От казаков днепровских до кубанских ч. 41

Б. Хмельницкий с отрядом.

Он был из тех, кто не верил сказкам о «добром короле» и не участвовал в войне. Гетман Сулима организовал несколько походов на «чайках» по Днепру и Чёрному морю. Так в 1633 г. две тыс. запорожцев на 40 «чайках» вышли в море, взяли Аккерман, Килию, Измаил и вызволили из плена тысячи невольников, добыв большие трофеи. По всей Украине слагали песни и думы о гетмане-характернике, защитнике и освободителе христиан. Слава гремела о нём по всей Европе. Гетман запорожского казачества, пример исключительного мужества и воплощение вольнолюбивого духа, а для турецкого султана и короля Речи Посполитой Иван Сулима был разбойником, бунтарём, который нарушал покой и порядок, поэтому турки пригрозили Польше войной, если она не укротит казаков. «Иван Михайлович Сулима - один из тех легендарных вожаков, слава и бессмертие которых становятся славой и бессмертием нации», - такую характеристику дал Сулиме академик Богдан Сушинский в книге «Історія українського лицарства». Саблей начертанная судьба всё же изменила И.М. Сулиме - через несколько месяцев поляки вновь стали хозяевами кодакских бастионов, расширив и укрепив крепостные сооружения. Цитадель у порогов попала на многие европейские карты, став опорным пунктом колонизации южных степей... 24 апреля 1648 г. казацкому вождю Богдану Хмеле и его сподвижникам удалось приступом овладеть грозным польским Кодаком. С этого времени крепость стала «защитой всему Запорожью» - своеобразной казацкой столицей возле порогов, которой управлял Кош Войска Запорожского. Кроме пограничной стражи тут находилась и лоцманская служба. Вокруг крепости постепенно разрослась торгово-ремесленическое предместье. Кодак название громкое и звучное. В угро-финском языке слово кодак означает водопад. Это имело прямое отношение к первому Кодацкому порогу, где вода «падала» с камней.

Ещё одно толкование: в тюркских языках - кой - значит поселение, а даг - гора. Порога уже нет, а гора, на которой раньше высилась крепость, превратилась в сильно изрытый холм с расположенным на нём селом. Вскоре после города-крепостницы Кодака возник ещё один военно-административный центр, который стали именовать Новым Кодаком. В нём в период Новой Сечи и разместилось «правительство» Кодацкой паланки во главе с полковником и старшинами. Российский мемуарист князь С. Мышецкий, посетив днепровские пороги в середине XVIII в.. отмечал, что против устья Самары «имеется старинный город казацкий, именуемый Койдак». На гербе Днепропетровской обл. - запорожец с мушкетом и девять звезд, символизирующих казацкие паланки. И сегодня никто не сомневается, что своему настоящему рождению Днепр (Днепропетровск) обязан не Екатерине II, которая в 1784 г. приказала перенести сюда губернский центр под названием Екатеринослав, а Старому и Новому Кодаку. Современный город возник между казацкими Кодаками и жива историческая память народа. Несмотря на то, что новый король Владислав IV, в отличие от своего отца, был веротерпим и в целом неплохо относился к казачеству, именно в его правление своевольство шляхты достигло небывалого размаха. Случаи наезда одного магната на владения другого стали обычным явлением, а приговоры судов и сеймов повсеместно не выполнялись. Известный своими бесчинствами шляхтич Самуил Лащ имел более 300 судебных приговоров, которыми приказал подбить себе шубу. Князья Вишневецкие, владея огромными землями на Левобережье, чувствовали себя равными, а то и выше, чем король. Не отставали от них князья Любомирские, Четвертинские, Замойские, и др. Чувствуя слабость королевской власти, польские паны на украинских территориях сгоняли крестьян с их земель, превращали в своих рабов, облагали налогами и поборами.

