове то ли колокол, то ли сплошной гул, то ли пустота. Вот бревенчатый дом, вот оно то место, куда он мчался не чувствуя ног на свидания… Толпа нарядных, весёлых людей. Оживлённые разговоры. К Сергею вернулось сознание. Надо, чтобы никто из знакомых его не увидел, или, по крайней мере, не обратил на него внимания… Знакомых лиц, вроде, не видно. А, вон там, Нинина сестра, Татьяна. Вроде не смотрит в его сторону. В толпу, туда, где парни. Среди девчонок, как на сцене.
Сцена. Нина просто бредила ею. То ли театральный кружок, то ли самодеятельный театр. Нину было не отвлечь, не оторвать.
Оживление в толпе. Идут…
Жених ступает гордой походкой. Видно, счастлив. Нина какая-то, вроде бы сникшая. Нет, просто на каблуках, смотрит под ноги. Не оступилась бы.
Рядом с Сергеем какая-то девушка.
- Где регистрация?
- В городском, на Ленина.
Сергей знал, что до ЗАГСА молодые катаются по городу, возлагают цветы к монументу.
Четверть десятого. Сергей потихоньку ретировался. Время есть. Надо что-то придумать. Войти с толпой друзей и подруг? Нет. Вдруг разглядит, всё-таки.
Опять трамвай, потом пешком через всю улицу. Километра два.
Пришел. Машины, пары, суета, смех, слёзы. Свадьбы.
Что придумать? Взгляд на шикарные, почти дворцовые двери храма любви. Каким притворным ему показалось сейчас это слово. С обеих сторон от входа телефонные будки.
Вот. Туда, в будку. Пройдут рядом. Хоть увижу её лицо.
Сергей прячется среди других свадеб. Нестерпимо долго тянется время. Половина одиннадцатого. Боль, смертная боль, больше ничего. Только мозги ещё работают. В будку. Свободна та, слева.
Подъехали. Выходят. Поправляют наряды. Собрались. Идут.
Прошли рядом. Нина всё смотрит куда-то под ноги. Хотелось крикнуть: «Ниночка, как же…»
Всё! Не моя…
Если бы Сергей мог тогда знать всю подноготную этой свадьбы…

                ***

                Свадьба, свадьба - звон бокалов,
                "Горько» - крик из-за стола
                И встает другая пара,
                Та, в которой нет меня.
                Помню, как-то ты сказала,
                Что не надо приходить,
                Ну, а может, было надо
                Хоть на свадьбу пригласить.
                Целовал тебя лелея
                И кружилась голова,
                Но видала лишь аллея,
                Как кружились ты и я
                В танце дивном и волшебном,
                Что любовью все зовут,
                Но любовь была за дверью -
                Она там, а мы вот тут.
                И порог тот неприступный
                Нам с тобой перешагнуть
                Помешали те же струны,
                Что любовью все зовут...
                Свадьба, свадьба - шорох платья,
                Белого, как моя грусть, -
                Парень в черном элегантно
                Поцелует тебя пусть!

                ***

Сергей совершенно опустошенный вышел из телефонной будки. Не чувствуя морозного февральского ветра, не чуя ног под собою, не замечая замерзающих на щеках слез, он брёл по городу. Ноги принесли его на место их первого свидания. Здесь он, как-то совсем по-детски, впервые поцеловал Нину в щечку. Стало опять невыносимо больно. Почему? Почему ушла к другому? Почему не сказала? Откуда этот Олег узнал об этой чертовой свадьбе? Ответов не было. И получить их было не от кого…
А ноги несли его дальше. Вот её общежитие. В окошках свет. Такой уже чужой, такой обидный, такой…
Он шёл, не осознавая того, по местам его так внезапно рухнувшего счастья.
Смерклось. Зажглись фонари. От этого стало ещё гаже на душе. Прыгнул в троллейбус. На вокзал. В электричку. Домой.
На вокзале у трамвайных путей увидел брошенный кем-то букет… Подобрал…

                ***

                Лютый холод, белый снег
                На дворе и в сердце...
                Вижу я, лежит букет
                На снегу у рельса.
                Побелели лепестки,
                Яркие когда-то
                На морозе средь зимы
                Белой и лохматой
                Так же сжался и померк
                Мир пред моим взором
                Когда весть пришла ко мне,
                Что ушла к другому.
                Лютый холод, белый снег
                И давно уж смерклось
                Я иду, неся букет
                На груди у сердца.

