30. Возвращение эмигрантов

Опыт 1990-х годов показал, что люди, покинувшие страну по политическим причинам, возвращаются крайне редко, предпочитая зарубежную безмятежность отечественным метаниям. Они охотно прочитают лекцию о пользе свободы передвижения в одну сторону, и останутся на своих высокооплачиваемых местах. В 1917 году тенденции были иными.

Революционеры, сидевшие в эмиграции, находились там в постоянном ожидании перемен, и неудивительно, что многие из них, узнав о восстании в Петрограде, стали сразу собирать чемоданы. В мирное время этот вопрос решался покупкой билетов на обратный путь. Но в условиях войны прямые дороги из Западной Европы в Россию были перекрыты фронтами. Кроме того, часть российских политиков находилась в плену или под арестом и для возвращения на Родину, им еще нужно было выйти на свободу.

Традиционными центрами русской политической эмиграции были Франция, Швейцария и Великобритания. Здесь в течение почти 100 лет находили убежище многие революционеры-социалисты. К февралю 1917 года в Западной Европе проживали лидеры крупнейших революционных партий России.

Ближе всего добираться до России было эмигрантам, находившимся в Скандинавии. Долго проживавшая в Северной Европе А.М.Коллонтай еще в 1914 году находилась в соседней Швеции, но вскоре была арестована и "навечно" выслана из страны. На ее счастье, она смогла осесть в Норвегии. Узнав о революции, Коллонтай с помощью шведского социал-демократа Брантинга получила разрешение на проезд без документов через запретную территорию Швеции и уже 18 (31) марта прибыла в Петроград.

Высланный вместе с Бухариным и Пятаковым из Швеции в Норвегию профсоюзный деятель А.И.Гордон возвращался в Петроград из Дании. Г.В.Плеханов, проживая в основном в Швейцарии, узнал о революции находясь в Италии, где он лечился от туберкулеза. Вместе с делегацией французских социалистов ему удалось перебраться через Лондон и Скандинавию в Россию. 31 марта (13 апреля) основателя русской социал-демократии встречали на Финляндском вокзале представители Петроградского совета Н.С.Чхеидзе, И.Г.Церетели и М.И.Скобелев.

В Лондоне к Плеханову присоединился его старый соратник Лев Дейч, долго проживавший в Нью Йорке, который в ответ на предостережения по поводу опасностей, поджидающих больного человека в России, сказал: "Старый солдат революции должен быть на своем посту, когда его зовут."

Впрочем, "оборонец" Дейч так и не стал активным участником событий, в которых он оказался правее меньшевиков. Плеханову и Дейчу, как сторонникам Антанты, было проще, поскольку в списках Временного правительства и их британских коллег, они значились, как приемлемые политические фигуры.

На бывших террористов-эсеров смотрели с определенным недоверием. Тем не менее, 8 (21) апреля Чернов вместе с Б.В.Савинковым и Н.Д.Авксентьевым добрались до Петрограда. В речи на Финляндском вокзале Чернов призвал к объединению всех народнических групп и партий. Другой известный эсер-террорист П.В.Карпович погиб 31 марта на торпедированном немецкой подводной лодкой пароходе "Зара". Вместе с ним утонул близкий к большевикам латышский социал-демократ Янис Янсон (Браун).

Узнав о гибели эмигрантов, В.Н.Фигнер сказала: "Теперь нашим изгнанникам есть только два пути для возвращения в Россию: через Германию или через смерть"". Сложнее всего было вернуться интернационалистам, выступавшим против войны. Их могли арестовать при проезде через любую воюющую страну. Швейцарское убежище давало им свободу, но не гарантировало выезда. Проживавшие в Берне лидеры большевиков В.И.Ленин и Г.Е.Зиновьев при первом известии о восстании в Петрограде начали искать способы быстрого возвращения на Родину.

С трудом через швейцарского социал-демократа Платтена было получено разрешение германского правительства на проезд группы эмигрантов, среди которых были большевики В.И.Ленин, Н.К.Крупская, Г.Е.Зиновьев с женой и сыном, Сокольников, Сафаров, Цхакая, Г.Усиевич, И.Арманд, а также анархисты и бундовцы. Вместе с русскими революционерами под чужой фамилией следовал разыскиваемый германской полицией Карл Радек.

Так называемый "пломбированный вагон" не был закрыт, но пассажиры брали на себя обязательство не выходить из него на территории Германии. Первая группа выехала из Цюриха 27 марта (9 апреля) и 30 марта (12 апреля) прибыла в порт Засниц, откуда на пароме переправилась в Швецию. В Стокгольме на Центральном вокзале Ленина и других политэмигрантов встречали бургомистр Стокгольма К.Линдхаген и депутат риксдага Ф.Стрём.

3 (16) апреля лидера большевиков ждала торжественная встреча на Финляндском вокзале. По свидетельству Суханова сразу после приезда Ленин выступал не только на привокзальной площади, но и практически на каждом перекрестке по пути от вокзала к резиденции ЦК РСДРП(б) в дворце Кшесинской. Поток возвращавшихся политэмигрантов не иссякал.

