Meлетий Каллистратов

Meлетий Каллистратов (1896 – 1941) родился в старообрядческой семье в Двинске, на Старом Форштадте.  Родители занимались мелкой торговлей и сдавали внаем комнаты своего дома.  После смерти отца  мальчик вынужден был помогать матери в хозяйственных делах. Средств, чтобы дать сыну достойное образование, у нее не было, и ей  помогли местные власти: учительскую семинарию в Илуксте Каллистратов закончил, благодаря стипендии Даугавпилсского земства. Сдал экзамен на должность народного учителя, работал учителем в школе в Илуксте. Одновременно вёл просветительскую работу среди старообрядцев (едва ли не половина из них не владела грамотой), читал лекции, писал статьи о народном духовном образовании, был постоянным автором журнала «Щит веры». Учительствовал Мелетий Архипович на первых порах там же — в Илуксте.

Во время Первой мировой войны добровольцем ушёл на фронт во. В гражданскую войну сражался против большевиков в отряде князя Анатолия Павловича Ливена (1871 – 1937), впоследствии вошедший в состав армии генерала Николая Николаевича Юденича (1862- 1933). После разгрома последней, Каллистратов возвращается в родной город и активно включается в политическую жизнь молодого Латвийского государства. В 1920 году  М.Каллистратова избирают в Даугавпилсскую городскую думу, а в 1922 году,– в Сейм Латвии по списку старообрядцев. В довоенной Латвии русские политики на выборах выступали в нескольких списках, в том числе сформированных и по конфессиональному признаку). Став парламентарием, М.Каллистратов целенаправленно и неустанно защищал не только интересы староверов, но и всех русских латвийцев. В  своей первой парламентской речи он  подчеркнул как свою приверженность идее мирного сосуществования народов, так и лояльность старообрядцев Латвийскому государству.  Главными в депутатской деятельности М.Каллистратова являлись аграрный вопрос и проблемы русской школы. И это неудивительно. Ведь основу его электората составляли малоземельные и малограмотные латгальские крестьяне крестьяне.
 
М.Каллистратов принадлежал к числу людей, стремившихся идти в ногу со временем. Своим поведением он ломал стереотипы о старообрядцах как о людях, замкнувшихся в своём кругу и неприемлющих новаций. Он отказался от традиционной для старообрядцев бороды, из-за чего неоднократно слышал упрёки от братьев по вере. Уже в начале 1920-х годов он одним из первых перешёл на новую русскую орфографию, что было в то время редкостью. Не отличаясь чрезмерной религиозностью, М.Каллистратов неустанно отстаивал не только интересы своей конфессии, но и православной церкви. Например, он выступил против отчуждения Рижского православного Алексеевского монастыря и передачи его католикам, а также против сноса  православной часовни на Привокзальной площади в 1925 году. Он снискал себе уважение и признание как неустанный защитник и меценат Рижского театра Русской драмы.

В 1925 году он вновь был избран депутатом — во второй Сейм.
В совершенстве владея латышским, он с трибуны Сейма выступал на русском. И ничего — националисты слушали. В это время он добился невозможного — в некоторых местностях Латгалии русский законодательно получил статус официального. Благодаря его вмешательству удалось предотвратить конфискацию государством православных и старообрядческих храмов и монастырей, сохранить государственные субсидии для рижского Театра русской драмы, построить в Даугавпилсе богадельню для неимущих одиноких стариков на государственном обеспечении. В 1926 году с его подачи правительство выделило огромную по тем временам сумму на завершение строительства старообрядческого храма Рождества Пресвятой Богородицы и Святителя Николы в Даугавпилсе. Начинали его строить еще до Первой мировой войны. В 1929 году благодаря стараниям депутата Николо–Покровскому храму на Старом Форштадте в Даугавпилсе были возвращены старинные колокола, вывезенные в Советскую Россию во время Первой мировой войны.

Он был категоричен на трибуне... Словами и беседами не ограничивался — оказывал людям реальную помощь.
Став депутатом III Сейма, Каллистратов принимал активное участие в формировании бюджета, предлагая увеличить финансирование русским школам и пособия бедным ученикам. К нему часто обращались за помощью крестьяне, и он не отказывал в консультациях, пытался всякий раз помочь. Не случайно русская Латгалия проголосовала за него и на выборах в 4–й Сейм — последний довоенный. В это время Каллистратов работал над созданием отдельной политической "Русской трудовой крестьянской партии". Однако этот процесс был прерван государственным переворотом 15 мая 1934 года.


Лидерство Каллистратова среди русских политиков не всем пришлось по душе. Перед выборами в 4–й Сейм в Латгалии появились анонимки, "снимающие маску" с Каллистратова. В них утверждалось будто бы, к примеру, во время Гражданской войны слуга народа отличался особой жестокостью: отдал приказ повесить двух солдат за то, что те отправились навестить жен. Несмотря на анонимку, Каллистратова все равно избрали в новый Сейм, а вскоре удалось установить имя автора листовки. В 1933 году состоялся суд, на котором "правдолюбец" сознался, что доказательств у него нет. Действовал он по просьбе другого русского кандидата в депутаты. Как видим, интриги и тогда были в ходу среди депутатов.