                ***


Сергей просто бредил будущим хирурга. Он с воодушевлением принял приглашение посещать дежурства-неотложки, когда начался курс общей хирургии.
Весна. Конец семестра. На улице – теплынь и благодать. Клиника. В операционной никого. Приемный покой. Молодой ординатор травит байки.
- Сидим вот так же в приёмнике. Скучища. Вдруг на улице шум, гам, вопли. В дверь вваливаются, как сказал классик, цыгане шумною толпою. Над головами голосящих и гомонящих цыганок плывёт топор. Расступились. Стоит цыган. В голове – топор. Крови не видно. Глаза испуганные. В полном сознании. Что случилось, ясно. Расспрашивать цыган дело неблагодарное. Подхожу. Осматриваю. Угол лезвия топора сантиметра на два с половиной в черепе. Только взялся за топорище, топор выпал. Цыган хлопает глазами. Кровотечения нет. Ну, что. Выстриг волосы вокруг раны. Замазал рану черепа костными опилками с БФ-ом. Ушил кожу. И всё!
- Да, ладно! Быть того не может!
- Мамой клянусь!
За окном звук тормозящей машины. Скорая. Заводят пациента. Аппендицит. Сергей с ординатором начинают опрос и осмотр. Нужны анализы.
В помещение входит лаборантка. Огромные зеленые глаза, копна рыжих волос, стройная, статная.
- Ниночка, общий крови с формулой и мочу.
Сергея буквально пригвоздило на месте. Впал в ступор, уставился на лаборантку. Онемел. А Ниночка приветливо улыбнулась, взяла, что ей было надо и удалилась в свою лабораторию.
Дальше пошло-поехало. Скорая за скорой. Сергей помчался в операционную. Вышел только утром. Спустился в приёмный покой, заглянул в лабораторию – никого.
Теперь в клинику его вела не только мечта стать хирургом, но и… Ниночка.
Познакомились как-то легко и прозаично, хотя сердце Сергея выбивало такую чечётку. Симпатия стала взаимной. Теперь Сергей больше пропадал в лаборатории, когда дежурила Нина.
Очередная неотложка. Тишина.
- Нин, пойдем, подышим. Весна, красота!
- Пойдём!
Вышли на улицу. Ночь. Звезды. А воздух… Напоён ароматами молодых, клейких тополиных листочков. Молоденькая шелковистая травка. Откуда-то ветер приносит едва уловимый аромат распускающейся черёмухи. Где-то выводит коленца соловей. Прошли к косогору. Присели. О чем-то говорили, смеялись… Вдруг Сергей, как-то по-детски, то ли поцеловал, то ли клюнул Нину в щёчку. В ответ – улыбка. То ли искренняя, то ли усмешка. В Нининых глазах заиграли озорные искорки. Обнялись. Как-то просто и безмолвно поняли – они пара! Сердце Сергея забилось в груди и готово было выпрыгнуть и поскакать по молодой травке этакой красной лягушкой.
- Нина, - донеслось из приёмного покоя.