Множество крестьян от нестерпимого гнёта убегало на Низ, где становились казаками и призывали к выступлению против своеволия панов. Владислав приложил немало усилий для того, чтобы сгладить противоречия между униатской и православной церквями. Во многом ему это удалось, так как некоторые отнятые у православной церкви храмы были ей возвращены. И всё же отношение поляков к православию, как к «хлопской» вере сохранилось. В конечном итоге, всё это привело к сплошной череде восстаний на Украине, а по сути к гражданской войне. В августе 1636 г. реестровые казаки переяславского полка, не выдержав притеснений со стороны князя Вишневецкого, приняли решение уйти на Запорожье. Остановить их от этого шага удалось лишь польскому комиссару Адаму Киселю - черниговскому подкоморию. Он обратился к королю и гетману Конецпольскому с письмами, в которых подтверждал факт притеснений. Весной 1637 г. на созванной раде, на р. Росава, когда эмиссары польского правительства приехали к реестровым казакам, чтобы выплатить жалованье и взять новую присягу, они объявили, что не хотят служить полякам и уйдут на Запорожье. В итоге, реестровиков удалось уговорить, но гетман Василий Томиленко за своё слабоволие был отрешён от должности. Вместо него новым гетманом избрали пропольски настроенного полковника Савву Кононовича. Вскоре началось военное противостояние запорожского нереестрового казачества и реестровцев. Особенно после того, как в мае 1637 г. запорожцы, возвратившись из похода против крымцев, захватили в Корсуне пушки реестровцев и призвали народ подниматься на защиту веры православной и вольностей. Казаки также скрытно выступили из Запорожья и силой захватили артиллерию в Черкассах. Гетман Кононович провёл переговоры с запорожцами, и они согласились провести совместную раду в Переяславле.

Казаки, воспользовавшись там своим большинством, убили Кононовича. Павлюк, обращаясь письменно к Конецпольскому, пытался как-то оправдаться, характеризовал покойного как неспособного и слабого руководителя, однако получил ответ, что нужно повиноваться тому, кого назначило правительство, а не самозванцам. Конечно, такой ответ не устроил запорожцев и, они стали готовиться к войне. В августе отряд повстанцев, под командой Павлюка двинулся на Киевщину. 11 октября 1637 г. предводитель восстания обратился к казакам, крестьянам и горожанам с универсалом, в котором призывал всех подняться против «неприятелей народа христианского русского и древней греческой веры», повсеместно арестовать реестровую старшину – сторонников шляхетской Польши и присоединяться к повстанцам. Полковники Скидан и Быховец были направлены в окрестности Переяслава с целью поднятия народных масс на борьбу против шляхты. В это время, сам Павлюк встал с войском у г. Крылов. Ночью отряд Скидана скрытно вошёл в Переяславль, захватил ряд старшин-предателей и доставил их в основной лагерь предводителя восстания, где они были тут же осуждены казацким судом и расстреляны. Тогда же запорожские казаки избрали своим гетманом Павла Михновича Бута (Павлюка), который ушёл на Запорожье собирать войско. Оставшиеся в Малороссии отряды он подчинил Скидану, который разбил свой лагерь в Мошнах. Тем временем восстание разгоралось по обе стороны Днепра и охватило Черниговщину, Киевщину и Полтавщину. Повстанцы захватывали города, разрушали имения польской и украинской шляхты, которая спасалась бегством, предпочитая по свидетельству польского хрониста Окольского «лыковую жизнь шелковой смерти». Он же утверждал, что Павлюк намеревался объединиться с донскими казаками и перейти к русскому царю в подданство.

Сильнее всего восстание разгорелось на Левобережной Украине. В итоге все реестровые полки перешли на сторону восставших. Войско Павлюка числом свыше 20 тыс. чел. было поделено на полки и сотни, при 10 орудиях. Однако с вооружением дело обстояло неважно, самопалы были далеко не у всех, а у большинства лишь косы, топоры и рогатины. Настоящих казаков среди восставших было немного, а в основном эту массу составляли вчерашние крестьяне, сбежавшие от своих панов. Тем не менее, настроение у повстанцев в целом было боевое, тем более, что к Павлюку присоединился и Томиленко с частью реестровиков. Вблизи села Кумейки над р. Росью казаки 6 декабря 1638 г. разбили укреплённый лагерь и уже через день вступили в тяжелое кровопролитное сражение. С подошедшими войсками (14 тыс.) коронного гетмана Конецпольского и его заместителя Николая Потоцкого, бывшего в то время брацлавским воеводой, оно длилось весь день и до поздней ночи. Первый натиск со стороны казаков был успешным, однако, когда в атаку пошли польские драгуны, они были отброшены назад. Павлюк допустил ошибку, неосторожно распахнув левую сторону лагеря, и туда ворвалась польская кавалерия, а за ней пехота. Линия казацких возов была разорвана, к тому же взорвался порох, хранившийся на некоторых из них. Повстанцы потерпели поражение, потеряв до 10 тыс. чел. Потоцкий вспоминал: «Так упорно и непокорно было то мужичье, что никто из них не просил о мире и прощенье вины. Напротив, они только кричали, чтобы всем умереть в бою с нашим войском, и все действительно умерли, сражаясь против нас. И даже те, которым не хватало пуль и оружия, оглоблями и дышлами били наших солдат». Началась обычная в таких случаях паника и, хотя атаку поляков удалось отбить, погибло много людей. Оставив вместо себя Дмитрия (по др. данным Андрея) Гуню, Павлюк с артиллерией отступил на более выгодную позицию.