Интересно, что Каллистратов ,поддерживая в Сейме левоцентристскую коалицию, выступал за заключение торгового договора с Советской Россией. Некоторые его боевые соратники были удивлены. Но он считал, что это на руку и Латвии, и его избирателям.
Самое удивительное, что когда к власти пришел Карлис Улманис и Сейм был разогнан, Каллистратова упекли в концлагерь под Лиепаей. Посаженных в концлагерь без суда и следствия политиков потихоньку выпускали. Мелетий Каллистратов был освобожден одним из последних — его политическая карьера была уже закончена. Вплоть до 1940 года бывший депутат продолжал работать простым учителем. После установления советской власти его назначили директором русской школы в Даугавпилсе на Новом Строении. Летом этого же года он в очередной раз был выдвинут кандидатом в депутаты Сейма — уже нового, советского. Казалось, жизнь возвращается на круги своя… Однако в августе, незадолго до начала учебного года, Каллистратов снова оказался в тюрьме. Назад он уже не вернулся — попавшим в "черные списки" НКВД дорога была только одна: к стенке. Суда над Каллистратовым не было, в архивах сохранилась лишь справка, административное решение со скупой пометкой "расстрелять". 23 июня 1941 года приговор был приведен в исполнение во дворе Даугавпилсской тюрьмы. Даугавпилс был захвачен немцами 26 июня 1941 г. В августе 1941 года была произведена эксгумация, и родственники смогли опознать тело. Ныне прах Мелетия Каллистратова покоится на старообрядческом кладбище Даугавпилса.
В 1931 году М. Калистратов в четвёртый раз был избран депутатом Сейма. В истории довоенной Латвии он был единственным  из русских политиков, удостоившихся такой чести.
Обладая богатым политическим опытом, он сознавал, какую опасность таит в себе крайний национализм. Приход к власти нацистов в Германии и появление нацистских настроений в Латвии.
Установление авторитарного режима  Карлиса Улманиса  явилось концом карьеры для большинства латвийских политиков, в том числе и  Каллистратова. Хотя бывший депутат и поспешил приветствовать новую власть, это не спасло его от опалы. Диктаторский режим обвинил М.Калистратова в том, что будучи депутатом Сейма, он проводил враждебную Латвийскому  государству агитацию, собирал вокруг себя левонастроенные элементы. 8 июня 1934 года его арестовали и поместили в Лиепайский лагерь (вместе с ним там оказался 21 бывший парламентарий). 29 марта 1935 года  M.Калистратова освободили, но он должен был подписаться под обязательством  об отказе от политической деятельности.
С недобрыми предчувствиями бывший русский депутат воспринял потерю Латвией независимости и ее инкорпорацию в состав СССР. Предчувствия его не обманули. 9 октября 1940 года по постановлению Даугавпилсского городского отделения НКГБ Каллистратов, известный как защитник интересов русского населения Латвии, был арестован..  О последних месяцах его жизни сохранились лишь фрагментарные сведения. Из них видно, что М.Каллистратова обвиняли в том, что во время гражданской войны в России он был офицером  в белой армии и якобы участвовал в  расправах  над пленными красноармейцами и сторонниками советской власти. М. Каллистратову инкриминировалось, что будучи депутатом Сейма  он входил в буржуазные группировки, и тем самым «предавал интересы трудового народа», а также  являлся организатором «контрреволюционной партии». В ходе «следствия» М. Каллистратов не отрицал, что добровольно вступил в белую армию, но остальные обвинения не признал. Окончательное решение по данному делу должно было принять Особое совещание Народного комиссариата внутренних дел СССР, однако сделать это оно не успело.  22 июня 1941 года началась война. Немецкие войска стремительно приближались к Даугавпилсу. Покидая город, чекисты расстреляли большую часть заключённых Даугавпилсской тюрьмы, в их числе и Мелетия Архиповича Каллистратова. Так, в возрасте 45 лет, оборвалась жизнь одного из самых известных русских политических деятелей Латвии.

Имя Мелетия Каллистратова вписано в "Книгу поминаний" Первой Даугавпилсской (Новостроенской) старообрядческой общины.  Семье известного даугавпилчанина удалось спастись. В конце Второй мировой войны его вдова вместе с сыновьями Глебом и Алексеем оказалась в лагере беженцев в Германии, а затем перебралась на постоянное место жительства в США.
А двухэтажный особняк, где Мелетий Архипович с семьей проживал до ареста — в октябре 1940 года, и сегодня стоит.  Это было приданое его жены — купеческой дочери Марии Лебедевой.  В 1995 году в отремонтированном бывшем доме Каллистратовых открылся Центр русской культуры.

Источники:

Фейгмане Татьяна Личность и демократия. Методическое пособие по истории Латвии.- Рига, 2005
Интернет сайты, википедия


Рецензии
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.