                ***

Расцветало лето. Вместе с ним бутон их чувства распускался в прекрасный цветок. Сессия - гроза студентов. Сергея она не страшила. Учился он жадно, азартно. К экзамену достаточно было освежить в памяти какие-то мелкие детали. Нина. Конечно, она была огромным стимулом. Нельзя было быть «хвостатым» перед ней.
Свидания становились всё чаще, всё продолжительней. Они гуляли по городу, заглядывали во все укромные уголки, целовались почти ежеминутно. У них появились «их» места, куда они заходили, чтобы скрыться от досужих осуждающих глаз, которых они, впрочем, и не замечали. Это было счастье. Одно, огромное - на двоих. Это была любовь! Месяц пролетел как один день. Приближался час расставания. Приближалась их первая разлука.
Сергей уезжал домой, к родителям. У Нины отпуск начинался позже. Она пришла на вокзал проводить любимого. Долго стояли молча, вглядываясь друг другу в глаза. А в глазах то и дело мелькали искорки страха. Страх разлуки. Ведь их любовь бала совсем ещё юной, неокрепшей, не прошедшей этого мучительного испытания.
Всё лето Сергей писал Нине трогательные, нежные письма. Чувствовал её дыхание, губы, видел её глаза. Жил только ожиданием нового учебного года, а, значит, встречи с любимой.
                ***

Вот и сентябрь. Осень. Унылая пора, как писал классик. Но не было уныния той осенью. Было счастье. Продолжающееся, казавшееся бесконечным.
Свидания продолжались. Они были такими же страстными, пылкими, нежными и целомудренными. Теперь воздух был наполнен огнями города, каплями моросящего дождя, звоном опадающих листьев и сладким запахом осенней прели. Они гуляли по улицам, забредали в парки и скверы, встречались в клинике неотложки и даже у неё на работе. Счастье продолжалось!
Приближался праздник. Бабушки дома не было и Сергей решил пригласить Нину к себе.
Праздник. Праздник их любви. Они пили вино, смеялись, болтали, целовались, танцевали. Сергей прикоснулся к Нининой груди, впервые, притянул её к себе за бедра.
- Не надо, Сережа!
Да, да, да! Она права! Не надо! Надо оставить это на кульминацию их любви – на первую брачную ночь, о которой Сергей мечтал и видел почти воочию.

                Как хочу тебе признаться я сейчас
В том, что ты дороже всех на свете мне,
Как хочу тебя ласкать и целовать,
Как хочу твоих объятий нежный плен.

Как люблю твоих очей я ясный взгляд,
Как люблю твоих волос я яркий цвет,
Как хочу к тебе прижаться я сейчас
И услышать вновь: «Люблю, люблю», в ответ.

А когда в садах вновь вишни зацветут
И мы будем одурманены весной,
Вот, тогда тебе, родная, я скажу:
«Будь моею, стань моею ты женой!»


                ***

Накатила зима. На улицах стало светлее от искрящегося в свете фонарей свежевыпавшего снега. Снег аппетитно хрустел под ногами.
А свидания становились всё реже… Иногда Сергей не заставал Нину дома. Девчата – соседки что-то лепетали про репетиции, дежурства. И он верил. Конечно, верил! Как мог он не верить своей единственной, любимой. Когда же она оказывалась дома, было всё по-прежнему. Или как будто по-прежнему? Они так же гуляли, болтали о пустяках, целовались.
Приближалась новая разлука. Да, какая разлука? Две коротеньких недели.
- Будешь скучать?
Нина кивнула.
- Всего ведь две недельки. Два месяца были в разлуке. Что такое две недели?
Нина опять молча кивнула. Сергей видел, что Нина очень грустна и вопрос, который ему было так важно задать ей, так и не сорвался с его губ: «Могу я считать тебя своей?»

                ***

Это был обычный и в то же время необычный день, какой бывает только в начале семестра. Сергей, студент-медик третьего курса, радостный и счастливый бодро шел на первый учебный день…
                ***