Однако казаки вступили в прямые переговоры с поляками, выдали его и помощника Томиленко, другую старшину, заручившись гарантией Адама Киселя, что с Павлюком ничего не случится. Казаки обязались повиноваться польскому королю и подписали документ о капитуляции. В числе прочих, поставил свою подпись и будущий гетман Богдан Хмельницкий. Тем, реестровикам, кто сложил оружие, Потоцкий назначил временным гетманом Ильяша Караимовича, а также сменил всю старшину, после чего двинулся на Лубны, где разгромил ещё один казацкий отряд полковника Кизименко. Небольшому отряду казаков во главе со Скиданом и Гуней удалось уйти на Левобережье. Бесчинства карателей вызвали в марте 1638 г. новый всплеск восстания, во главе которого казаками был поставлен Яков Острянин (Остряница), у которого поляки замучили отца. Он родился в казачьей семье на Киевщине. В молодости служил на соляных промыслах на границе Дикого Поля. В 1629 г. бежал на Запорожье. После подавления восстания Павлюка, Острянин ушёл на Сечь, где вначале 1638 г. был избран гетманом. Руководимые Яковом Острянином, повстанцы заняли Кременчуг, Хорол, Омельник. Затем полковник Острянин укрепился в Голтве и в сражении 5-6 мая 1638 г. с большим трудом разгромил коронные войска и отряды магнатов, пытавшиеся взять казацкий лагерь приступом. Однако уже в следующем крупном сражении под Жовнином (недалеко от Лубен) 13 июня казаки потерпели поражение от войск польского гетмана Н. Потоцкого. За эту неудачу полковника Остряницу сняли с гетманского поста и он, обидевшись, с большим отрядом своих соратников ушёл в московские земли, где и поселился на Слободской Украине под Белгородом. Там было основано несколько поселений. Погиб Яков Острянин в 1641 г. во время казачьих волнений. Новый гетман Дмитрий Гуня отошёл ближе к Запорожью и в урочище р. Старицы при впадении Сулы в Днепр занял оборону.

Место для лагеря было выбрано удачно - на высотке между двух рек, а с третьей стороны к нему примыкали болото и луга. И воды, и травы для лошадей было достаточно. Гуня укрепил старое городище, насыпал шанцы и это позволило ему в течение июля-августа (1,5 мес.) успешно обороняться от превосходящих его числом польских войск. Казаки ожидали помощи из Запорожья, но шедший к ним с отрядом полковник Филоненко попал в засаду, потерял обоз и прорвался к Дмитрию Гуне с малочисленным остатком. Врагам всё же удалось осадить укреплённый лагерь мятежников, у которых иссякли все необходимые запасы, что привело к внутренним раздорам. Учитывая это, казаки решили прекратить дальнейшее сопротивление и вступить с поляками в переговоры. Самому Гуне с частью войска удалось уйти на Дон и, по некоторым сведениям, позднее он вместе с донскими казаками принимал участие в обороне Азова. Разбитые казаки под руководством Д. Гуни отступили на Черкассы и стали лагерем у местечка Боровицы. В ходе преследования повстанцы были вновь окружены крупными силами поляков. Из разных летописей известно, что как только казаки сложили оружие, поляки напали на них и множество перебили (по другим сведениям, казаки продолжали сражаться с поляками и после сдачи Павлюка и даже одержали над ними победу при р. Старица; поляки предложили мирные переговоры, но как только казаки сложили оружие, они вероломно напали на них). На территории мятежных районов поляками был устроен лютый террор, благодаря которому удалось подавить основные очаги восстания. Вся дорога от Днепра до г. Нежина была уставлена кольями, с посаженными на них крестьянами и казаками. Множество повстанцев, спасавшихся от кровавой расправы, бежали за пределы Речи Посполитой, в частности, на берега Дона. Скидану и Гуне удалось бежать на Сечь.

Продолжение следует в части  42             http://www.proza.ru/2018/11/22/1517               


Рецензии