Августин и Яродан

- Послушай, Яродан, что за запах такой. Хлорка, что ли.
- Нет, Августин, дихлофос.
- Зачем дихлофос в метро. Здесь же люди.
- Так потому его и распыляют.
- В смысле.
- Слишком много.
- Чего. Чего слишком много.
- Людей этих твоих.
- Заботливые дядьки сыпят хлорку. Чтоб воздух дезинфицировать. Чтоб мир стал чище.
- Дихлофос это. Чтоб сокращать излишки населения. Как раз тех, кто до сих пор на метро ездит.
- А почему такие сквозняки в вагонах.
- Чтоб выдувать излишки. Типа выживают сильнейшие. Ну или тяжелейшие.
- Ну ты, блин, Яродан, добряк. А что за шум такой.
- Эскалатор.
- Это понятно. Почему шумный такой. Только на переходе со Спасской на Сенную такой. И еще где-то.
- Так люди же.
- Что люди.
- Люди делали. Для людей.
- А я знаю, почему здесь так шумно.Чтоб люди не спали. Чтоб осознанней были. Чтоб ощущали "здесь и сейчас".
- Этих твоих людей, Августин, уже ничего не разбудит.
- Экий ты, Яродан. Смотри-ка - люди едут по своим делам, на работу, в гости...
- Они не едут - их везут. Возят туда сюда. Ибо мясцо.
- Вот ты как. А ведь " человек" звучит гордо.
- Вообще не звучит. Неудавшийся проект.
- Ну вот. Нет, ты посмотри, какие: кто наверх едет, кто - вниз...
- И ничего для себя не находят, ни вверху, ни внизу. Да и не ищут уже.
- Но ведь передвигаются же, Яродан!
- Надеждой больны даже кроты, Августин. Что уж говорить про этих твоих людей.
- И каждый - вселенная, заключающая в себе все. Вообще все. И каждый из них - яркая индивидуальность
- Так ведь ярки все они примерно одинаково. Никто ведь не хочет выделяться. И вся эта яркость сливается в одно мутное пятно.
- Эх.
- Вот и я про то же.
- Ты куда сейчас, Яродан.
- Полетаю по нижним мирам, адреналин нужен. Скучно здесь.
- Ну а я к себе в ноосферу, наслаждаться прекрасным. Чтоб верить в людей, надо много сил, тебе ли не знать.
- Аминь.