Особенно извилист был путь на Родину для Л.Д.Троцкого, которого не хотели принимать во многих странах. В 1915 году его приговорили к тюремному заключению в Германии, в 1916 году его выслали из Франции в Испанию, откуда после непродолжительного ареста он был выслан в США.

Узнав о революции Троцкий отправился в Россию через Британскую Канаду, где его в марте 1917 года посадили на месяц в концентрационный лагерь Амхерст, откуда после освобождения он выехал в Россию, добравшись до Петрограда 4 (17) мая 1917 года.

Латышский социал-демократ Яков Петерс, проживавший в Лондоне, покинул свою семью и налаженный быт и в апреле 1917 года добрался через Мурманск до Петрограда. Секретарь Парижской секции большевиков Г.Я.Беленький вернулся в Россию в начале мая 1917 года.

30 апреля (13 мая) через территорию Германии проехала вторая группа русских эмигрантов из Швейцарии. На этот раз пассажиров было слишком много, чтобы разместить в одном вагоне, поэтому для них выделили целый эшелон. По немецким данным в этом поезде находилось 147 мужчин, 14 женщин и 32 детей. Среди известных эмигрантов были Ю.О.Мартов, А.В.Луначарский, Бобров (М.А.Натансон), Аксельрод, Мартынов, Д.З.Мануильский (Безработный), Полянский и Астров.

9 (22) мая на Финляндском вокзале Петрограда встречали лидеров меньшевиков Ю.О.Мартова и Аксельрода. Как и Ленин, они добирались до России через территорию Германии, но считали свой маршрут более приемлемым, поскольку все переговоры с немецкими властями вели Петроградский комитет помощи бывшим политическим ссыльным и швейцарские социал-демократы. Никакой помощи ни от Временного правительства, ни от Петросовета они не получили.

Более долгим был путь эмигрантов, оказавшихся на других континентах. Высланный в 1916 году из Швеции в Норвегию Н.И.Бухарин встретил известия о революции в США, откуда он добирался до России через Тихий океан. По дороге его дважды арестовали: сначала - в Японии, а потом - в Челябинске. В результате Бухарин прибыл в Петроград только в мае 1917 года.

А.Я.Нейбут прибыл из США во Владивосток в апреле 1917 года и довольно быстро выдвинулся среди большевиков Приморья, став на короткое время председателем Исполкома Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов. М.М.Володарский также вернулся из США через Владивосток, где успел по пути к поезду выступить на митинге.

Известному революционеру Артему (Сергееву) добираться до России было дальше, чем кому бы то ни было. Он жил в Австралии, где уже приобрел известность в качестве профсоюзного лидера. Выезд из Австралии в условиях войны для английских подданных, которым числился и Артем, был запрещен. Тем не менее, опытный нелегал нашел выход. Артем уехал в Северную Австралию, где тайно сел на пароход, следовавший в Шанхай. Из Шанхая он перебрался во Владивосток, откуда направился в Харьков, чтобы возобновить прерванную работу.

Заведующий отделом крупной французской пиротехнической фирмы большевик В.С.Довгалевский прибыл в Петроград в июле 1917 года и был тут же мобилизован в армию рядовым.

Труднее было выбираться русским политэмигрантам, интернированным на территории стран Четверного союза. Не сразу смог выехать из Болгарии будущий нарком здравоохранения Н.А.Семашко. Для его освобождения из плена потребовалось специальное разрешение главы правительства Радославова. По дороге Семашко задержали в Стокгольме, и он достиг Петрограда в сентябре 1917 года. Большевика В.М.Загорского, интернированного в Германии, вызволили из плена только в 1918 году.

Уже к лету 1917 года большинство революционеров-эмигрантов вернулись на Родину. Те, кто задержался, возвращались в более сложной обстановке приближающейся Гражданской войны. А навстречу им катился поток эмигрантов, спасавшихся от революции.

                Список литературы.

1. Ф.Платтен. Ленин из эмиграции в Россию. Сборник. М., Московский рабочий, 1990. 222 с.

2. Г.В.Плеханов. Открытое письмо к петроградским рабочим. "Вопросы истории", 1989, № 12. С. 105.

3. А.В.Смолин. 1917 год: Торнео — дорога в Россию. Новейшая история России. 2015. № 2. С. 19–53.

4. А.В.Лукашёв. Возвращение В.И.Ленина из эмиграции в Россию в апреле 1917 г. История СССР. 1963. № 5. С. 4-5.

5. Х.Бьёркегрен. Скандинавский транзит. Российские революционеры в Скандинавии 1906-1917 гг. М. Омега. 2007. С. 425–427.

6. Л.Майер. Возвращение через Германию. 1917: частные свидетельства о революции в письмах Луначарского и Мартова. М. 2005.

7. Вернер Хальвег. Возвращение Ленина в Россию в 1917 году. М. "Международные отношения". 1990.

8. М.Г.Цхакая. Возвращение на Родину. Воспоминания о Владимире Ильиче Ленине. В 3-х ч. Ч. I. - М., 1956. - С. 491-493.

9. С.Ю.Багоцкий. Из Швейцарии в Россию. Ленин в Октябре. М. 1957. С. 19-21.

10. Революционная Россия. 1917 год в письмах А.Луначарского и Ю.Мартова. М. АИРО-ХХI. 2007. 352 с.


Рецензии