Прошло двадцать пять лет. Сергей женился через два года после той роковой свадьбы Нины. Женился!? Нечем было заполнить зияющую как чёрная дыра пустоту в душе. Познакомил их тот же Олег. Через два месяца знакомства состоялась свадьба. Мама Сергея пыталась было возражать, но… Вышло как вышло. Закончил институт. Уехал по распределению. Родились дети, выросли. Поносила его жизнь по городам и весям. Теперь он жил и работал в родном городке. Временами поднималась волна сладко-горьких воспоминаний, душила боль и тот вопрос: «Почему?».
Очередной волны ностальгии он не выдержал. Сел в машину и поехал в соседний город, где когда-то жила Нина. Адрес он помнил как свое имя. Поплутав немного, нашёл, наконец,  улицу. А вот и дом номер 48. Сергей узнал его издалека, ведь он видел этот дом на фото у Нины. Как он надеялся, что хоть кто-то из её семьи живет там и он узнает всё! Остановился напротив и долго всматривался в окна. Никакого движения. Вышел из машины, нервно закурил. Заметил у соседнего дома двух женщин.
- Здравствуйте!
- Здравствуй! Не местный что ли?
- Да. Из соседнего городка.
- А что тут высматриваешь?
- В этом доме когда-то жила Нина…
- Да, жила. А ты-то кто ей будешь?
- Наверное, не буду, а был…
- Что так?
- Нина – моя первая любовь!
- А ты, случаем, не Сережа?
- Да. Я.
- Вон как. А чего теперь хочешь?
Сергей рассказал о своей боли и о том, что ничего не знает, почему она так поступила.
- А бывает она здесь? Вы её видели?
- Говорят, приезжала, но, видеть не видели.
Соседки рассказали, что родители Нины после её замужества то ли продали, то ли поменяли дом. Их тоже давно не видели. Сёстры разъехались.
Сергей снова закурил, помрачнел, поблагодарил женщин, постоял ещё, глядя на уже совсем чужой дом. Сел в машину и медленно поехал восвояси.

                ***

Минуло ещё пятнадцать лет. Сергей развёлся с женой, переехал в другой город и живёт с женщиной, которую любит. Боль стихла, он чувствовал себя счастливым. Всё-таки он делился своей болью с коллегами по работе. Предлагали обратиться на телевидение, но он отверг эту идею. Подумаешь, беда! Да он и не знал и не мог объяснить мотивы её поступка. Жене ещё при знакомстве он рассказал свою историю.
Сергей Анатольевич, седовласый, умудрённый жизненным опытом, сидел у компьютера и общался с однокурсниками. Аня, которая ещё в институте была влюблена в него, спросила про Нину. Вновь в душе поднялся ураган. Он набрал в поиске имя и фамилию Нины и испугался увиденного. С аватарки, на первой строке на него глядела роскошная женщина. Что-то до холода в затылке знакомое увидел он в этом изображении. Глаза! Это были её глаза! Открыл фото из того далёкого времени. Она!!! Набрал сообщение: «Если я не ошибаюсь, отзовись...» и приложил ту самую фотографию, с которой сравнивал портрет.

                ***

Из переписки:

Нина:     Привет!!! Это я!!!! Напиши о себе. Столько лет прошло!!! Здорово!!!
Сергей: Прошло почти 40 лет! Ты была моей первой любовью (Любовью). Знаешь, найдя тебя, мне как-то грустно-радостно...
Нина:    Я не знала, что ты меня любил. Я тогда не понимала!!! Мужа я не любила, но  он был прекрасным человеком!!! Любить и страдать! А может это и есть счастье?! 
Сергей:  Вся наша жизнь - это, наверное, любовь и страдание. …Господи, какое было время! Теперь, наверное, уже не потеряемся.
Нина:  Думала не писать тебе правду, но решила, что надо быть чистой и открытой перед человеком, который любил меня когда-то! Прости меня за все! Я тогда была глупой девочкой! Мы рано встретились! Мои поцелуи были чистые, нежные и искренние!!! Мы ведь так любили целоваться!!! Но твоя мама позвонила мне в клинику и предупредила, что если между нами  что- то произойдёт, то ты на мне не женишься. Это было перед тем, как мы поехали отмечать праздник в дом твоей бабушки.  Мы прекрасно встретили праздник! Я помню все, что было между нами!!! Но я очень переживала за слова твоей мамы! После чего решила расстаться с тобой и выйти замуж за того, кто первый предложит. Я вышла замуж! Назло судьбе!!!
Сергей:   Спасибо за откровенность. Я, честно говоря, догадывался, что вмешалась мама. Её трудно осуждать... Может быть, надо было игнорировать её угрозы.
Нина:   Все в жизни сложилось так, как, наверное, должно было быть! Такая чистота души может быть только у русского человека! Только мы можем так любить и страдать!!! Какие были счастливые времена!!! Какой я была глупой девочкой и отказалась от любимого человека! Казалось, что можно легко заменить одного на другого!!!! Но нет, это неправда!!! Это невозможно!!! Я поняла все позже и с самого начала хотела развестись, но муж любил меня и моя порядочность не позволила это сделать!!! Все было так давно и как будто бы вчера. Ты явился из прошлой счастливой жизни, как во сне. Я даже опешила. Сказка или реальность?
Сергей: Говорят, не надо и нельзя жить воспоминаниями... Но, ради таких воспоминаний, и жить, наверное, стоит! Пусть в наших душах живет светлая грусть. Еще и не известно, как все могло сложиться, если бы не случилось то, что случилось.
Нина:   Ты прав!  Каждый счастлив по-своему! Не надо ворошить прошлое! Пусть останутся у нас в памяти светлые дни! У медали есть обратная сторона!  Будем счастливы!
Сергей:   Будем! Мне стало спокойней от того, что я нашел тебя.
Нина:     Любимый! Я столько всего в жизни напортачила! Каждый раз, приезжая в отпуск я мечтала увидеть тебя!!! Я ходила по городу нашей любви и мечтала встретить тебя и броситься в твои объятия. Где я только не ходила, чтобы встретить тебя, но видно не судьба! Я всю жизнь жалела, что тогда в бабушкином домике не отдалась тебе, я так тебя хотела, у меня все разрывалось внутри от страсти! Я потом поняла, что первый мужчина должен быть любимый!!!! Я всю жизнь мысленно целовала твои сладкие и нежные губы, когда была с другим!!!
Сергей:   Мы с тобой по-прежнему любим друг друга! Вот оно - самое главное! Пусть мы не вместе. Мы помним друг друга такими, какими мы бы были тогда. Я не вижу и не представляю тебя сегодняшней, я вижу ту милую, бесконечно любимую девочку. Я люблю тебя тогдашнюю, ту лаборанточку, бесконечно мне милую! Во мне всё то же трепетное чувство мальчишки-третьекурсника. Ты всю свою жизнь была ЛЮБИМА! Впрочем, так же как и я. Что еще нужно для счастья? Всё остальное было и прошло. Есть я и ты в наших сердцах. Будем жить и жить нашей взаимной, бессмертной ЛЮБОВЬЮ!

Ps: И всё же, о любви нельзя говорить в прошедшем времени. Хотя, она, к несчастью, смертна. Она вспыхивает ярким факелом, горит ясно, освещая то счастье, которое приносит. А потом, иногда, бывает очень больно… Огонь колеблется, рвется и затухает. Остаётся тлеющим угольком в сердце на много-много лет, то согревая, то обжигая болью пережитого. И совсем угасает, когда пытаешься вернуться в то время, когда спустя много лет вдруг встречаешь того, кого так отчаянно любил. …и любимый человек становится просто знакомым…
Но не всегда так! Бывает, что люди многие годы ждут друг друга, продолжая пламенно и беззаветно любить. Даже будучи с другими. А потом, спустя много лет, объединяются и раздувают этот уголёк в яркое, светлое пламя. Их порой нелепо прерванное счастье возрождается.
Ещё говорят, что нельзя жить воспоминаниями. Но ради иных воспоминаний, может, всё-таки, и стоит жить. То, светлое, чистое, что было давно – может стать тем фундаментом, на котором строится вся последующая жизнь.
Что будет дальше с нашими героями? Дадим им возможность решать свою судьбу самим!


                Август 2017 г.